Страница 64 из 117
Когда-то я уже сказала нечто подобное. И была в восторге оттого, что смогла это повторить. Что Кадзуо.. Что он вновь рядом. По-настоящему рядом.
Хоть он и не вспомнил всего.. Он вспомнил о своих чувствах. И даже если их свет был не таким ярким, как в тот момент, когда мы расстались в том про́клятом городе, я знала, что мы наверстаем упущенное. Хотя, быть может, его чувства уже были такими.. Я не знала. Но понимала, что узнаю. Теперь Кадзуо никуда не исчезнет. Я не позволю. Я не могу потерять его.. Только не снова.
— Убедиться еще раз.. – медленно повторил он. – Сколько угодно.
От его слов и взгляда я почувствовала, что мне стало жарче, но весело улыбнулась:
— Думаю, много раз мне убеждаться не придется.
— Даже не знаю, радоваться или нет, – хмыкнул Кадзуо. – Наверное, все-таки радоваться.. Если пообещаешь, что нам не нужны будут поводы, чтобы..
— Чтобы что?
Кадзуо коротко усмехнулся и, на мгновение прикоснувшись губами к моей щеке, взял меня за руку, потянув в сторону квартиры.
— Пойдем. Только.. – Он остановился у самой двери. – Сначала давай обменяемся номерами телефонов.
— Хорошо.
Когда мы вернулись в квартиру, я немного заволновалась, но не успела особо развить мысль о том, почему именно, ведь отвлеклась: в коридор тут же выглянула Йоко и с широкой улыбкой посмотрела на Кадзуо:
— Кадзуо! Ты вспомнил! Ну, не все, конечно, но хоть что-то! Это так замечательно! А я, оказывается, столько пропустила!
Йоко коротко рассмеялась и посмотрела на меня. Ее глаза светились от радости.
— Не переживай, Йоко-тян, встреча с тем юрэем – это не то событие, которому ты хотела бы быть свидетелем, – заверил Кадзуо.
— Это да, – согласилась она и махнула рукой в сторону гостиной. – Пойдемте, что вы стоите в прихожей!
Мы с Кадзуо разулись и последовали за Йоко, а она продолжила весело говорить:
— Это такая удача, просто чудо, что юрэй все-таки отдал тебе ту шкатулку! Было бы печально, если бы он решил оставить ее себе.. Я ему даже благодарна!
Мы вошли в гостиную, а потому остальные тоже услышали последние слова Йоко.
— Он же сказал, что иначе не упокоится, – напомнила Эмири. – Поэтому его поступок мало похож на проявление благородства. Но юрэй хотя бы честно признался в своей мотивации.
— Видимо, боялся за себя и надеялся, что таким поступком снизит тяжесть своих грехов, когда окажется в Мэйдо на суде, – хмыкнул Араи.
— Судя по его скверному характеру, этому юрэю не дождаться нормального перерождения, – заметила Эмири.
— Если он вообще переродится, – добавил Араи. – Может, он отправится прямо в Дзигоку.
— Давайте не будем об этом, – попросила Йоко, на лице которой смешались страх и сочувствие. Она обняла себя за плечи и поморщилась. – Даже представлять не хочу, что все, о чем вы только что сказали, действительно.. существует. Мне хватает ёкаев.
— Не волнуйся, Йоко-тян, – отозвался Ивасаки. – Если загробная жизнь и суд людских душ существуют, это значит, что ты отправишься прямиком в Тэнгоку.
Йоко смущенно улыбнулась, сев на диван рядом с ним, но я видела, что ей все еще не по себе.
Я чувствовала то же самое. Размышления о том, что ждет нас после смерти.. даже страшнее мыслей о самой смерти.
— Не думаю, что такие слова могут успокоить Кандзаки-сан, – с легкой насмешкой заметил Хираи. – Потому как все вы явно в Тэнгоку не попадете. По крайней мере, не после этих ваших жизней.
Я закатила глаза, но промолчала. Ивасаки хотел было возмутиться, но Йоко, прикоснувшись к его руке, качнула головой, и он не стал ничего говорить. Остальные тоже решили не продолжать обсуждение, так что эта тема, к моему счастью, оказалась закрыта.
Араи, Ивасаки и Йоко заняли диван, Эмири сидела в кресле, а Хираи ушел к себе в комнату, поэтому свободным остались два стула.
Кадзуо, достав телефон, начал с сосредоточенным видом что-то читать. То же самое делал Ивасаки, а вот Араи и Йоко, как и Эмири, вернулись к чтению книг, и в гостиной воцарилась тишина.
Приятная и даже уютная.
Спустя пару минут Эмири ушла в отведенную нам спальню, сказав мне, что хочет побыть одна, и я только пожала плечами, не став что-то уточнять, а затем пересела в кресло. Чтобы не смотреть в пустоту, я достала телефон, понимая, что не смогу сосредоточиться на сюжете книги, что буду постоянно отвлекаться и думать о другом, а потому решила почитать что-то связанное с ворохом мыслей в голове, что-то способное помочь мне навести в этом ворохе порядок. Хотя бы относительный.. Кадзуо ведь был прав каждый раз, когда говорил, что я плохо разбираюсь в мифологии. А сейчас я могла хоть немного это исправить, узнать побольше о ёкаях и городских легендах.
Но не успела. Как только я разблокировала телефон, на экране высветилось сообщение от Кадзуо.
«У меня есть просьба».
Я тут же написала ответ:
«Конечно. Какая? И почему ты пишешь?»
«Не хочу, чтобы остальные слышали. Это касается Хасэгавы».
Подняв голову, я наблюдала, как он печатал мне это сообщение, а потому заметила его сомнения. То, как он помедлил, прежде чем отправить сообщение.
«Ты хочешь поговорить с ним? Я отправлю тебе номер».
«Нет».
Этот ответ пришел очень быстро. Я вновь подняла голову от экрана и встретилась взглядом с Кадзуо. На мгновение он отвел глаза, но затем вновь посмотрел на меня и качнул головой.
«Можешь написать ему, что я вернул часть воспоминаний? И что я догадался, кто он такой».
Я помедлила, но не потому, что не хотела выполнять просьбу Кадзуо, а потому, что три раза перечитала сообщение, пытаясь понять, чего именно он хочет. Не от меня. От Хасэгавы.
Спохватившись, я отправила:
«Конечно. Сейчас».
После чего написала Хасэгаве, коротко и по делу, не сомневаясь, что тот ответит быстро. Он наверняка ждал любых вестей, но, конечно, надеялся на хорошие.
И действительно, Хасэгава ответил спустя минуту:
«Я рад, что Кадзуо-кун вернул себе хотя бы какие-то воспоминания. Но не могла бы ты передать телефон или же мой номер самому Кадзуо-куну, чтобы он писал от себя?»
Я растерялась, затем поморщилась, а спустя пару мгновений пришло следующее сообщение:
«Если Кадзуо-кун читает, то передаю привет. Рад, что ты в порядке».