Страница 119 из 148
Печаль снова обрушивается на меня, я отворачиваюсь, чтобы бороться с жжением в глазах.
— Она всегда собиралась это сделать, Даллас.
— И я никогда не буду тем, кем вы хотите меня видеть, — парирую я. — Мне никто не нужен.
Я не был Эверестом тогда, и я не сейчас. Они любят меня и пытаются заставить меня чувствовать себя лучше, но то, что я сказал Айрону, было правдой. Я хотел удержать Бэй от Эймса не потому, что мне действительно было не всё равно.
— Я остался, потому что хотел победить его, — указываю я, — а не потому, что мне есть дело до всего этого, и я больше не могу оставаться, зная, что этот кусок дерьма победил. Я убью его. Я сделаю только хуже.
— Ты не можешь остаться, потому что тебе больно, — говорит Айрон.
— Нет.
— И ты хочешь сбежать от боли, — продолжает он. — Как ты всегда делаешь.
— Мне плевать на всё это! — кричу я.
— Тогда чего ты хочешь? — спрашивает Арми.
Я перевожу взгляд на него. — Уйти! — кричу я. — Я хочу уйти из этого дома!
Пройдя мимо них, я хватаю рюкзак с пола.
— Чего ты хочешь от жизни? — настаивает Арми.
Я бросаюсь к входной двери. — Пошёл ты!
Но Айрон оказывается там, преграждая путь, а Трейс и девушки держатся на расстоянии.
— Ответь на вопрос. — Он сверлит меня взглядом, загораживая дверь. — Ответь, и ты сможешь уйти!
— Я хочу уйти!
Вот чего я хочу!
— Скажи нам, — требует Арми. — Скажи!
Вернувшись в гостиную, я бросаю в него рюкзак, пульс бешено бьётся. Он отталкивает его, прежде чем тот попадает в него.
— Одна вещь в мире, которую ты можешь иметь, — кричит Айрон. — Что это?
Будь они прокляты...
— Чего ты хочешь? — рычит Арми.
Чего я хочу? Чего я, блядь, хочу?
Где бы я был в эту секунду, если бы мог?
Я реву, выбрасывая ногу и ударяя по консольному столику под окном.
— Я не хочу, чтобы кто-то ещё прикасался к нему! — кричу я во весь голос, когда стеклянные изделия моей матери падают. — Я не хочу, чтобы кто-то ещё им владел!
Слова просто вырываются, как будто, если я скажу их с достаточной яростью, я не буду их чувствовать.
Я сметаю вазы, отправляя всё на пол.
К моему удивлению, никто не останавливает меня.
— Чего ты хочешь? — спокойно спрашивает Мейкон.
Я снова и снова бью по столику ногой. — Я не хочу, чтобы он стал своим отцом.
— Чего ты хочешь? — повторяет Айрон почти шёпотом.
Я толкаю столик, но мои силы иссякли, я так устал.
Глаза наполняются слезами, я поворачиваюсь и откидываюсь назад. — Я не хочу его терять.
Я качаю головой, стыд покрывает каждый дюйм моей кожи. Я просто хочу исчезнуть.
Если бы я мог быть где угодно в эту секунду, я был бы у себя в постели с ним и нигде больше.
Через мгновение Мейкон стоит передо мной, его руки держат мою голову.
— Ты любишь его, — говорит он.
Держа глаза закрытыми, я даже не могу посмотреть на него. Едва заметно я киваю, моё сердце в грёбаном горле.
— Мне нужно услышать, как ты скажешь это.
— Блядь. — Я дрожу, зная, что они все должны ненавидеть меня за это. — Я люблю его.
Я выворачиваю голову из его хватки, пытаясь спрятаться. Я знаю, что они не хотят этого слышать, и они, вероятно, будут ненавидеть его ещё больше за то, что он заставил меня бежать. И ненавидеть меня за то, что я снова подвёл их.
Я думал, что любовь — это потеря контроля, и, возможно, так оно и есть, но, возможно, теперь я понимаю. Мой отец был единственным человеком, по которому моя мать боялась скучать. Когда он ушёл, это добило её.
Я скорее люблю Каллума, чем нет. Теперь я знаю, чего мне не хватает. Он, блядь, разрушил меня.
Каждое решение, которое я принял после него, было из-за него. Мне нравится, как он смотрит на меня.
Мне нравится, как он целует меня.
Он заставил меня говорить так, как никто другой, и я не хочу, чтобы он был без меня.
Мейкон отступает, его голос чёток и ясен. — Тогда давайте вернём его домой, — говорит он всем.
У меня переворачивается в животе, грудь наполняется приливом адреналина.
Что?
Я поднимаю голову, глядя на Крисджен и моих братьев и сестёр, их выражения такие же, как у меня. — Ты серьёзно? — выдавливаю я из себя Мейкону.
Его шёпот только для меня. — Это может быть оно.
Девиз Трайст-Сикс, напоминающий нам никогда не тратить день зря. Никогда не оставлять момент с сожалением. Мы все в тот или иной момент забывали об этом, но мне нужно было это услышать. Если я умру завтра, я хочу его сегодня.
— Снаряжайтесь, — говорит он всем. — Идём за ним.
— Прямо сейчас? — ворчит Арми, выбрасывая руку, чтобы напомнить нам о буре за окном.
Но Мейкон уже поднимается по лестнице.
— Мейкон, сейчас локдаун! — напоминает ему Трейс.
— И мы вернём наше грёбаное сокровище тоже! — кричит он нам в ответ.
Я встречаюсь взглядом с сестрой, моё сердце на мгновение замирает.
Затем улыбка расплывается по её лицу, глаза сверкают. — Сделаем это! — кричит она.
Все мобилизуются, и я почти взлетаю по лестнице. Это будет весело.