Страница 51 из 96
— Что с ней мог сделать призрак? – тихо спросила я, но Кадзуо не обратил на меня внимания.
Он внимательно осмотрел коридор, словно мог разглядеть что-то за этими дверьми.
— Она должна была зайти куда-то.. Призрак наверняка заманил ее в какую-то из комнат. Значит, надо проверить их все.
Он кивнул на первую дверь.
— Я? А как же ты?
— Ты же решила спасти Кандзаки-сан, – холодно улыбнулся Кадзуо. – Не переживай, я буду держать дверь открытой. Ты войди и выйди, если внутри нет Кандзаки-сан. Или того, что могло от нее остаться.
— Некоторые мысли лучше не произносить вслух, – мрачно пробормотала я и подошла к первой двери.
Оставаться в коридоре тоже было небезопасно, но перспектива зайти одной в какую-то из комнат пугала еще больше. Однако Кадзуо открыл дверь, и я быстро вошла внутрь.
Комната будто сошла с картинки из книжки арабских сказок: расшитые ковры, подушки на полу, золотые лампы и узорчатые стены. Времени разглядывать красивое убранство не было: меня парализовал страх перед существом, лежавшим посреди комнаты.
Кажется, это был нуэ: его выдавали тигриные лапы, обезьянья голова и хвост в виде змеи. Огромное существо спало, и я хотела было выскочить обратно, как вдруг обезьяньи, слишком большие из-за громадного размера существа глаза распахнулись и хищно уставились на меня. Послышалось змеиное шипение, и я увидела, что и мелкие змеиные глаза на конце «хвоста» тоже теперь смотрели в мою сторону.
Не теряя больше ни секунды, я ринулась к темноте в открытом проеме двери и услышала, как то ли с обезьяньим криком, то ли с тигриным рычанием на меня кинулся нуэ.
Я выскочила за дверь, и Кадзуо тут же захлопнул ее, а с той стороны послышались грохот и скрежет когтей по дереву.
Я глубоко вдохнула и выдохнула.
— Не та?
Я, промолчав, лишь мрачно посмотрела на Кадзуо, а он все с той же легкой улыбкой открыл следующую дверь.
Я шагнула внутрь, готовясь к худшему, хотя, казалось, хуже уже быть не могло. Стараясь не шуметь, я прижалась к стене, ожидая, когда тьма перед глазами рассеется.
Сначала я почувствовала резкий запах – запах гниения, а потому прижала ладонь к лицу, закрывая нос. Затем сквозь вонь гнили пробились запахи хвои и древесины, и в полутьме я увидела деревья, верхушки которых скрывались в тенях.
Я всмотрелась в глубь леса и заметила на одном из кустов обрывок розовой ткани.
— Кандзаки! – крикнула я, и голос потонул в истошном визге и ржании.
Я зажала уши руками, а с деревьев что-то сорвалось вниз. Придя в себя от неожиданного жуткого звука, я разглядела лишь нечто серо-черное, но оно стремительно исчезло среди листвы, не позволив себя разглядеть.
Помедлив, я поспешила вперед, огибая стволы, и вдруг увидела болезненно бледную Кандзаки, которая, закрыв глаза и обхватив себя руками, сидела под одним из раскидистых деревьев.
— Кандзаки-сан, – негромко позвала я и шагнула к ней. Но тут перед моим лицом выскочило и замерло нечто странное. Вновь раздалось жуткое ржание, похожее на вой.
Меня окатило ледяной волной ужаса и отвращения: передо мной повисло нечто, напоминающее лошадиную голову, вот только бо́льшая ее часть уже начала гнить. Разложившаяся кожа и гной, местами обнаженная кость и жуткие стеклянные глаза, горящие красно-желтым светом.
Я завизжала, вновь зажимая уши руками, и виски прострелила боль. Висящая на свалявшейся гриве голова непонятным образом поднялась обратно к ветвям, а я, пытаясь прийти в себя, кинулась к Кандзаки. Вновь увидев, как что-то падает на меня сверху, я заранее зажала уши руками и упала на колени. Прижатые к ушам ладони все равно не смогли полностью заглушить жуткий вопль, а когда он стих, я схватила Кандзаки за руки и потянула на себя.
— Кандзаки-сан! – В моем голосе звучало отчаяние. – Пойдем скорее, мы нашли выход!
Она открыла глаза, вид у нее был болезненный.
— Акияма-сан.. – протянула Кандзаки. – Вы здесь..
— Вставайте! – нервно велела я, ожидая, что в любой момент сверху вновь с жутким ржанием упадет мертвая конская голова.
Так и произошло. Кандзаки вздрогнула и, поморщившись, зажмурилась, а моя голова разболелась еще сильнее.
— Не могу.. – простонала Кандзаки. – Мне так плохо.
На ее висках блестели капли пота. Я не знала, что случилось, но на уговоры не было времени. Закинув ее руку себе на плечо, я с трудом подняла Кандзаки на ноги и двинулась к выходу. Я тащила Кандзаки вперед через силу – мое похудевшее, слабое тело с трудом удерживало вес другого человека.
Перед моим лицом вновь упала лошадиная голова и, открыв пасть с гнилыми желтыми зубами, обдала меня смрадом разложения.
— Проклятие! – вскрикнула я, зажимая уши руками, и без моей поддержки Кандзаки упала как тряпичная кукла. Я и сама ухватилась рукой за ствол, чтобы устоять на ногах, – так сильно кружилась голова, а сердце колотилось от страха. Эти вопли наполняли меня ужасом, вызывая ледяной пот и тошноту.
— Простите.. – проговорила я, предпринимая тщетные попытки вновь поднять Кандзаки.
Поблизости что-то мелькнуло, и я испугалась, что это был ёкай. Но это оказался Кадзуо. Он легко подхватил Кандзаки на руки и бросил мне:
— А ты сама.
Кадзуо поспешил к выходу, и я из последних сил бросилась следом, зажав уши и прищурив глаза.
Наконец мы выбрались в коридор, и я с облегчением села у стены, тяжело дыша. Кадзуо прошел чуть дальше и аккуратно посадил Кандзаки на пол и внимательно осмотрел.
— Она слишком долго пробыла в той комнате.. Заболела. Чтобы ей не стало хуже, нужно поторопиться и выбраться из этого особняка. Придем за Кандзаки-сан, когда очистим выход.
— Сделаем.. что? – напряженно уточнила я.
— Увидишь.
— Мы оставим Кандзаки-сан здесь? Ее же может что-нибудь убить.
— Да, может. Но в комнатах это что-нибудь точно убьет ее, – ответил Кадзуо и направился обратно к лестнице.
Я поднялась на ноги и поспешила за Кадзуо, напоследок оглянувшись на Кандзаки. Кадзуо посадил ее у стены подальше от свечей, в тень. Лицо Кандзаки стало спокойнее, хотя все еще было слишком бледным, усеянным капельками пота.
— Что случилось с Кандзаки-сан? – спросила я, пока мы торопливо поднимались по лестнице. Казалось, стало еще холоднее.
— Вопль сагари может вызвать лихорадку или что-то подобное, – коротко ответил Кадзуо, и я не стала дальше расспрашивать.
Мне тоже было нехорошо, но, видимо, я не так долго пробыла в той комнате, чтобы вопли сагари заставили меня заболеть.
В напряженном молчании мы быстро добрались до той самой четвертой двери.