Страница 96 из 148
xx
Глава 12.
ДВАЖДЫ ПОТОПЛЕННЫЕ И ДВАЖДЫ СПАСЕННЫЕ
Когда британский военный корабль ушел прочь, на воде осталось около 350 спасшихся. Они находились в лодках и на спасательных плотах, либо плыли, держась за плавающие обломки посреди мусора, оставленного «Атлантисом». Взрывом раскололо корабельный сейф, рассыпав по поверхности моря секретные бумаги Кригсмарине. Люди потратили больше тридцати минут, вылавливая из воды документы, которые они могли найти.
Минут через сорок после покидания судна кто-то начал кричать: «Акулы! Акулы!» И действительно, среди лодок и плотов появились характерные спинные плавники акул, тут и там снующие меж плавающих обломков. Рыбы скользили там и тут среди тех, кто был на шлюпках и плотах, и тех, кто плавал. Люди отчаянно отпихивали и отталкивали акул. К счастью, акулы в основном заинтересовались телами тех, кто погиб от орудийного огня. Хищники брызгались и вертелись в воде, разрывая плавающие тела, однако живых они не тронули.
Среди спасшихся людей оказались офицеры и экипаж «Атлантиса», а также капитан-лейтенант Бауэр и семеро других моряков с подводной лодки U-126, которые были на рейдере, когда началось нападение, а также один оставшийся пленный — американец Франко Виковари. В ходе обстрела Замзама этот представитель нейтрального государства получил несколько ран обеих ног, и ему требовалась постоянный медицинский уход. Когда все прочие пленные и задержанные были эвакуированы на «Дрезден», Виковари еще не был готов для путешествия и остался на борту «Атлантиса». В своей статье, написанной после войны, Виковари пишет, что он находился в корабельном госпитале, читая «Спасение» Джозефа Конрада, когда началась атака. Сначала он планировал воспользоваться замешательством, вызванным обстрелом, и убить столько немцев, сколько сможет. Однако в палату вошел доктор Рейл, пожелал пациенту всего доброго, пожал руку и сопроводил его в спасательную шлюпку, так что американец не смог заставить себя действовать.
Спасшихся начало относить все дальше друг от друга, пока Рогге не вскарабкался в спасательную шлюпку, встал во весь рост и начал созывать людей, чтобы собрать их вокруг своей шлюпки, в то время как боцман дудел в боцманскую дудку сигнал сбора. Призыв Рогге был замечен экипажем, люди в лодках начали грести веслами, а спасавшиеся вплавь поодиночке или вместе подплывали к своему капитану.
Когда команда собралась вокруг Рогге, на поверхности наконец-то появилась U-126. Лейтенант Нойберт открыл люк субмарины, рассчитывая, что его будут приветствовать как ангела-спасителя. Вместо этого молодой офицер оказался лицом к лицу с разъяренным командиром. Бауэр потребовал, чтобы ему объяснили, почему Нойберт не атаковал крейсер. Первый помощник доложил, что ушел на перископную глубину и развернулся, чтобы преследовать «Девоншир» — но сильные взрывы вокруг субмарины заставили его предположить, что он сам атакован. Молодой офицер ошибочно решил, что первый залп «Девоншира» по «Атлантису» был взрывом глубинных бомб и являлся атакой по его подводной лодке. Он увел U-126 на глубину в сотню метров и оставался там, лишив себя тем самым всякой возможности наступательных действий против британского крейсера.
В конце концов Рогге пришел на выручку молодому человеку. Он сказал Бауэру, что крейсер сохранял очень выгодную оборонительную позицию, которая делала торпедную атаку в любом случае неосуществимой.
Когда Рогге собрал свою команду, он получил последний привет, посланный с затонувшего корабля. Целый и невредимый катер выскочил из глубины на поверхность воды, как выстреленный из пушки. Катер ушел на дно вместе с «Атлантисом», но оказался не закреплен на палубе, поэтому образовавшаяся под его перевернутым корпусом воздушная пробка в конце концов вытолкнула плавсредство на поверхность. Рогге послал людей выловить только что всплывший металлический катер и вернуться с ним в точку сбора.
Был уже почти полдень, когда все люди собрались вокруг капитана Рогге. Он подсчитал собравшихся вместе людей и имеющиеся плавсредства. Всего в наличии оказалось несколько надувных плотов, три стальных катера, две моторные лодки и множество связанных вместе обломков.
Капитан провел пересчет по головам и перекличку. Моор тоже пристально смотрел на лица людей, выискивая тех, кто служил непосредственно ему. Одного человека не хватало. Не было рулевого обер-ефрейтора Вилли Кроофи и около полудюжины палубных матросов. (Круз был убит взрывом снаряда на лестнице, ведущей на шлюпочную палубу, когда он отошел в сторону, чтобы позволить пройти офицеру. В этот момент он оказался прямо на месте взрыва.)
Перекличка выяснила, что от огня крейсера погиб Кроофи и еще трое — обер-боцманмат Антон Деттенхофер, обер-механиксмат Хорст Герстенхауер и обер-ефрейтор Иоганн Шафер. Пятый человек пропал уже после окончания артиллерийской стрельбы — радиста обер-функ-ефрейтора Хайнца Мюллера заметили прыгающим с корабля, когда тот начал тонуть, но больше его никто не видел. Еще было множество людей, раненых в ходе артиллерийского обстрела, включая капитан-лейтенанта Кюна. Два доктора и четверо медбратьев исполняли свой долг среди плотов, лодок и плавающих обломков — они обрабатывали раны, начиная с царапин и осколочных ранений, и кончая контузиями, перебитыми конечностями и сломанными костями.
Капитан Рогге перешел на субмарину и обсудил свои дальнейшие действия с Бауэром. Требовалось каким-то образом доставить потерпевших кораблекрушение людей на сушу. Двое офицеров договорились, что субмарина будет буксировать спасательные шлюпки к ближайшему берегу. После исключения большинства предложений офицеры оставили два пункта назначения. Первым и самым близким пунктом был Фритаун — английская военно-морская база на западном побережье Африки, вторым — Пернамбуко в Бразилии, на самой восточной части Южной Америки. Но до бразильского побережья было более чем 950 миль открытого моря.
Если лодки пойдут во Фритаун, люди должны будут сдаться противнику и просидеть остаток войны в плену. Но все желали бороться, чтобы избежать плена и скрытно вернуться в Германию. Поэтому Фритаун не привлекал Рогге ни в каком случае. Он не хотел плыть в британский порт и сдавать своих людей противнику. Но и высадиться тайно, а потом скрываться на побережье Африки казалось невозможным, учитывая численность людей и расстояние, которое они должны преодолеть.