Страница 70 из 76
Глава 65
– Ха! – нарушает молчание Сарис. Помахивая хвостом, глава Неблагого Двора обходит гостей, встает рядом с новым королем и демонстрирует собравшимся средний палец. Надо же, у них этот жест тоже в ходу, – Та сестра, которая силки?
– Совет не поддержит короля, в котором течет неблагая кровь, – поджимает губы стоявший рядом с Астерионом рослый мужчина с узкими скулами.
– Захлопнись, Нарвель!
– Я бы попросил, уважаемый Сарис, так со мной не разговаривать, – сужает глаза фэйри.
– А то что? – недобро улыбается глава Неблагих.
– Хватит! – голос Лира негромкий, но он эхом проносится по залу, отзываясь, кажется, в каждой каменной колонне, – Вы забылись, господа! Только что умерли двое фэйри из королевской семьи. Не оскорбляйте склоками их память!
– Ты еще зубы не отрастил, мальчишка, чтоб мне указывать! – задирает нос тот, кого назвали Нарвелем, – Да кем ты себя считаешь?!
– Тем, кто не умер в мучениях, надев на себя корону, – зеркалит позу с задиранием носа бывший рыцарь.
– Это не дает тебе…
– Господа, мой племянник прав: давайте не устраивать склоки над телами погибших. Ну как в портовых кварталах, ей богиня.
Сколько пробыла у фэйри, только теперь узнала, что у них какая-то богиня. Спросить надо, а то посыплюсь со своими длинными ушками.
– Все расходятся по комнатам! – отрывисто бросает Лир.
– Мне бы хотелось с тобой…
– И Вы, дядя, тоже.
У Астериона такой взгляд, точно магистр хлебнул чего кислого. Вино не в то горло пошло? Бедненький!
– Ты идешь со мной! – хватает меня за запястье фэйри.
– Полегче, мессир! У меня, знаете ли, очень нежная кожа, – отзываюсь зло и очень ядовито. Пресвятые лепреконы! Хвала богам всем конфессий! Я снова могу ерничать!
Лир тащит почти силком по коридору. Молчу не потому, что нечего сказать, просто окружающие не виноваты: я кричать буду на ультразвуке Ох, я этому подлецу сейчас все выскажу!
В этом крыле замка мы одни живем? Никто по пути не встретился. Почему так стало жать платье? Глубоко не вздохнуть, будто за секунды кто-то ушил мой наряд размера на два.
– Интересный эффект, – холодно роняет Лир, закрывая за нами дверь витым ключом. Снимает сюртук, кидает на стул.
Отшатываюсь поздно – тонкий стилет перерезает шнуровку корсета на спине. Подхватываю падающее платье с облегчением: можно наконец дышать!
– Не ройся в сундуках. У моей матери была самая узкая талия в королевстве. Ты не влезешь в ее наряды.
В каком смысле?! Таращусь в зеркало, точно увидела там незнакомку. Так привыкла уже к длинным ушкам и голубым глазам. Но нет, из зеркала на меня смотрит не экзотичная Элмира, а ошарашенная Элли Грин.
Поворачиваюсь вполоборота: метка на шее пропала. Чувствую такую радость, будто выиграла джек-пот в национальной лотерее. Пусть придется скрываться, но буду в своем мире, в своем теле. Обнимаю себя за плечи и кружусь на месте. Плевать, что платье предательски падает вниз. Накидываю на себя пиджак Лира. В панталончиках и пиджаке…Без порток, но в шляпе почти. Великолепно!
– Поможешь мне выйти из Фэйриленда?
Кажется, мой вопрос фэйри не по нраву.
– Если ты не забыла, – цедит тот, – Мы с тобой связаны.
– Я просто чувствую иногда то, что чувствуешь ты. Король не может посмотреть, как снять эту гадость? Иди и загляни сейчас в Устав Ордена или где там прописано?
– То есть мои чувства, – цедит Лир, – Это гадость?
Опасливо кошусь на корону, которую он положил на столик. Не хотелось бы случайно задеть артефакт и отправиться…куда там? В Обещанную землю?
– Учитывая, что ты даешь волю только плохим и отрицаешь все хорошие? Да. Итак, ветви таки заблестели в твоих волосах.
– Заблестели, – с видом того, кто хочет меня убить, подтверждает Лир, – Может дашь мне переодеться или тебе приспичило обсудить это сейчас?
Приспичило, конечно! Но несколько минут подождать могу, нетерпеливо ерзая на кресле. Джинсы бы мои сюда сейчас. Эх!
– Портал в земли людей открываются на рассвете, – сообщает Лир, выходя из-за ширмы. На нем темный костюм, несколько серебряных колец и…сережка в ухе. Хорошо, не в правом. Хотя, мне дела нет кого и как любит фэйри. Не уверена, что он знаком вообще с этим чувством.
– Так он уже прошел, – расстраиваюсь.
– Да. Кормят паршиво на этих приемах. Но в спальнях всегда есть свежие фрукты. Хочешь?
Больше хочу знать чья это спальня. Надеюсь, не покойного короля. В духов не верила…до недавнего времени.
Смотрю изумленно на Лира. Он подкидывает на ладони желтое, наливное яблоко. В игре света плод кажется золотым. Вот только…еда фэйри не подходит для людей. Но он не предложил бы мне яд. Зачем?
– А оно…мне не навредит? – касаюсь кончиками пальцев плода.
– Не думаю, – говорит с усмешкой фэйри. Глаза у него холодные, словно две льдинки. Сжимает в руке яблоко, а потом опускает мне в руку.
Сладкий сок обволакивает небо, проливается на язык амброзией. Никогда не ела ничего подобного!
Все выглядит таким роскошным! И широкая кровать, и свечи на стенах, и сам Лир, застывший у двери. Такой смешной!
Я хихикаю, закрывая руками рот, а потом откусываю еще кусочек яблока. Такое вкусное.
– Ну Лир! – протестую, когда фэйри подходит ближе, приподнимает мою голову за подбородок, отнимает золотистую вкусняшку.
– Скажи, что хочешь остаться со мной. Вслух.
Глупый какой. Хочу, конечно! И с Лиатрис мы непременно подружимся. Она такая милая!
– Хочу остаться, – шепчу, завороженная яростью в голубых глазах. Яростью и…страхом?
– Громче!
– Хочу остаться с тобой! – ору я.
Объятия фэйри почти грубые. С трудом могу дышать, а тут он еще впивается в губы отчаянным, голодным поцелуем.