Страница 100 из 102
— Вы можете начать с того, что повернетесь, нагнетесь через этот гребаный стол и задерете свою проклятую юбку.
Я притворяюсь шокированной.
—
Сэр
, это крайне неуместно...
— Я буду считать про себя. И если я досчитаю до пяти, не увидев твою голую задницу, склоненную для меня над этим столом, я обещаю тебе, у тебя появится новое определение слова «неуместно».
Я сдерживаю всхлип, когда жар заливает мое нутро. Дрожа и сбивчиво дыша, я отворачиваюсь от него. Наши глаза встречаются всего на секунду, желание вспыхивает между нами, когда я поворачиваюсь и нагибаюсь над его столом. Я завожу руку назад и медленно задираю юбку на свою задницу.
Я не лгала. Под ней ничего нет.
—
Хорошая девочка.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, когда ладонь сильно опускается на мою подставленную задницу. Я взвизгиваю, мгновенно всхлипывая и тая в жаре, разливающемся по мне.
— Вы опоздали на десять минут.
Я сглатываю, мое тело пульсирует от желания. Я взвизгиваю, когда его ладонь шлепает мою задницу во второй раз.
— Это было два. Начинай считать.
Его ладонь снова ударяет, заставляя меня таять от жара, когда я стону в сгиб руки.
—
Три
.
Четыре и пять приходят быстро. Шесть затянуто, и семь тоже. Восемь заставляет меня ахать и сжимать ноги. Девять я едва выдавливаю. К десяти я уже изнываю от желания, чтобы он трахнул меня.
Но когда я внезапно чувствую горячее дыхание на своем бедре, а затем его большие руки сжимают мою задницу, раздвигая меня, я плавлюсь на столе.
— О
БЛЯ
...
Я вскрикиваю, когда его язык скользит по моей мокрой киске. Он рычит, погружая язык глубоко в мою щель, когда я скручиваю пальцы ног и толкаюсь назад навстречу ему. Я кричу на его столе, благословляя сверх меры, что стены и дверь этого кабинета достаточно толстые, чтобы заглушить звук.
Его язык погружается в меня, скользя вверх и вниз по моим губам, пока он не всасывает мой клитор между своими губами. Я таю, воркую от удовольствия, когда он сосет, перекатывая свой язык по моему бугорку. Моя спина выгибается, мое лицо искажается в удовольствии, когда он извлекает его из моего тела.
Я так близко... так близко, что чувствую, как начинаю взрываться и распускаться для него.
Что, конечно же, происходит
именно
в тот момент, когда он отстраняется от меня. Я стону в знак протеста.
— О, ты
ублюдок
— о
блядь
!
Одним плавным движением он оказывается позади меня и погружает свой толстый член в мою нуждающуюся киску. Я даже не слышала, как он расстегивался или что-то еще, но как только он входит в меня, всё, что я знаю, — это он, его член и его полный контроль над моим удовольствием.
Ноэль стонет, его большие руки сжимают мои бедра, когда он врезается в меня, зарывая каждый дюйм этого великолепного члена глубоко внутри меня. Я жадно стону, вцепляясь в стол и тяжело дыша над ним, когда он входит в меня и выходит мощными, глубокими толчками.
— Я беспокоюсь, что это создаст для тебя плохой прецедент в отношении опозданий, — хмыкает он, погружаясь на всю длину, до яиц, внутрь меня.
Мои глаза закатываются, рот открывается, когда удовольствие гудит глубоко в моем нутре.
— Хорошо, что у меня не будет стимула опаздывать, когда тебя здесь больше не будет, — всхлипываю я, задыхаясь, когда его руки сжимаются, а нижняя сторона его члена скользит по моему клитору.
— Хочешь сказать, что опаздывала почти каждый день на этой неделе нарочно?
Я закусываю губу, волны удовольствия накатывают на меня и топят в желании.
—
А если нарочно?
— задыхаюсь я.
Его ответ не словесный. Он просто начинает трахать меня
жестко
. Я кричу, мои бедра ударяются о край стола, когда его идеальный член вколачивается в меня снова и снова.
Он шлепает меня ладонью по заднице, и я задыхаюсь от удовольствия, пульсирующего сквозь меня, когда он тянется вверх, чтобы схватить меня за волосы. Он тянет за них, поднимая мою голову со стола. Я чувствую, как его мускулистое тело наклоняется над моим, прижимая меня к столу с каждым толчком. Его губы скользят по моему уху, пока я всхлипываю, умоляя о большем.
—
Я хочу, чтобы эта киска кончила для меня
, — темно хрипит он. — Я хочу, чтобы ты выжала сперму из моих яиц, как жадная девочка, которой ты, как я знаю, являешься, малыш.
Мое зрение плывет. Мое тело выгибается и напрягается, когда оно начинает воспламеняться.
—
Кончи на мой член, Элла
.
Он вонзается сильно, его член, и его руки, и даже его голос ясно дают понять, что он заявляет на меня права.
И я распадаюсь на части.
Звукоизолированный кабинет или нет, я заглушаю звук своего крика удовольствия в сгиб руки. Мое тело содрогается, выгибаясь и извиваясь между ним и столом, когда оргазм взрывается глубоко в моем нутре.
Ноэль следует сразу за мной. Я кричу, когда чувствую, как он входит глубоко, его член дёргается, яйца сжимаются. Я чувствую, как его сперма разливается внутри меня, толкая меня к еще одному оргазму, прежде чем я бессильно падаю на стол.
Он нежно берет меня на руки и начинает нести через комнату к диванам у окон. Его пальцы ловко начинают стаскивать остатки моей одежды, прежде чем я успеваю это осознать. А когда осознаю, я лениво ухмыляюсь, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него.
— И что, черт возьми, ты думаешь делаешь?
— Снимаю с тебя одежду, потому что я еще далеко не закончил с тобой.
Я ухмыляюсь, вздрагивая, когда он стаскивает с моего тела последний клочок одежды. Его собственная одежда следует за ней, и я всхлипываю от желания, когда он притягивает меня к себе на колени. Мои ноги обхватывают его, и я ахаю, прижимая свой рот к его, когда опускаюсь на его все еще каменный твердый член.
Моя рука скользит вверх по его боку, замирая, чтобы позволить моему пальцу обвести шрам от ножа там. Я вздрагиваю, когда его большая ладонь движется по моей груди, его пальцы обводят слово, которое он находит там.
Наша история началась в огне. Но мы не сгорели. Мы не сломлены. мы
не
превратились в пепел и золу.
Наша история — это история феникса, восставшего из пламени.
И вместе мы взлетим.
Конец.