Страница 98 из 219
впилось
Глава 37
Эсмира
Эсмира резко втянула воздух при виде оружия всего в нескольких дюймах от своего лица. Она с рывком выдернула ладонь из фонтана, и её прежде парившие пряди волос тяжело упали на плечи. Оглядевшись, она наткнулась взглядом на Дрэвина: он был связан и с кляпом во рту, но это была не её работа.
Они были окружены существами, которые походили на смертных и одновременно на кого-то еще — созданий, которых она никогда не видела и о которых не читала в книгах.
Оттенки их кожи варьировались от самого бледного до глубокого коричневого, и все они отливали радужным сиянием, напоминая мерцающую жемчужину в толще воды. Их глаза и волосы переливались всеми цветами, какие только можно встретить в море. На их гладких телах выделялись удлиненные пальцы с перепонками, а жабры тянулись вверх по шеям. Взгляд Эсмиры скользнул по руке нападавшего, где плавникоподобные гребни очерчивали контуры конечностей. Последним, что она заметила, были их уши — заостренные, похожие на плавники и слегка выступающие по бокам головы.
Они казались чужими, но в то же время такими знакомыми — некоторые их черты напоминали её собственное обличие, когда она принимала форму сирены.
Эти существа ни капли не походили на кречумов, атаковавших их ранее. Они действовали осознанно, были настороже и владели выкованным оружием. Она вновь перевела взгляд на Дрэвина, чьи глаза, казалось, умоляли её не сопротивляться.
Почему он не призвал свое пламя? И почему не делает этого сейчас?
Внезапно она почувствовала слабый укол боли в районе грудины и медленно повернула голову к нападавшему, пока тот слегка прижимал острие копья к её груди. Эсмира подняла руки в притворном жесте капитуляции, шевеля пальцами и позволяя когтям медленно выдвинуться наружу.
Существо вдавило отточенное копье глубже в её грудь, на сей раз пустив маленькую каплю крови.
— Назови свое имя.
Это был приказ. Однако Эсмира никогда не жаловала приказы. Она наблюдала за тем, как её кровь стекает по кромке наконечника копья.
— Имя. Назови его, — повторило существо. Его голос был глубоким, почти потусторонним.
Она неторопливо подняла на него взгляд, и уголок её губ дернулся в ухмылке:
— Только после тебя.
Все вокруг напряглись, крепче сжимая оружие.
Тот, кто казался их предводителем, не отрывая от неё глаз, скомандовал:
— Убейте лишнего.
Дрэвин забился в руках удерживавших его пленителей, мыча сквозь кляп, но слова были неразличимы.
Её глаза вспыхнули.
— Что? Нет! — закричала она, но те даже не замедлили ход. — ЭСМИРА! Меня зовут Эсмира.
И всё же они не отступили.
— Ты говоришь, когда тебя спрашивают. А ты этого не сделала, — произнес мужчина, отчего её губа яростно очертилась.
Язвительный смешок гнева сорвался с её губ, прежде чем её челюсть сжалась:
— На вашем месте я бы этого не делала.
В унисон те, кто обступил Дрэвина, занесли свои копья, готовясь вонзить заостренные лезвия в его грудь — словно её угроза ничего не значила.
В ту же секунду глаза Эсмиры изменились, и она вскинула руку, чтобы призвать воду, собравшуюся в фонтане. Это движение привлекло всеобщее внимание.
Эсмира на мгновение прикрыла глаза, её дыхание выровнялось. Она чувствовала воду, ощущала её течение и ритм, точно пульс, ждущий команды. Медленно она подняла руки ладонями к фонтану, который теперь находился у неё за спиной.
— Я вас предупреждала, — прошептала она; её голос звучал твердо, несмотря на близость копья.
Глаза существа округлились, и он обернулся, когда вода позади неё взметнулась, вырываясь из оков чаши. Она закружилась в воздухе, струясь подобно змеевидной ленте, и обвила руки Эсмиры, ложась на её конечности спиральными кольцами.
Её глаза распахнулись, и слабая улыбка коснулась губ. Стремительным движением она выбросила руки вперед. Вода среагировала мгновенно, разделившись на два отчетливых потока, которые выстрелили вперед, извиваясь в воздухе точно живые существа.
Жидкость приняла форму нескольких сверкающих кристальных кинжалов — их лезвия мерцали подобно стеклу, пока они парили перед ней.
Предводитель сделал шаг назад, его глаза округлились от благоговейного трепета, но его солдаты всё еще были готовы убить Дрэвина — а он оставался её единственной разменной монетой, чтобы вернуть отца.
К тому же, она была у него в долгу: он ведь тоже спас её.
Эсмира резко развернулась, и вода пришла в движение, подчиняясь её воле как продолжение собственного тела. Она нанесла удар, и водяные лезвия с косым свистом рассекли воздух; она наблюдала, как призванное ею оружие перерубило их копья и кляп Дрэвина. В следующее мгновение древняя пещера наполнилась звуками выплеснувшейся воды, судорожными вздохами ужаса и лязгом оружия, посыпавшегося на каменный пол.
Широко распахнутые глаза Дрэвина были прикованы к ней, а челюсть отвисла.
Предводитель снова шагнул к ней.
— Ты открыла врата.
— Врата? — она вскинула бровь.
Она заставила разлившуюся по земле воду подняться, и та мгновенно приняла форму копья, в точности похожего на их собственное.
Взгляд предводителя скользнул вверх и вниз по этому копью. Он подошел к ней еще ближе, но Эсмира не отступила, лишь со скрытой настороженностью и любопытством наблюдала за ним, как и он за ней. Она никак не могла отделаться от ощущения, что это место и эти люди, кем бы они ни были, — как раз то самое пространство, где ей и суждено было оказаться. И потому она позволила ему приблизиться.
Его перепончатая рука потянулась к её руке, и тело Эсмиры так и застыло от этого прикосновения. Его плоть на ощупь напоминала шероховатую чешую, скребнувшую по её коже.
— Ты пришла сверху? — спросил он, хотя каждое слово давалось ему с трудом, словно он мучительно подбирал нужные выражения.
— Да, — выдохнула она, надеясь, что он не почувствует, как бешено колотится её сердце. Она кожей ощущала, как взгляд Дрэвина буквально прожигает её профиль, но упорно отказывалась отводить взор от существа.
— Прости меня, — подушечка его большого пальца погладила тыльную сторону её ладони, отчего глаза Эсмиры яростно вспыхнули, но было слишком поздно.
В то самое мгновение, когда она дернулась, чтобы вырвать запястье из его хватки, прохладное прикосновение камня встретило её плоть — вот только оно не сковало её руки, а
в них.