Страница 53 из 68
Рабочий день начинался в понедельник утром и не заканчивался никогда, только повторялся из раза в раз: копировать, вставить, копировать.. Телефон возьми, у меня руки грязные! Куда сунули пакет с лежанками? А, вижу. Паспорт на белого сделал? Посмотри по базе, у нас уже были Снежки? Правда были? Тогда пиши: Кокосик. И закажи побольше стремных шлеек, они влет уходят. Парни, еще жратвы! Да, мэм, у нас есть три пакета: старт, эконом и премиум. Конечно, премиум того стоит: там совсем другой уровень сервиса.. Гарантия? Да, сэр, вот ваши бумаги, гарантии на все, включая игрушки. Пункт пять, если ваш кролик ум.. э-э-э, отъедет от гриппа – мы заменим его совершенно бесплатно. Само собой, подберем похожего, чтобы крошка Линдси не плакала.. Да, милая, что такое? Хочешь домик для своего кролика? А может, ему и подружка нужна?
Мы оба ушли с работы. Некогда было таскать рыбкам корм: у нас и своих ртов хватало. Один наш подай-принеси-мальчик превратился в трех полноценных помощников, восемь кроликов выросли в стадо на двести рыл. И оно не кончалось, сколько ни продавай.
Сойер печатал листовки («Пять причин выбрать кролика вместо собаки: например, вы хоть видели размер налога на собак?»). Сойер давал интервью зоошизе («Конечно, мы согласны! Меху на воротнике не место. Его место на кроличьей жопке, на мягкой подстилке, в уютном вольере. Дружить надо с природой, вот что мы думаем»). Сойер оформил нас как приют, и про налоги никто больше не вспоминал. Вообще все росло и ширилось только из-за Сойера, а я тупо принимал, продавал и старался не раскачивать лодку.
— Я – фонтан, – говорил захмелевший Сойер, когда мы, еле живые от усталости, валялись на драном матрасе с бутылкой перцовки. – А ты моя рабочая лошадка. Пони по имени Стабильность.
— Скорее Скучища, – мрачно отзывался я. – Пони-в-унылой-попоне. Пони-всегда-в-законе.
— Вот только скажи мне, – не слушая продолжал Сойер. – Вырастим мы табун кроликов. Продадим по паре штук в каждый дом. А дальше что?
— Ну что-что.. – язык у меня едва ворочался. – Поставки потихоньку налаживать.. Мясо, шкурки.
— Мясо?..
— Ага. Тушеный кролик, печеный, рагу.. Мясо.
— А ведь точно. Чертов ты гений, Дэйзи..
— Ну да, – хихикал я. – Мы тут оба гении. Паси собак, полковник Сандерс! Дэйзи и Сойер выходят на тропу большого бизнеса.
Мы переехали на ферму. Точнее, купили ферму. Старую, заброшенную, засранную десятками тысяч бройлерных цыплят. «И сколько это нам стоило?» – спросил на планерке один из наших сотрудников. «Вам – нисколько, – со вздохом ответил Сойер. – И шутки в сторону, а то за май заплатим хвостами».
Четверть кроликов окочурилась при переезде.
— Вообще неудивительно, – сказал Сойер. – Такой стресс, да на маленького кроля.. Радоваться надо, что всего четверть сдохла.
— Наверное..
— Займешься разделкой? – спросил он таким будничным тоном, словно предлагал прогуляться.
— Ничего себе. А если я тоже от стресса умру?
— Куда ты умрешь? Нам еще два кредита тянуть.
В новых вольерах кролям не нравилось. Класть они хотели на все наши старания, на приличный комбикорм, на немецкий климат-контроль. Падали и падали, только успевай выносить.
— Не, ну в целом это нормально, – пожал плечами наш новый кипер. – Кролик – самая капризная скотина. Гроза началась – кроликам хана. Вода несвежая – кроликам хана. Похолодало, потеплело, машина на улице посигналила – все, привет, кролики знают, что им делать.. Как они у вас вообще в подвале жили?
— Как-то, – ответил я.
— С божьей помощью, – уточнил Сойер.
Кипер сначала качал головой и называл нас тупыми детьми. Еще пару дней он вздыхал, смотрел наши записи и хлестал кофе прямо из ковшика. Потом взял отгул. Мы думали, что все, труба, сбежал наш единственный спец – но он все же вернулся и привез целый багажник кролей, жирных и красноглазых.
— Это что за монстры?
— Хиколь. Мясная порода. Жрут все, рожают десятками и могут спасти даже ваш балаган. Гляньте, – он потянул за ухо особенно крупного зверя. Внутри, на коже, темнели цифры клейма. – Видите, кто тут у нас?
— Дон ушастой мафии? – кисло пошутил Сойер. – Авторитет с модными татухами?
— Племенной жеребец. Будет здесь главным осеменителем.
Так из нашего серого приюта «Сойер Inc.» вылупилась полностью белая кроличья ферма. «Кроль-король» – написали мы на новых визитках. «Кроль-король – мелкий опт, поставки мяса, шкур и хвостов. P. S. Целые кролики тоже есть». Сложнее всего вышло с забоем. Кипер сразу ушел в отказ: может, его руки и по локоть в помете, но вот к крови он не готов. Помощники – и того хуже, бледнели от одного вопроса. Отдельного забойщика мы пока не тянули.
— Давай, Дэйз, – уговаривал Сойер, впихивая мне в руки тяжелую палку. – Ты уже ими занимался.
— Те были мертвые, – не соглашался я.
— И эти будут.
— Сойер.. – слова на язык не шли. Я приоткрыл клетку и почесал кроля-смертника за ухом. – Ну как я могу? У меня рука не поднимется. У меня та.. Ч-черт. Такое ощущение, говорю.. Ай, да чтоб тебя!
На ладони кровили сразу два свежих укуса. Тупая ушастая тварь косила на меня красным глазом. Похрюкивала себе.
— Хотя знаешь, – сказал я, медленно закипая. – Дай-ка сюда палку. И музыку мне включи.
Когда я вышел обратно – мокрый как мышь и грязный как гук, Сойер загнал меня в душ и громко орал под дверью, какой же я молодец.
— Герой! – рявкнул он мне в распаренное лицо. – На, выпей! На еще одну! Дэйз.. Блин, ты что, ревешь?..
— Кроликов.. жалко, – булькал я. – Они же маленькие такие. Славные. А мы их, как скотину..
— На. Пей из горла.. Дэйзи, мальчик мой. Они же и есть скотина.
— Нет, Сойер, нет. Скотина – это мы!
— Ну тише, тише.. Ты же не хочешь бросить наш зоопарк? Когда уже столько сил и денег вбухано..
— Не хочу. Просто.. У нас есть еще бутылка?
— Хоть две, Дэйз. Хоть две.
— Я там шкурки попортил. Сильно.
— Еще научишься..
Время шло. Сойер искал нам партнеров и ругался с банками. Я строил помощников, делал закупки. А кипер был кроликам родной матерью: прививал и рассаживал. Ставил Вивальди и настраивал свет. Кормил, лечил, убирал и рассказывал, рассказывал, как все устроено..
— И ведь все это – за штуку в месяц, – поразился однажды я. – Мужик просто святой.
— Да не, – отмахнулся Сойер, который всегда был на ход впереди. – Он ворует как черт. Но ты не парься, у меня все под контролем.