Страница 33 из 76
Глава 32
Очухиваюсь, прижатая к груди Лира. Фэйри так крепко меня обнимает, что удивлена как целы до сих пор ребра. Я же, в свою очередь, почти вишу на его шее.
Отстраняюсь от мокрой рубашки и отступаю на шаг. Сейчас бы отдала многое за носовой платок, но в джинсах, увы, не завалялся.
Срочно нужно разговор завести, чтобы не смотреть на него и не сгорать со стыда и злости. Это мое воспоминание, моя боль. Мое! Но каким-то образом Лир был там. Но не находился рядом, не смотрел издали, а…был мной.
– Что такое “attalya”? – спрашиваю и кидаю взгляд исподлобья. Сама удивилась агрессии, прозвучавшей в голосе.
– Ругательство, – отзывается фэйри.
Это, как ни странно, я поняла. Что можно еще сказать так зло и отрывисто?
– Что означает?
Мой спутник скидывает с себя рубашку. Изумленно таращусь на оголившегося фэйри. С чего это он?
Лир перематывает открывшуюся рану от укуса утопленниц на ноге и издает негромкий, странный вздох. Он похож на то, как плещется море.
Забыв, что еще минуту назад смотрела на фэйри с агрессией, вжимаюсь спиной в голую мужскую грудь: земли все-таки дикие, а на нас прет что-то, ломая кусты.
– Я воспользуюсь твоим странным мешком.
Это не вопрос, а утверждение. Лишь глазами хлопаю, когда Лир гладит по морде прибежавшего из зарослей коня и засовывает остатки “бинтов” в рюкзак.
– Ты на вопрос не ответил.
– Ответ тебе не понравится.
С какого времени он стал заботиться о том что мне понравится, а что нет.
– А ты попробуй, – предлагаю, скрестив руки на груди.
– Если дословно, то “Двуногое животное”.
– И не понравится мне это потому…
– Потому что это грубое название смертных.
– Вы еще нами и ругаетесь. Блеск! А есть что-то, в чем фэйри слабы? А то как тебя не послушаю, то вы лучше во всем! А сейчас ты что делаешь?
На мой монолог наглец даже кончиком длинного уха не повел. Вытащив из-за пояса стилет, полученный от той селедки, называющей себя правительницей подводного двора, направился к пышно растущим кустам.
Так и хочется ему крикнуть в след, что нож – не лучшая туалетная бумага. Ох уж этот заблокированный сарказм! Как я страдаю без него!
Фэйри проводит по груди стилетом, пачкая лезвие кровью. Ран-то у него мало, действительно! А давай еще парочку себе нанесет!
А это что за странный, жуткий цветочек?
Из кустов показывается бутон, за который убили бы друг друга все режиссеры фантастических фильмов. Это смесь венериной мухоловки, тюльпана и собаки.
Передвигается это существо на четырех гибких листиках, гордо неся свою зубастую голову на…как назвать плечи растения?
У ног Лира цветочек останавливается и открывает пасть. Вижу зубки, похожие на иглы. Не хотела бы я быть покусанной этим образчиком фауны…или флоры. К чему отнести странный бутон?
Приняв в дар вымазанный кровью стилет, “песик” закрывает пасть… В следующую секунду отлетаю, отброшенная неведомой силой в сторону, а из дерева, у которого недавно стояла, торчит стилет.
Цветочек шипит и плюется, демонстрируя во всей красе свою клыкастую пасть.
– А что такое “Valarauco lin haccanda”? – нервно хихикнув, уточняю. Самое оно узнать-то да. Возможно, эта фраза как никогда точно опишет происходящее.
– Не говори никогда это вслух! – хмурится Лир. Он пытается вытащить наш пропуск из дерева, но стилет крепко в нем засел.
– Но ты же говорил…– не договариваю, наблюдая за редчайшим явлением: у фэйри краснеют уши.
– Ну, кхм, первое слово – это искривленный клинок из лунной стали, второе можно перевести как “ты, тебе”, а последнее…мы так называем место пониже спины.
Какой он культурный иногда бывает. Кто бы знал-то!
– Зад, – уточняю на всякий случай. Даже интересно кому он пожелал загнать в уязвимое место оружие.
– Ты как никогда догадлива, – язвит этот гад с каменным лицом.
– Не вижу тут особо грубого выражения, – пожимаю плечами. Слышал бы он как ругаются мои одногодки.
– Это не только меч, – поясняет мне после небольшой паузы фэйри, – Если грубо, мы также называем свой…ну…
Скольжу за его взглядом по его торсу и ниже пояса. Некоторое время просто пялюсь, а потом щеки вспыхивают. Ну да…в таком значении гораздо грубее.
Но, если уж у нас сейчас урок языка фэйри.
– А “vara”?
– Грязь, – отзывается Лир.
Закусываю губу, стараясь не показать как злюсь. Ну погоди, рыжая заноза! Я пришибленная была, когда только появилась. Вот увижу тебя еще раз, так пополню лексикон!
Хотя, если все получится, то и возвращаться не придется.
– Урок этикета не провести? – насмешливо блестит голубыми глазами Лир.
– Обойдусь!
– А что цветочку-то не понравилось? Он ест траву, а ты его кровью решил накормить?
– Клыкоцвет? Скажи спасибо, что хранитель Диких земель его кормит. Но плату за вход всегда взымают кровью.
– Ему группа определенная нужна? – не могу никак понять что за вкусовые предпочтения у графа Цветякулы.
Фэйри вздыхает так тяжело, что на долю секунды даже жалко его становится. Так люди вздыхают только тогда, когда окружены клиническими идиотами.
– Ему не понравилась кровь смертной. Боюсь, ждет любимца хранителя несварение.
Откладывающий кучки цветочек, испускающий временами облачко зеленого дыма – это еще ладно. Даже посмеяться можно.
– Ты себе резал грудь, – напоминаю впавшему в маразм представителю другой нации.
– А я про что? – голубые глаза смотрят на меня, не мигая.
– Ты с ума свести меня решил, да? – интересуюсь жалобно. Хочу пить, есть, спать и на мягкий диванчик. Вместо этого торчу в лесу с любителем загадки загадывать.
– Твоя кровь – в моих венах, мое сердце – в твоей груди. Не могли твоя “друзья” убить тебя где-нибудь подальше от реликвии моего народа?!