Пламенная

После водных процедур Ариана почувствовала себя посвежевшей и полной энергии и задора.

— Чем собираетесь заняться? — спросила Мирта, заканчивая колдовать над причёской госпожи.

— Чем-чем! — хмыкнула герцогиня и в зеркале подмигнула подруге. - Мужа буду кормить!

Эрик просыпался с удивительной лёгкостью во всём теле, словно сбросил тяжкий груз не только с плеч, но и с души. Проклятие точно покинуло его, но почему вокруг всё осталось прежним, он не понимал. Задачу усложняло ещё и то, что он больше не чувствовал пределов герцогства, и теперь не мог уследить, если кто-то покидает его или, наоборот, захочет попасть сюда. Неприятное чувство захватило Эрика, ведь двадцать три года он контролировал границы, а сейчас ощущал себя слепым котёнком. Вот так, со смятением в душе он и встал с постели.

Часы его удивили, короткой стрелкой указав на цифру восемь. Когда в последний раз он вставал так поздно? Кажется, тогда ещё были живы родители.

Прохладная вода в ванне немного усмирила растерянность, охватившую герцога. А после того как он побрился и полностью оделся, так и вовсе пришёл в себя. По крайней мере, в это хотелось верить.

Он как раз подумывал о том, чтобы заглянуть к жене, как в дверь, ведущую в коридор, постучали — что-то новенькое. Пока Эрик удивлялся, постучали вновь, но уже куда настойчивее — неслыханная дерзость, поэтому вариант напрашивался лишь один:

— Заходи, дорогая!

С улыбкой на милом личике она вкатила серебряный столик со всевозможной снедью.

— Доброе утро, дорогой! — парировала Ариана.

— Не доброе, а прекрасное! — Он притворил дверь и обхватил жену за талию, став позади. Волосы Мирта убрала госпоже наверх, открыв шею, и Эрик тут же прошёлся поцелуями по нежной коже. — Просто замечательное!

— Сначала еда! — заявила герцогиня, впрочем, не особо сопротивляясь.

— Уверена?

— Уверена, уверена! — хмыкнула она и легонько оттолкнула от себя мужа.

Тот нехотя её отпустил и, прищурившись, стал наблюдать, как она, нарочно, замедлившись, покатила столик к окну, где и остановилась.

— Два стула и небольшой стол, пожалуйста! — повернувшись, попросила-приказала она.

Ухмыльнувшись, он щёлкнул пальцами, и мебель стала там, где и должна была. Ариана переставила тарелки и жестом пригласила мужа разделить с ней завтрак.

— Почему ты этим занимаешься? — спросил Эрик, отодвигая для неё стул и помогая сесть поудобнее. — Есть же слуги.

— Во-первых, потому что сама хочу. — Она с удовольствием угостилась блинчиком с вишней. - А во-вторых, разве кто-нибудь осмелится зайти в твоё логово?

— А ты, значит, не боишься? — Эрик положил себе на тарелку яичницу с беконом и овощами.

— Я?! — Герцогиня прижала ладошку к груди и захлопала ресницами, а потом расхохоталась и ответила: — Это ещё нужно посмотреть, кто кого должен бояться!

Вскоре с завтраком было покончено, и главная непоседа замка Айронкрафт объявила:

— А теперь мы идём гулять!

— Погоди, — воспротивился Эрик. — Это всё хорошо, но проклятие..

— Не-се-год-ня! — отчеканила Ариана. — Даже тёмным магам положен выходной.

— Я не тёмный!

— Тёмный, тёмный! У тебя хоть что-то цветное есть?

— Есть! — улыбнулся герцог. — Сидит передо мной и командует.

— А что поделать — притворно вздохнула его вторая половина. — Раз уж вышла замуж за одержимого работой!

— Хочешь, чтобы я был одержим тобой?.. — Голос Эрика приобрёл томные нотки.

— Ну уж нет! — со смехом запротестовала Ариана. - Даже не начинай - на меня это сейчас не подействует! Мы идём гулять!

Сдавшись, маг отправил стол и стулья восвояси, а серебряный столик забрала Мирта, всё это время, по-видимому, дежурившая за дверью.

Из пешей прогулка быстро превратилась в верховую, чему больше всех обрадовался Грэй. Компанию ему составила Изабелла, и на этот раз жеребец даже не возражал, когда она ненадолго вырывалась вперёд. Но только ненадолго!

Так, супруги полдня провели на свежем воздухе — погода после ночного дождя решила их порадовать отсутствием ветра и более-менее светлыми облаками, а вороны, хорошенько накричавшись утром, замолкли.

Пообедать предпочли в столовой. Причина оказалась проста: Розанна не могла вместить всё, что хотела, на многострадальный серебряный столик. Ариана и Эрик нагуляли хороший аппетит, чем весьма обрадовали кухарку. Пир на двоих удался на славу!

— Ваша Светлость! Ваша Светлость! — Запыхавшийся Джеймс влетел в столовую, позабыв обо всех правилах приличия. — Ваша Светлость! Ваша Светлость!

Он резко остановился около стола, за которым герцог и герцогиня как раз закончили

обедать, согнулся и упёрся ладонями в колени, пытаясь таким образом отдышаться. Другие слуги таращились на него с ужасом и знаками пытались донести до него, чтобы он вспомнил своё место, но лакей не то, что не замечал ничего вокруг, он вообще ничего не видел — пот застилал глаза, а разум помутился от новости.

По-хорошему за такое поведение зарвавшемуся лакею полагался как минимум выговор, а как максимум — вычет из годового жалования. Однако ни Эрик, ни уж тем более Ариана и не помыслили о каком бы то ни было наказании. Они одновременно положили столовые приборы и приготовились слушать.

— В чём дело, Джеймс? — поинтересовался герцог.

— Ваша Светлость, — снова начал лакей, всё же вспомнил, кто перед ним, поклонился, а затем вытянулся по струнке и выпалил: — Я только что с границы, Ваша Светлость! Там всё зелёное, Ваша Светлость! На десять шагов от границы всё зелёное, Ваша Светлость! Я, когда заметил, там на восемь шагов было. Я нарочно подождал. Вдоль границы походил. За три часа ещё два шага добавилось.

И я сразу сюда, Ваша светлость!

Эрик сглотнул и устремил свой взор на жену, в глазах у неё выступили слёзы, и она медленно кивнула.

У герцогини дрожали губы, когда она улыбалась, стараясь при этом не разрыдаться. Неужели у них получилось? Это ведь не сон, так?

— Грэг! — позвал одного из лакеев герцог.

— Слушаю, Ваша Светлость. — Тот сделал шаг вперёд, отделившись от стены.

— Возьми ещё двух человек и отправляйтесь к границе. Ты езжай на север, остальных сам распредели. И никому пока ни слова. Не нужно никого зазря будоражить.

— Слушаюсь, Ваша Светлость! — Поклонился Грэг и уточнил: или сейчас ехать?

— Обождать до ночи.

— Сейчас, Грэг, прямо сейчас. Не будем терять время.

Вновь поклонившись, лакей удалился, успев перед этим поманить с собой ещё двух товарищей.