Скандальные. Грехи элиты

Я еще никогда так не прикасался к мужчине. Кончики пальцев мгновенно прошивает током. Не знаю, что делать дальше. Но вопрос отпадает сам собой: Лиам ведет мою ладонь по своим кубикам пресса, и я в изнеможении откидываю голову на стену. Он снова впивается в мои губы, и когда он стонет, я едва не кончаю прямо в штаны.

Пиздец. Пиздец. Пиздец.

Я сейчас взорвусь.

— Хочешь большего? — шепчет он прямо в мои губы, ведя моими пальцами по ложбинке между своими грудными мышцами.

Мне хочется вцепиться в него, вжаться в него всем телом, но внутри всё еще скребется это глухое сопротивление. Кровь так бешено стучит в ушах, что я больше ничего не слышу.

Но, блядь, да, я хочу большего, поэтому киваю как в тумане. Я чувствую улыбку Лиама на своих губах, пока он отпускает мою руку, чтобы снова провести ладонью по моему прессу. Когда он замирает у пояса моих брюк, я убираю от него руку и до боли сжимаю ее в кулак. Лиам смотрит мне прямо в глаза, расстегивая мой ремень.

— Не думай, — шепчет он.

Блядь. Сейчас он дотронется до моего члена, и от одной этой мысли я твердею еще сильнее. Я пытаюсь отключить мозг, пока сердце колотится всё сильнее: оно едва не пробивает грудную клетку, когда Лиам расстегивает мне брюки. Надо бы его остановить, но я не хочу — я ни хера не хочу его останавливать. Я хочу именно этого. Он проводит кончиком языка по моей нижней губе и одновременно уверенно скользит рукой мне в боксеры. Тело прошивает разрядом, и он только усиливается, когда Лиам обхватывает мой член и хрипло стонет.

БЛЯДЬ.

Я тоже издаю глухой стон и подаюсь бедрами навстречу его руке. Накрывает сразу и жестко, я больше себя не контролирую, напряжение внутри скручивается в тугую пружину. Лиам упирается свободной рукой в стену рядом с моей головой и не разрывает зрительного контакта, пока его пальцы умело двигаются на мне. Я сейчас взорвусь. Возбуждение становится таким диким, что его почти невозможно выносить. Я до боли свожу брови. Вот оно — вот та самая абсолютная разрядка. То, что я искал.

Пиздец, мне еще никто так не дрочил, глядя при этом прямо в глаза. Я реально должен это остановить, но не могу — не хочу, я просто хочу кончить.

Это так чертовски хорошо. С ним так чертовски хорошо.

Его веки немного опускаются, когда он чувствует, что я становлюсь еще тверже, и он мягко проводит большим пальцем по самой головке. Я бесконтрольно стону и снова толкаюсь бедрами ему навстречу. В ответ Лиам впивается в мои губы, и на этот раз я отвечаю дико, без тормозов, выплескивая в этот поцелуй всё. Сейчас я не могу сосредоточиться ни на чем, кроме его пальцев, кроме того, как он меня трогает. Наконец-то!

Поцелуй Лиама тоже становится жестче, он стягивает мои боксеры ниже и ускоряет темп. Голова идет кругом, когда его язык властно сплетается с моим, и я окончательно тону в этом животном кайфе. Мне реально никто еще так не дрочил. Даже я сам.

Блядь, блядь, блядь, я сейчас кончу.

Когда давление наконец прорывается и оргазм разрывает меня на части, я стону в голос. Лиам тоже стонет мне прямо в рот, и меня пробивает дрожь — я кончаю так мощно, что перед глазами пляшут черные пятна.

— Пиздец! — выдыхаю я.

Рваное дыхание Лиама обжигает кожу, его голая грудь прижимается к моей. Тело покрывается мурашками, член пульсирует в последний раз, и оргазм идет на спад. Но как только этот кайф отпускает, внутри начинается тотальный хаос.

— Тише, успокойся, — негромко произносит Лиам, словно физически чувствуя, что со мной происходит. — Не думай.

Я распахиваю глаза и натыкаюсь на его потемневший взгляд, пока он медленно убирает от меня руку.

— Не думай, — жестче повторяет он, но первые мысли уже затапливают мозг.

Мне только что подрочил парень, и мне это понравилось! Я что, совсем свихнулся?

— А что мне делать?

— Наслаждайся моментом. Чувствуй, а не анализируй. — Он натягивает мне боксеры, достает из своих брюк бумажный платок и вытирает руку. — Выпей вина и расслабься. Это проблема ровно до тех пор, пока ты сам делаешь из этого проблему.

Судорожно выдыхаю.

Блядь. Блядь. Блядь. Я только что реально кончил. Я целовался с парнем, и мне это охуеть как понравилось. Сильно. Сильнее, чем что-либо до этого.

Меня мутит.

— Мне пора, — судорожно вдыхаю я, цепляясь за остатки самообладания.

Лиам со вздохом поднимает с пола мою рубашку и протягивает мне. Когда я вообще успел ее снять? Что он со мной сделал? Я выхватываю рубашку у него из рук и судорожно натягиваю на себя.

— Можешь бегать сколько угодно, но от себя не убежишь.

— У меня есть невеста, — огрызаюсь я.

— Да, насчет этого. Тебе стоит с ней расстаться. Срочно.

Он остается невозмутимым и как ни в чем не бывало поправляет мне волосы. Бессилие, злость, полная дезориентация — всё это взрывается внутри. Я резко отбиваю его руку, но Лиаму, кажется, вообще плевать. Он абсолютно спокоен, пока я окончательно теряю контроль.

— Спасибо за ужин и...

— За дрочку? — любезно подсказывает он, и я не могу не заметить стояк у него в штанах. Огромный. Я только что чувствовал его, и я реально хочу еще. Но мне нужно свалить. Немедленно.

— Плевать, — цежу я сквозь зубы и грубо прохожу мимо него, пока не натворил еще какую-нибудь херню. Очередную.

— Приходи, когда захочешь продолжения, — доносится мне вслед, когда я вылетаю из квартиры и с силой захлопываю за собой дверь. Уже в коридоре я прямо на ходу торопливо застегиваю ремень.

Пиздец. Значит, это всё-таки произошло. Теперь я знаю, каково это. Я целовался с парнем, парень трогал мой член. Я кончил от руки парня, наконец-то сбросив напряжение, которое копилось всё это время. И знаете, что пугает больше всего? Это было чертовски идеально.

Так правильно. И при этом абсолютно неправильно.