Страница 119 из 219
Он отметил про себя, что она не назвала его фамилию, как обычно делала, когда издевалась над ним или пыталась задеть за живое.
— Мне нужно знать, что ты на самом деле чувствуешь к своему отцу.
Он издал горький смешок.
— Полагаю, ты и сама знаешь ответ.
Эсмира сделала несколько шагов к нему, пока макушка её головы не оказалась всего в паре дюймов от его подбородка.
— Да, но это должно быть произнесено вслух.
Дрэвин прочистил горло, всматриваясь в её пронзительные ледяные глаза, пока в его мыслях царил полнейший хаос. Он никогда прежде не озвучивал эту чистую правду — даже Атласу, хотя и знал, что брат, как и вся команда, обо всем догадывался. Но с ней, по какой-то причине, выдать эти слова оказалось едва ли не самым легким решением, которое ему когда-либо приходилось принимать. Вероятно, потому, что каждой частицей своего существа он чувствовал: она испытывает то же самое.
— Король Роу — тиран, и отец он мне или нет, но Лефирину и всему Римеллю стало бы только лучше, не будь его на троне, — признался он. И пусть это считалось государственной изменой, в этих словах крылось некое освобождение, словно они отпирали позолоченную клетку его княжеского титула.
— Враг моего врага — мой друг, — прошептала она, и его глаза вспыхнули.
Они постояли так еще мгновение, меряясь взглядами, и ни один не желал полностью уступать этому хрупкому перемирию. Тем не менее, что-то в самом воздухе безвозвратно изменилось.
Наконец она повернулась к выходу, и её волосы качнулись вслед за ней.
— В следующий раз запирай свою дверь, — поддразнила она его через плечо.
Дрэвин сунул руки в карманы, наблюдая за тем, как она уходит.
— Прости мне мою глупость: я посчитал замки излишними, учитывая, что у двери стоял стражник, когда я ложился спать.
Эсмира потянула дверь на себя и развернулась к нему лицом; тусклые огни из коридора просочились внутрь, окутывая её мягким сиянием.
— Что ж, прости их за неспособность исполнять свои обязанности, Дрэвин Роу… Они клюнули на песню, — она подмигнула. — Доброй ночи.
Взгляд Дрэвина упал на пол — на два тела стражников, которые теперь лежали без сознания прямо у её ног.
Когда за её спиной с мягким щелчком закрылась дверь, он так и остался стоять посреди комнаты, а его сердце всё еще бешено колотилось в груди. И всё же он не смог сдержать ухмылки, которая тронула уголок его губ, пока он смотрел ей вслед.
— Доброй ночи, Пожар, — тихо прошептал он.