Страница 67 из 113
— Да, сделай это и сразу закрой дверь, — подкидывает Шорти.
— Очень мило, — бурчу я, вертя зубочистку между зубов. — Играй уже, Puta! — кричу я собеседнику. Тот, похоже, потерялся в общем хаосе и забыл, что мы вообще играем в покер.
— М-м, да-да, играю, — бубнит он сосредоточенно, а я думаю, куда понеслись его развратные мысли.
— Ты вообще в состоянии играть? — спрашиваю и щурюсь сквозь алкогольный туман в голове.
— Не знаю. Даника танцует, отвали. — Я тут же хватаю пачку сигарет и швыряю ему в лоб. Она отскакивает и с глухим ударом падает на капот.
— Не пялься, если не хочешь остаться без глаз, — предупреждаю я Сантьяго, когда он слишком поздно трёт лоб. Ещё пару секунд оцениваю его взглядом. Мне не нравится, когда эти типы используют Данику для своих сексуальных фантазий. В конце концов, она для меня как младшая сестра. Я точно знаю, что творится у них в голове. В конце концов, я один из них. Чёрт возьми, это всего лишь Даника. На что тут можно смотреть?
— Ладно! Не пялюсь, ты курица-наседка. — Сантьяго наконец кидает карту, что полностью противоречит последней карте, которую сыграл я. Ну нельзя же просто так швырнуть одну карту на другую.
— Знаешь что? Я не играю с идиотами. — Я сдаюсь и швыряю свои карты на капот. Сантьяго издаёт дикий вопль.
— Я выигрывал! — выкрикивает он, что, конечно же, полная чушь.
— Ах да? Покажи, — говорю сухо, вертя зубочистку языком.
— Нет, теперь уже не покажу. — Ну конечно.
— Твой покерфейс говно,
Chico
, — замечаю я.
— Потому что я честный человек. — Сантьяго, конечно, мошенник. Я сдерживаюсь, чтобы ему это не сказать, и отталкиваюсь от капота. Когда оборачиваюсь, вижу танцующую Данику.
С вытянутыми руками она крутится вокруг себя, бутылка текилы в её руке опасно просвистела рядом с боковым зеркалом. Даника уже достаточно пьяна. Она смеётся во весь голос, когда Горди ловит её за руку и ещё раз прокручивает под своей рукой. Горди может её трогать. Он не придурок, он видит в ней подругу, а не киску для снятия напряжения.
Я перехожу через площадку, снова верчу зубочистку во рту. Голова кружится от алкоголя, но наркотики подавляют усталость.
— Блэйк! — кричит Даника, и я, проходя мимо, бросаю на нее взгляд.
— А?
— Потанцуй со мной! — кричит она. Похоже, она слишком много выкурила. Я почти умираю со смеху.
— Ты спятила? — презрительно выплёвываю я. Я не танцую. Я делал это лишь однажды, ради одной женщины. И то только потому, что она умоляла меня сопровождать её на то мероприятие. Я сделал ей одолжение, танцевал с ней и рассмешил её, хотя я никогда никого не смешу. И да, в конце вечера я её бросил, потому что эмоции переполняли, и я вдруг понял, что она мне слишком близка. Это случалось снова и снова. Я просто бросал Лиану, когда чувства становились слишком сильными.
— У меня есть у-меня-все-плохо-джокер. И я хочу его сыграть! — Даника вдруг оказывается ближе, и я пытаюсь вырваться из воспоминаний. Танцуя, она подошла прямо ко мне. Кроме того, такого джокера в нашем мире не существует.
Я мягко отталкиваю её от себя.
— Я буду смотреть на тебя, окей? Иди, танцуй.
— Я должна танцевать, а ты дуться?
— Я не дуюсь. Я накачан и пьян, — объясняю я. Когда я дуюсь, это выглядит по-другому. Тогда всему конец.
— Надутый и под кайфом, — с недовольством я замечаю, как она выхватывает зубочистку у меня изо рта.
— Ну давай, совсем немного, — Даника хватает меня за руки и тянет назад вместе с собой и спотыкается. Я рефлекторно хватаю её за предплечье. Ох, чёрт, это почти принуждение. Она играет с моим инстинктом защитника.
— Ах, — восторженно тянет она, а я поднимаю бровь.
— Ты меня соблазняешь, Даника? — с предупреждением говорю я.
— С чего бы вдруг? — беспечно отвечает она, пока я смотрю на неё с подозрением.
— Ты так стонешь и приказываешь мне танцевать с тобой. Я, может, и не улавливаю все намёки между строк, но понимаю, те, что кричат прямо в лицо. Каждая женщина, которая до этого так стонала и просила меня танцевать, хотела одного — трахаться.
— Я тебя не соблазняю! — Даника обнимает меня за талию и слегка прижимается ко мне. И пусть кто-нибудь теперь скажет, что это не заигрывание.
— Я не буду с тобой танцевать, — упрямо твержу я.
— Потому что ты думаешь о сексе? — О, сейчас я ей заткну рот. Она трётся об меня и говорит о сексе. Она нарочно меня дразнит. Не стоит ей этого делать. Не стоит так со мной играть.
— Ты хочешь меня возбудить? — озвучиваю я свои мысли, отчаянно стараясь не замечать, насколько её тело гибкое, тёплое и находится чертовски близко.
— А я тебя возбуждаю? — мурлычет она. О, теперь она ещё и мурлычет.
— Да. Сегодня ты меня чертовски дразнишь. — Резким движением я хватаю её за бёдра и удерживаю на месте. Пожалуйста. Я так не могу думать.
— Я просто хочу танцевать, Блэйк.
Танцевать
.
— Тогда танцуй. — Почему она просто не танцует без меня? Нет, она снова начинает двигать бёдрами, прижимаясь всем телом ко мне, и я сжимаю зубы. Чёрт. Чёрт, чёрт.
— Просто отпусти… — шепчет она и обнимает меня за шею. Господи, я долго этого не выдержу. У меня нет иммунитета к такому дерьму. Каждый, кто меня знает, понимает, что происходит у меня в голове, когда дело касается секса, мозг просто выключается, и я подчиняюсь инстинктам.
Я уже чувствую, как слабею. Так бывает всегда. Во всех смыслах.
— Не так, — говорю я, хватаю Даника за руку и резким движением разворачиваю её.
— Ох, — выдыхает она. Да, ох. — Хорошо, вот так. — Она прижимается ко мне спиной, и я глубоко вдыхаю. Блядь.
Что я вообще здесь делаю?
Этот вопрос я задаю себе как минимум раз в день.
Да пошло всё. Обычно это и есть мой ответ.
Я обвиваю рукой голый живот Даники, двигаю её на себе, только не слишком сильно, не слишком близко. Не слишком… блядь… Уже поздно. Она уже прижимает спину плотно к моей груди, уже трётся своей задницей о мой член. А я слишком пьян, чтобы по-настоящему осознавать, что именно здесь происходит. Единственное, что сигналит у меня в голове: СЕКС, СЕКС, СЕКС!
— Что ты творишь? — спрашиваю я Данику и сжимаю пальцы на её талии чуть крепче. Между нами мгновенно что-то меняется, её дыхание учащается. И во мне тоже постепенно нарастает вполне определённое напряжение — то, которое я никогда не собирался разряжать с ней.
— Ты трёшься своей задницей о мой член, Даника, — настойчиво говорю я, чтобы она точно понимала, что делает и чем рискует.
— Я знаю, — отвечает она отрешённо.