Человек из подвала

Двенадцать

Ноэ выронила подушку и одеяло, ударила по выключателю в комнате Лен и подбежала к кровати. Она сдвинула в сторону постельное белье и мягкие игрушки. Лен не было.

Она бросилась обратно в коридор. Когда Ноэ увидела, что детская калитка приоткрыта, у неё внутри всё сжалось. Она протиснулась сквозь воротца и побежала, чтобы поскорее заглянуть в темноту родительской спальни. Она слышала храп отца. Видела смутные тёмные возвышения на кровати. Она не могла понять, была ли Лен одним из этих бугров. Она впилась взглядом в то место, где, вероятнее всего, могла находиться Лен, а потом мгновенно включила и тут же выключила свет, быстро-быстро, чтобы не разбудить родителей, так быстро, что сама не успела осознать, что увидела. Она сосредоточилась на отпечатавшемся образе в своей голове. Мама лежит на боку поверх одеяла. Папа на спине со свешенной ногой и открытым ртом. Лен нет. Ноэ рванула вниз по лестнице.

Она уже лучше ориентировалась в доме в темноте и проскочила через гостиную и кухню, не включая свет. Она чувствовала колотящееся сердцебиение по всему телу. Чувствовала проступивший на спине пот, не имевший никакого отношения к летней жаре.

Даже при выключенном свете Ноэ чувствовала, что дверь в подвал распахнута. Что это чернота пустоты зияет вместо черноты крашеного дерева. Почему отец просто не повесил замок на эту дверь? Она чувствовала квадрат ночи за окном у себя за спиной, как будто из него тёк поток смолистой черноты, пытавшийся столкнуть её в эту пустоту.

Но ей не нужна была дополнительная мотивация.

Ноэ включила свет и бросилась вниз по лестнице. На полпути её носки заскользили по ступенькам, ноги поехали вперёд. Она в панике схватилась за перила и умудрилась не упасть с лестницы на утоптанную землю, хотя и ударилась о край ступеньки копчиком, отчего по спине растеклась боль. Сделав глубокий вдох, она поднялась и сошла по последним ступенькам на дрожащих ногах. Она не стала тратить время, оглядываясь по сторонам, а, едва коснувшись пола, помчалась мимо водонагревателя в дальнюю часть подвала к трещине, где жил Сплюснутый человек. Она заткнула вопль кулаком.

Лен была там, её жёлтая пижама странно выделялась на фоне земляного пола и каменных стен. Малышка в тусклом пространстве. Плюшевый нарвал под мышкой одной руки. Плюшевый казуар под мышкой другой руки. Она не двигалась.

Сплюснутый человек тоже был там.

Он выползал из трещины. Почти полностью высунулся из трещины. Покачиваясь и паря среди потусторонней тишины и подземного мрака, словно кошмар наяву. Он вылез до середины бёдер. Его ухмыляющееся лицо казалось диким. Фиолетовые глаза были выпучены настолько, что Ноэ могла видеть сразу и верх, и низ его глазных яблок. Кожа, видневшаяся сквозь прорехи и дыры его серой одежды, была содрана и изранена, как и на лице. Что-то белое, по-видимому, кость, тут и там просвечивало сквозь красноту. Его вытянутые руки почти касались лица Лен. Лен стояла, как заворожённая, словно не в силах оторваться от не подходящего ей по возрасту фильма. Она никак не реагировала. Не прижимала к себе своих плюшевых зверей. Просто глядела на Сплюснутого человека.

Только она не смотрела. Её глаза были закрыты. Она стояла там во сне. Лен спустилась сюда во сне.

— Лен! – закричала Ноэ, бросаясь к сестре. Одной рукой она схватила Лен за руку, а другой, не задумываясь, хлопнула по одной из плоских рук Сплюснутого человека.

Мгновенно её пронизала боль в десять раз сильнее, чем от ушибленного копчика. Она отлетела через весь подвал вместе с Лен. Они едва не врезались в водонагреватель. Ноэ почувствовала, как её тело грохнулось об пол, из неё вышибло дух, подвал плыл у неё перед глазами, а с боков поползла чернота.

Она не могла потерять сознание. Только не сейчас, когда Лен и Сплюснутый человек были вместе в подвале.

Ноэ услышала всхлипывания и увидела плюшевых зверей у самой стены, куда они откатились, перепачкавшись по дороге. Она медленно встала на четвереньки, а затем подалась назад и села на корточки. Наконец она выпрямилась. Ей казалось, что её тело выглядит примерно так, как Сплюснутый человек. Переломанное и всё в синяках.

Лен была в трех футах от неё, она лежала навзничь, как будто решила сделать снежного ангела, и лицо её сморщилось и блестело от слёз и соплей. Ноэ подхватила сестрёнку под мышки и помчалась через подвал вверх по лестнице. Последним, что она видела, был Сплюснутый человек, паривший в воздухе, и только ноги его оставались в стене.

Только ноги оставались стене.

Они пересекли черту между деревянными ступеньками и линолеумом. Ноэ закрыла дверь и рухнула на кухонный пол, держа Лен на руках.

Только ноги его торчали в стене. Должно быть, прошло минут пять, не меньше, раз он успел так сильно продвинуться с того момента, когда она увидела его в первый раз. Она ахнула. Должно быть, она потеряла сознание, когда ударилась об пол. У неё перед глазами встал подвал, словно увиденный с высоты птичьего полёта пять минут назад. Вот она лежит на животе на полу и не шевелится. Две мягкие игрушки у стены. Лен, распростёртая на спине, ударившаяся, растерявшаяся и плачущая. И Сплюснутый человек. Покачивающийся в воздухе с вытянутыми перед собой руками, медленно, но неуклонно, дюйм за дюймом, вытягивающийся в их сторону.

— Включи свет! – вскрикнула перепуганная Лен. Ноэ неохотно оторвалась от пола, хотя каждая клеточка её тела болела, и нащупала выключатель. Кухня всё равно выглядела мрачной, даже при включённом свете.

Лен крутила головой по сторонам и вытирала лицо.

— Нари. Кази. Где они?

— Ты не поранилась? – спросила Ноэ, опускаясь на колени рядом с сестрёнкой и осматривая её лицо и руки. Легкие ссадины на тыльной стороне одной ладошки и на локтях были единственными следами того, что её отшвырнуло через всю комнату.

— Нари. Кази, – настойчиво повторила она, выдернув руку у Ноэ и вытирая нос рукавом пижамы.

— Ты можешь встать? – спросила Ноэ. То, что Лен двигалась, и то, что она больше не плакала, было хорошо, но Ноэ хотела убедиться, что сестра в порядке. Если Лен было хотя бы на десять процентов так же плохо, как Ноэ, ей придётся сказать маме и папе. А она понятия не имела, что сказать маме и папе.

Лен быстро поднялась на ноги и снова спросила о своих игрушечных нарвале и казуаре.

— Они остались в подвале. Мы заберём их завтра.

— Их там схватят оборотни.

— Я знаю. Оборотни. Именно поэтому нам нужно подождать до утра.