Страница 41 из 96
Глава 8 生は難しく、死は安い Жизнь прожить трудно, а умереть легко
Ночь вновь была наполнена кошмарами. Я вырвалась из их цепких лап, тянувших меня к жутким картинкам из прошлого, еще до первых лучей солнца, и хоть голова была тяжелой, в сон меня совершенно не тянуло.
Осторожно умывшись водой из бутылки, найденной в одном из комбини, я постаралась привести в порядок волосы и заплела их в высокий хвост. Вчерашний день, второй после кэйдоро, прошел как в тумане. Я балансировала где-то на грани между страшной реальностью и тяжелыми мыслями, пытаясь разобраться в себе, взять себя в руки, не рассыпаться на части. И приготовиться выжить. Еда, выигранная в день после второго кайдана, закончилась быстро, и мне пришлось вновь искать домик для азартных игр, вновь рисковать частичкой самой себя.
Я съела тайяки и выпила половину бутылки воды, отметив, что из новых запасов осталась всего одна бутылка, пачка нори и упаковка сэнбэй. Кинув все это в рюкзак, я вышла из магазинчика, в котором провела последнюю ночь. Оставаться в нем дольше я не планировала.
Сегодня ночью я собиралась вновь пройти кайдан. Еще вчера мое сердце кровоточило, но сейчас рана покрылась грубой коркой. Она все еще саднила, но я почти привыкла к постоянному ощущению боли. В голове даже мелькнула мысль, что в горе кайдан был уже не так страшен.. Смерть, обещающая забрать боль, пугала немного меньше.
Я резко остановилась и сжала зубы. Нет, нельзя позволять подобным мыслям проникать в голову. Они так же опасны, как и эти страшные истории. Если я поддамся отчаянию, то никогда не выберусь. Пока я не попала сюда, временами мне казалось, что я не хочу жить, несмотря на благополучную обеспеченную жизнь, несмотря на учебу в Токийском университете, к которой я готовилась много лет. Зачем все это, когда умирает близкий человек?
Однако сейчас.. Я понимала, что даже если жизнь казалась невыносимой и бессмысленной, я должна выжить, вернуться и что-то изменить. Ради родителей. Ради Минори.
Ради себя.
Да. Я поняла, что хотела жить. Когда смерть оказалась так близко, я осознала, что всё еще цеплялась за свое будущее. Причем сильнее, чем могла предположить. У меня еще была надежда. Не на то, что боль уйдет.. Она будет со мной. Надежда на то, что я научусь жить с ней, научусь делить боль с радостью, что выберусь из этого омута.
Я осознала это еще до того, как потеряла Минори. До того, как встретила ту женщину.
Поэтому я отправилась искать место действия очередного кайдана. Я пока не поняла, была ли система в том, где и когда разворачивались новые страшные истории, однако была уверена, что поиски не затянутся, а искать я была готова хоть до ночи.
Так и случилось. Перекусив и сделав перерыв, я бродила по улицам, которые все не заканчивались, и когда вдалеке показался дом в традиционном стиле, небо уже приобрело темно-синий оттенок, по краям налившись чернильно-фиолетовым.
Несмотря на усталость, я ощутила прилив сил и ускорила шаг.
Этот дом был большой, трехэтажный, со светлыми стенами и темной черепичной крышей с загнутыми вверх углами, выступающую часть которой поддерживали деревянные столбы, создавая перед стенами дома террасу, обнесенную низким заборчиком. К дому, огибая аккуратно подстриженные кусты и даже небольшой пруд с маленьким мостиком, вела кривая дорожка из круглых белых камней.
Ступив на эту дорожку, я как будто попала в иное измерение. Сердце забилось быстрее, а по спине пробежали мурашки. Я упрямо шла вперед и остановилась только перед террасой. Поблизости росла сакура, и я уставилась на дерево, пораженная его красотой. Я вновь на секунду заскучала по о-ханами, но пообещала себе, что вернусь и еще полюбуюсь цветением сакуры вместе с родителями.
Поднявшись на террасу, я оглянулась: еще пара человек приближались к дому. Кто это – мои будущие союзники или будущие соперники, – я не знала. Понимала лишь, что, вероятно, не все из тех, кто переступит этот порог, выйдут обратно. Но.. я должна была.
На секунду я представила, что и на это испытание отправилась вместе с Минори. Грудь опять прорезала острая боль, и я поспешила отбросить мысли о подруге. Она погибла, пытаясь выжить любой ценой. Я уже не винила ее.. почти. Тогда выжить могла либо она, либо я, и раз погибла Минори, я обязана выбраться отсюда, ведь умереть будет так несправедливо.. Вдруг Минори смогла бы выбраться, а я лишила ее шанса на то, что сама сделать не смогу?..
— Всё в порядке?
Я вздрогнула и посмотрела на девушку в простом черном платье и со странными татуировками красного цвета на шее. Крупные глаза с двойным веком на небольшом симпатичном лице смотрели на меня с легким беспокойством.
Улыбнувшись, девушка спросила еще раз:
— Вам чем-то помочь?
Я помотала головой. Задумавшись, замерла перед входом в дом, так и не зайдя внутрь.
— Тогда пойдем, а то все начнется без нас.
Девушка уверенно зашла внутрь, и я последовала за ней.
В прихожей были уже семь человек, десятый зашел через минуту после меня. Я сразу же всмотрелась в соперников – после последнего кайдана я воспринимала их именно так. И первым делом увидела знакомые холодные глаза.
Кадзуо усмехнулся и слегка кивнул мне из дальнего угла. Я, хмуро кивнув в ответ, отвернулась.
— Здесь есть кто-то, кто участвует впервые?
Я подняла голову, и увидела, что заговорила незнакомая мне девушка лет двадцати пяти. Я даже удивилась, что не обратила на нее внимания сразу. Видимо, меня отвлек Кадзуо.
Незнакомка явно принадлежала к тому числу молодых людей, что увлекались модой, вдохновленной образами Викторианской эпохи, и точно была частью субкультуры лолит. Об этом говорило, точнее, почти кричало ее платье с пышной юбкой, бантиками на груди, с оборками на рукавах и у горла. На руках сидели кружевные перчатки, а на ногах – ажурные гольфы и туфли с бантиками. Ткани были в нежных оттенках сакуры с вкраплениями нежно-голубого, однако я видела, что бантики кое-где оторвались, а ткань покрывали пятна, которые старательно пытались оттереть. Волосы лолиты, окрашенные в золотистый оттенок, локонами спадали на плечи из-под широкого ободка.
Никто не ответил, и лолита недовольно надула губы, но затем по-доброму улыбнулась и пожала плечами:
— Вот и хорошо. Но, если что, можете держаться рядом, я вам помогу.
— Я скорее буду держаться от тебя подальше, – раздался другой женский голос, и я оглянулась.