Страница 8 из 72
Глава 4
Я была послушным ребенком. Мать, родив меня от залетного командировочного, махнула хвостом и пропала без следа, и растила меня бабуля. Она переживала за дочь, я знала, что она искала ее через полицию, слушала, как она иногда плачет по ночам, но в то время я мало что понимала. За матерью я не страдала, подругам, у которых есть мамы, не завидовала. Некогда было страдать: школа, кружки, работа в сарае и огороде… у бабули не забалуешь, она человек старой закалки. Надо сделать, значит, надо, через нехочу.
Жили мы в деревне недалеко от города. Корова, поросята, огород, в котором можно раком с утра до вечера стоять, пропалывая грядки. Я мечтала о том дне, когда сбегу от бабули в город учится. И первые годы жила как в эйфории. Учеба, новые друзья, первая любовь. Я редко приезжала в поселок и старалась найти себе занятие на летних каникулах, чтобы не ехать домой. Сейчас мне стыдно это вспоминать…
Я жила своей жизнью, звонила бабуле редко, погруженная в работу и семью, я забыла о ней. А когда после пяти лет брака я узнала, что у мужа есть вторая семья, где подрастает ребенок, я поехала к бабуле. И только тогда поняла, как же она постарела. Все так же пахнет в старинном, построенном предками доме, травами и выпечкой, все так же отсчитывают время громоздкие раритетные часы, а бабулька моя… уже не порхает легко по дому, не командует громким голосом. Я рыдала на ее груди и просила прощения.
Муж ни в какую не хотел расходиться полюбовно, продать квартиру, за которую мы вместе платили по ипотеке, и разделить деньги, пытался забрать себе все. У меня же нет детей, а он кормилец. Сначала было больно, ведь мы вместе решили повременить с детьми, пока не выплатим ипотеку и не наживемся для себя. Видимо, он просто не хотел детей от меня…
Почти сразу, как я оформила развод, потратив целый год на суды, бабуля умерла. Я тогда поняла, что все это — квартиры, деньги, вещи, не стоят того, чтобы забывать о родном человеке. Деньги можно заработать, квартиры и вещи купить, но того, кто умер, не вернешь.
Я собрала вещи и переехала в поселок, в дом, который остался от бабули. Хотела переосмыслить свою жизнь и понять, как жить дальше. Денег после раздела имущества пока хватало, можно не думать о еде. В деревне денег нужно в два раза меньше, а я человек непривередливый.
В какой-то момент поняла, что с души упал камень. Мне стало свободно, и вставать по утрам стала с охотой, и в огороде пропадала по полдня, копаясь в земле и высаживая грядки. Я чувствовала себя умиротворенной, подумывала съездить на море, попутешествовать, посмотреть, как живут в других странах. А то с этой ипотекой, а потом с тем, чтобы купить хорошую технику, мы с мужем съездили на море лишь раз. Это потом я узнала, что ему просто было с кем ездить на отдых, и его командировки неделями, и ровный загар не просто так.
И чего, спрашивается, сейчас я все это вспомнила? Больше той жизни у меня нет... Я смотрела, как медленно открывается крышка саркофага, и прислушивалась к себе. В голове мелькнула мысль, которую я постаралась отогнать подальше. Командор обещал, что продержится, значит, продержится. Когда я села, сразу видела мужчину. Он внимательно смотрел на меня, бледный, с капельками пота на лбу и синяками под глазами.
— Айгарнга, — сказал мужчина, и тут же перед моим взором появилось облачко, которое вытягивалось из моего тела. Ощущения я вам скажу, неприятные, зато гном выдохнул с облегчением. — Получилось. Вылезай Оллья, мне нужно рассказать тебе, как пользоваться сайгоном.
К слову, чувствовала я себя отдохнувшей и неголодной, хотя, когда ложилась в артефакт, под ложечкой уже не просто сосало, там уже болело.
Я быстро вылезла и даже подпрыгнула, чувствуя в ногах силу перепрыгнуть горы. Я еще не привыкла к такому мелкому телу, мой рост на Земле был около метр восемьдесят, а тут как бы не метр пятьдесят. Командор был намного выше меня.
— Садись, — приказал гном.
— Как убрать это облако, мешает, — я осторожно пошла к скамье, чтобы не споткнутся обо что-нибудь.
— Сейчас все объясню, — выдохнул мужчина, и когда я села, продолжил: — Сайгон — это своего рода помощник. В древности наши предки работали с силой напрямую, но это лишало их многих лет жизни, ведь земля и все, что с ней связано, тяжелая стихия. В принципе, после того, как гномы изобрели сайгон, маги всех стихий стали работать через эти артефакты. Когда ребенок рождался, ему внедряли в тело зачаток сайгона, ты видела, как он выглядит. Деревяшка с семенем внутри. Сайгон это не просто артефакт, это смешение живого и магии, гномы работали не одно столетие над его созданием, сотрудничали с эльфами, с людьми. Он растет в теле ребенка, и дает тому возможность взаимодействовать с магией без потери жизненной энергии. Ты хоть что-то поняла? — Командор дышал все тяжелее.
— Почти все, — я кивнула, — и как с ним работать?
— У тебя был зачаток сайгона, детский. Из твоего рассказа я понял, что ты получила его недавно, и это странно. Сайгон внедряли всем детям, имеющим искру силы. Если не сделать этого в детстве, придется перекрывать дар, чтобы маг прожил дольше. Сила, она убивает тело, если пользоваться ею без сайгона.
— И сколько жили маги? — спросила я, чтобы сравнить с той информацией, которую получила от предыдущей хозяйки тела.
— До пятисот лет, а те, кто полностью посвятил свою жизнь магии и до семисот доживали, — все же ответил командор.
— Ужас, — я удивленно посмотрела на гнома, — сейчас маги живут двести лет, простые гномы около семидесяти лет, это же огромная разница.
Командор хмыкнул:
— Я уже не узнаю, почему это случилось, пять веков в стазисе, это слишком много. Если бы ты не пришла, через сто лет накопитель просто рассыпался от старости, и я бы умер, так и не выполнив свой долг. Итак, слушай внимательно: я соединил твой сайгон и мой. На то, чтобы они срослись и стали нормально работать уйдет не один месяц, но уже сейчас ты будешь сильна Оллья, очень сильна. Твоя душа, как бы это сказать, она очень густая, старая душа, только поэтому ты приняла оба сайгона.
— Постойте, я могла умереть? — я побледнела.
— Да, ты могла умереть, я рисковал, но выбора нет.
— Есть, вы могли бы просто меня отправить подальше отсюда.
— Без моего сайгона ты уйдешь только на нижние жилые уровни, где жили простые гномы и которые сейчас полны тварей, а с моим сайгоном тебе открыты все
пути
. Не думаю, что наши потомки могут создавать
пути
сами. Это кропотливая работа нескольких рас, которых сейчас не осталось в нашем мире, значит, новых
путей