Скандальные. Секреты Элиты

— Понятно. — Хрипло бормочет он. Я поправляю очки и думаю, планирует ли Мэтт встретиться с Блэйком. Они были так близки, не правда ли? Мэтт так за него ручался, прежде чем мы приняли его в нашу группу. До того, как этот ублюдок разрушил душу моей сестры. К счастью для него, Мэтт не продолжает говорить о бывших друзьях, а вместо этого сильно потирает грудь. Раньше он так делал, когда его что-то действительно задевало.

— Что ты еще собираешься делать сегодня? — спрашиваю я.

— Избегать наших родителей.

— Это не должно быть проблемой. Они все равно никогда не бывают дома. — Я скрещиваю руки на груди.

— Папа хочет, чтобы я работал у него.

— Чтобы ты мог смотреть, как он трахает своих секретарш? — спрашиваю я с сомнением.

— Да.

— Как мило.

— Невероятно. — Произнес мой брат, поглаживая запястье. Только сейчас я заметила, что он все еще носит тот темно-коричневый кожаный браслет, который когда-то подарила ему Лиана. В груди что-то неприятно кольнуло. На серебряной застежке виднеется маленький ангел-хранитель. Раньше Мэтт часто попадал в неприятности, и Лиана не хотела, чтобы с ним случилось что-то серьёзное. Для нее было важно, чтобы у него всегда был рядом ангел-хранитель.

У меня сжимается горло. О нет, эти чувства. Я их не хочу.

— Ты всё ещё носишь его. — Говорю я хрипло, прежде чем успеваю сдержаться, и Мэтт замирает. Осторожно он отводит пальцы и рассматривает серебряную застежку.

— Чтобы я знал, что делаю и ради чего. — Хрипло отвечает он.

— Оставайся трезвым, — заключаю я и снова провожу большим пальцем по кулону на шее. Я всегда ношу с собой кусочек Лианы.

— В том числе.

Я делаю глубокий вдох и снова отвожу взгляд. Я ненавижу эти мгновения, когда до меня доходит, что Лиана никогда не вернется. Порой это совершенно неожиданно лишает меня опоры.

— Итак, что ты делала в прошлом году? Только не огрызайся. — Тихо повторил Мэтт свой вопрос, и я глубоко вздохнула. Ладно, я поговорю с ним. По крайней мере, это отвлечет меня от этого тянущего ощущения в животе.

— Большую часть времени я… — трахалась, употребляла наркотики, полностью теряла себя и пыталась хоть как-то остановить эту боль. — Решала проблемы по-своему.

— Трахалась, принимала наркотики и чуть не убила себя? — спрашивает брат с пониманием, и я напряжённо улыбаюсь.

— Приятно, что ты всё ещё меня знаешь — саркастически отвечаю я.

Это вызывает у него вздох.

— Продолжай.

— Папа угрожал отправить меня к тебе в клинику. Поэтому я теперь немного сбавляю обороты. — Я значительно сократила употребление наркотиков, больше не скачу без трусов, и делаю все остальное очень скрытно.

— Радуйся, что тебя там не было. Там все сумасшедшие. — Мэттью поворачивает налево, и солнце так ярко светит мне в лицо, что мне приходится опускать козырек. Да, мне было ясно, что в этой клинике ему придется иметь дело не с эльфами и феями.

— Что дальше? — спрашиваю я.

— Мне нужно продержаться четыре месяца, тогда я получу свою роскошь обратно.

— Значит, он тебе действительно заблокировал кредитные карты. Я думала, это были просто пустые угрозы. — Впечатлённо киваю про себя.

— Да. — Мрачно отвечает Мэтт.

— Как печально. Мэттью Уайт без кредитки — это как рай без змей.

Мэтт слегка усмехается.

— Не растеряла свой поэтический талант?

Я закатываю глаза.

— Тебе здесь всё равно не нужны деньги, если ты чист. — Большую часть денег мой брат потратил на тонны кокаина. Хороший товар очень дорогой. Но что такое шестьсот долларов за ночь в нашем мире?

Мы въезжаем на территорию университета, где находится юридическая школа Майами. Мэттью замедляется, пока мимо нас проходят студенты. Я снимаю очки, перекладываю их на волосы и беру сумку с заднего сиденья. Первый день учебы в солнечном Майами. Вокруг будущие юристы, врачи, модели. А я не чувствую ничего. Ни волнения, ни суматохи.

Ничего.

Когда я опускаюсь обратно в сиденье, думаю, чувствует ли мой брат что-нибудь. Интересно, что он будет делать, когда выпустит меня отсюда. Интересно, он все еще зависим от других вещей, кроме кокаина?

— Итак… — Я снова поворачиваюсь к нему. — Куда ты сейчас едешь? — Мне просто необходимо это знать. Мне нужно знать, встречается ли он с ним.

— Я пока не знаю. — Мэтт мрачно смотрит в окно, мышцы его предплечья подергиваются. — Не беспокойся об этом.

— Он всё ещё живёт в Овертауне, — сообщаю я Мэтту. Надеюсь, мой брат его убьёт. Это единственный способ загладить свою вину передо мной.

Мэтт коротко кивает и выглядит все более напряженным.

— Он не сидит в тюрьме, хотя должен бы. — С этими словами я открываю дверь и выхожу из машины.

— Если что-нибудь случится, позвони мне, — добавляет Мэттью, пристально разглядывая меня поверх солнцезащитных очков. Но я обрываю его на полуслове, захлопывая дверь.

Определенно нет.