Страница 24 из 73
Глава 19
Солнечный свет мешает спать. Поворачиваюсь набок, натягивая на голову лёгкое
покрывало, скрываясь от солнечных лучей. Острая боль пронизывает позвоночник,
заставляя меня распахнуть глаза и встретиться с понимающим взглядом целителя.
Он-то откуда здесь? Несколько раз моргаю, надеясь, что видение уйдёт. Но нет, доктор
продолжает выжидающе смотреть. Я оглядываюсь, чтобы найти Рейна, но его нет в
комнате. Это тоже настораживает.
– Госпожа Аманда, на вашем теле есть татуировки? ― Спрашивает меня целитель, прежде
чем я успеваю задать вопрос о Рейне.
– Нет и никогда не было, ― быстро отвечаю я, качая головой.
У меня пунктик насчёт тату. Не люблю ничего, что уродует природную красоту тела. Я
даже умудрилась избежать тех клейм, которые нам набивали в Гильдии.
– Как вы себя чувствуете сейчас? ― Осторожно интересуется доктор.
– Болит спина, ― честно признаюсь врачу.
Раз уж его пригласил Рейн, то пусть отрабатывает свой гонорар. Я намерена рассказать
всё о своём самочувствии.
– Вся спина или где-то конкретно?
– Позвоночник, ― пожаловалась я. ― Как будто огненный штырь вставили. Такая острая
боль, что сил нет, терпеть.
Я судорожно вдохнула воздух и замерла, чтобы лишний раз не беспокоить спину.
– Терпеть долго не придётся, ― обнадёжил меня доктор. ― Только мне непонятно, почему
такая острая боль. Вы позволите мне осмотреть вас ещё раз?
Кивнула. А что, собственно говоря, терять? С трудом, стиснув зубы, чтобы от боли, я
перевернулась на живот. Что у меня за работа такая? Надо менять, а то недолго и без
головы остаться. Выплачу дракону неустойку. Денег, конечно, не хватит, но попрошу
взаймы у Вейнарда или останусь работать на Кукловода. Я бежала от этого занятия, а
придётся возвращаться, но зато живая.
Доктор, легонько касаясь подушечками пальцев, прошёлся по всему позвоночнику. Цокая
языком и что-то бормоча на неизвестном мне языке.
– Что там доктор? ― Обеспокоенно спрашиваю я и снова стискиваю зубы, чтобы не
закричать.
От его прикосновений становится ещё больнее, но я терплю, украдкой вытирая слёзы. Я
лежу на животе, и их никто не увидит. Нельзя показывать свою слабость, одно из моих
непреложных правил, выручавших не один раз.
– Очень любопытно, ― прокашлявшись смущённо ответил доктор. ― Я такое видел только на
картинке в учебнике.
– Да, что там, гаргулья вас раздери, доктор, говорите уже, ― нетерпеливо поторопила
его с ответом. ― Не томите. Я уже вся извелась. Вы можете, наконец-то поставить
диагноз?
– Мой диагноз прост: истинная связь, ― сказал он, и у меня пропал дар речи.
Клянусь, я даже не знала, что ответить. Истинная связь… В голове не укладывается.
Этого просто не может быть, потому что не может быть никогда.
– Как так-то? ― Сипло спросила я. От волнения голос немного сел. ― Вы уверены? Ничего
не напутали?
– Обычное дело, ― попытался “успокоить” меня доктор, но я разозлилась ещё больше.
– А что тогда необычно? ― Рявкнула я, и доктор выронил из рук салфетку.
– Её проявление, ― ответил доктор. ― Обычно истинная связь проявляется среди магов,
оборотней и драконов, обычным людям она недоступна.
И слава богу, что она недоступна обычным людям. Ещё не хватало связывать себя на всю
жизнь. Такой участи и врагу не пожелаю. Я ничего не знаю об истинности, кроме того,
что она лишает свободы воли и приковывает навечно к одному избраннику. Я-то,
наивная, даже не подозревала, что в группе риска по истинности.
– У каждого рода, она проступает по-своему, ― продолжал экскурс в историю истинности
доктор. ― У магов небольшим рисунком, у оборотней рисунок чуть больше и место
проявления зависит от рода. А вот у драконов рисунок большой, и чем крепче связь,
тем больше рисунок. Обычно это родовое древо, которое проявляется на позвоночнике и
расцветает цветами того рода, к которому принадлежит дракон.
В голове помутилось. Опять я вляпалась в историю и на этот раз в серьёзную. Это не
воровать артефакты и даже не воевать с нечистью, тут дело швах. Да, как меня вообще
угораздило влипнуть в эту проклятую истинность. Это же похуже топора палача,
оправдательного приговора не будет. Кандалы на всю жизнь.
Хотелось заплакать, растерзать подушку, бросить что-нибудь тяжёлое в стену. Но разве
это поможет? Лишь покажет мою слабость.
– Что у меня? ― Спросила я, не в силах скрыть скорбь в голосе.
– Вместо древа с цветами рода вашего избранника по позвоночнику протянулись цепи, ―
он задумался. ― Не цепи даже, а кандалы. Натуральные кандалы с тяжёлыми цепями и
колодками вверху и внизу спины.
В горле стало сухо. Дыхание перехватило. У меня даже истинность проявляется не как у
всех, что за наказание? Или это знак того, что я воровка и связали меня с таким же,
как я вором. Что я скажу тётушке? Как посмотрю в глаза сёстрам?
– Я такое только в учебниках видел, ― продолжал доктор. ― Так бывает, если один из
пары её не принимает, то истинность не срабатывает.
– Значит, есть выход? ― заинтересованно посмотрела на него. В сердце появилась искра
надежды на то, что удастся ускользнуть от этой проклятой истинности.
Мало того что весь мой род проклят, так ещё и истинность в придачу.
– Что вы понимаете под выходом? ― Спросил доктор, складывая свой лекарский саквояж.
– Разорвать эту никому не нужную истинность? ― Раздражённо ответила я. Меня выводила
из себя вся эта ситуация. Почему именно со мной? Чем я так прогневала богов?
– Ну почему же никому не нужную? ― Удивлённо моргнул доктор. ― Если бы она была не
нужна, то не проявилась бы. Значит, вашей паре она очень нужна, раз она проявилась
даже сквозь ваше нежелание быть вместе.
Я скептически посмотрела на него. Паре-то, может быть и нужна, а вот мне нет. Надо
как-то избавиться от татуировки до того, как объявится истинный.
– Зря вы так воспринимаете ситуацию. Истинность – не наказание, а благословение, ―
успокаивал меня доктор. ― Она в наше время проявляется только у сильных родов. Даже
не у каждого из Рода, а лишь у некоторых представителей. Не каждый клан может
похвастаться истинными парами.
– Я очень рада, что истинность существует, но не от всего сердца, ― заявила я. ― И