Страница 57 из 148
Но я чувствую его взгляд.
Это для меня, а не для него. Он не будет ревновать. Я знаю это теперь.
Однако я делаю всё медленно и дразняще — для него.
Ток бежит под кожей, заставляя мой член горячо набухать от крови. Вскочив, я касаюсь языком её соска, мы с Майком сосём по груди каждый.
Не отрывая рта от неё, я закатываю рукава и обнимаю её, притягивая к себе. Двое других отпадают, и я шепчу ей: — Поцелуй меня.
Она тихо смеётся, опуская руку мне между ног и дразня мои губы маленькими покусываниями. — Не верится, что я это делаю, — стонет она.
Мы целуемся, но всё, что я чувствую, — это он. Я хочу, чтобы он знал, что жизнь будет бриллиантами без него.
Смотри на меня.
Смотри, как я женюсь и привожу своих детей в эту школу, и сажусь на частные самолёты и лодки, и играю в гольф.
Смотри на меня всю свою грёбаную жизнь.
— Его татуировка, — говорит женщина где-то рядом с нами. — Это же Йегер?
Я замираю, Сарай продолжает целовать меня.
— Тебе нравится? — отвечает другая женщина.
— Он симпатичный.
Волосы на затылке встают дыбом; я чувствую Далласа рядом. Как, чёрт возьми, они видят татуировку? Она скрыта его рубашкой.
— Хочешь потрогать? — спрашивает кто-то, и я думаю, это Дженна Тейлор и Сюзанна Джонсон. Кажется, я помню, как видел их сидящими неподалёку.
Я пытаюсь шевелить губами, но пот увлажняет спину.
— Интересно, это тот, с кем моя дочь провела ночь, — вступает другая женщина. — Когда она была дома на весенних каникулах.
— Она сказала, что он хорош?
Я ныряю в шею миссис Маклауд, чувствуя её вздох, и сверлю взглядом стерв на диване за ней. Они смотрят в мою сторону, поверх моей головы.
— Она оставила подробности при себе, — дразнит миссис Тейлор.
— Что ж, думаю, можно и тебе кое-что оставить при себе.
Они хихикают своими грёбаными хихиканьями и встают, забирая свои напитки. Я закрываю глаза, закрывая рот Сарай своим.
Ему нравится, когда женщины говорят о нём, как будто он годится только для одного? Он какой-то грёбаный посмешище, клянусь.
Он ничего не будет стоить через двадцать лет — чёрт, через десять, — когда он больше не будет тем куском мяса, которым себя считает.
Я знаю, что он где-то позади, и я знаю, что он дразнит меня. Мне следовало бы игнорировать его, сосредоточиться на задаче и забыть о его существовании, когда всё закончится, но я не могу удержаться.
Я наконец-то веселюсь здесь.
Встав, я поднимаю миссис Маклауд. — Иди сюда.
Заняв её место на диване, я направляю её вниз, ко мне на колени, в позу наездницы спиной ко мне.
Указав на Майка, я смотрю, как он опускается на колени, занимая моё место между её бёдер. Откинувшись, я засовываю руку в его волосы, прижимая его голову к её киске.
Схватив её за голову другой рукой, я поворачиваю её рот к своему, считая секунды, пока сдерживаюсь от того, чтобы поднять глаза.
Джером покрывает ртом её сосок, все трое из нас пожирают её, её муж и мистер Кенмонт стоят справа, наблюдая, как мы развлекаемся.
Проведя языком по её верхней губе, я поднимаю глаза и нахожу Далласа.
Его пиджак, рубашка, галстук… Их нет. Он стоит там, его запястья пристёгнуты за спиной к стальному шесту, татуировка ярко горит на плече. С опущенной головой он смотрит на полуобнажённую служительницу, одетую только в саронг, которая покрывает его торс блёстками.
Какого чёрта он делает? Женщины приближаются, одна из них приподнимается на цыпочки, чтобы шепнуть ему на ухо. Я открываю рот, замирая, пока миссис Маклауд грызёт меня ртом, и я смотрю, как Даллас кивает, мягко улыбаясь миссис Тейлор.
Голова Майка двигается под моей рукой, пока он сосёт Сарай, и я смотрю, как кто-то другой проводит тыльной стороной ладони по животу Далласа. Пройдясь по впадинам его пресса, она опускает пальцы к его паху, сжимая контур его члена, выступающий сквозь его красивые чёрные брюки.
Я твердею под задницей миссис Маклауд, стону, скользя языком в её рот и крепко целуя.
Две другие женщины кружат вокруг него, трогая его, порхая вокруг его груди. Его глаза находят мои, и я удерживаю его взгляд, как будто между нами невидимая нить, вплетая пальцы в волосы Сарай.
Затем связь разрывается. Опустив взгляд, он сосредотачивается на затылке Майка, и проходит мгновение, прежде чем я понимаю, что Майк массирует мои ноги, пока вылизывает девушку.
Я перестаю дышать. Даллас…
Я…
Даллас дёргает руками, борясь с ограничениями, и он, должно быть, сказал служительнице не затягивать его слишком туго, потому что через мгновение он свободен.
Он бросается ко мне, и я перестаю целовать девушку, когда он отталкивает Джерома и Майка. — Пошли вон, — рычит он.
Сарай вдыхает, но он берёт мою теперь свободную руку и прикладывает мои пальцы к её клитору. — Два пальца, — говорит он мне, располагая подушечки указательного и среднего пальцев на её влажной киске. — Чувствуешь?
Он нависает надо мной, опираясь другой рукой о спинку дивана. Он двигает мои пальцы маленькими кругами, заставляя меня тереть её твёрдый маленький бугорок. Жар от его нежных пальцев разливается по моей руке.
— Вот так, — бормочет он. — Не своди с меня глаз.
Она поднимает на него взгляд, как ей сказано, но он говорит не с ней. Я даже не могу моргнуть, глядя в его зелёные омуты.
Он тяжело дышит, и я тоже, и мои нервы расслабляются, даже когда пульс учащается, согревая кровь и заставляя всё в животе чувствовать себя невероятно.
— Слушай, как она реагирует, — шепчет он.
Его тёплое дыхание касается моих губ, и вместе мы делаем мягкие круги над ней, слыша, как её дыхание становится быстрее. Протянув одну руку назад, она вцепляется в мой затылок.
— Вот оно. — Он смотрит на меня, жар его кожи заставляет мой пах набухать. — Вот это ритм.
Моя эрекция просится растянуться под её задницей, но я не двигаю её. Я не останавливаю это, его грёбаная потрясающая улыбка всё ещё заводит меня так, как ничья другая никогда не заводила.
Забавно, что из пяти, блядь, братьев Йегер только он привлёк меня. Все они были хороши собой, но в том, как чувствуется его внимание, есть что-то особенное. Ты хочешь, чтобы он хотел тебя.
— Ты справляешься, — говорит он, отпуская меня и засовывая пальцы в неё.
Она выгибает спину. — О, Боже.
Но мы смотрим не на неё. — Продолжай, — умоляет он меня.
Я качу пальцами, пока он водит своими внутрь и наружу, и кажется, что девушки здесь почти нет.
Затем в его глазах вспыхивает огонёк.
— Ты всегда был способным учеником, Эймс, — дразнит он. — Так ты собираешься трогать Клэй?
Холод проникает в мою грудь, но я не колеблюсь. Джером и Майк стоят рядом, ожидая моего сигнала, чтобы вмешаться, если потребуется.
Даллас прищуривается. — Это то, что ты собирался сделать с моей сестрой на том круизе, до того как я забрал тебя себе?
Когда он забрал меня себе...
Все вокруг нас слышат, но я не доставлю ему удовольствия, притворяясь смущённым.
— Знаешь, — продолжает он, — в первую ночь я был достаточно зол, чтобы трахнуть тебя, но злость не заставляла меня возвращаться.
Та ночь в лесу. Я был грёбаным развалиной, когда добрался домой, но я никогда так не любил видеть грязь на полу в душе, как тогда.