Страница 44 из 77
Учеников из класса «А» — всегда дразнят «алкашами», из класса «Б» — бандитами, «В» — воры, «Г» — говнюки, «Д» — дебилы или дураки. Между учениками из классов «А» и «Б» красновской средней школы никогда не было особого противостояния. Уровень знаний был примерно одинаковый, количество отличников и хорошистов — тоже равное. Ну и самое главное, что число желающих идти в старшую школу было такого, что как раз набиралось чтобы взять лучших из обоих классов. Поэтому даже соревнование, которое обычно шло между выпускными 8 классами было чисто номинальным, неважно кто в нем побеждал, но в 9 класс поступали все желающие и достоянные, потому что Волчица всегда в открытую говорила, что не позволит отсталым троечникам позорить красновскую школу своим присутствием в старшей школе.
А тут вон оно как может получиться — если городских новичков возьмут в старшую школу без очереди, то для кого-то из «старичков» не хватит мест, а с учетом того, что Волчица будет скорее всего топить за свой 8-Б, то именно для учеников 8-А не хватит мест в 9 классе. Так что опасения Смирнова, который хоть и был крепким хорошистов вполне оправданы — он может не попасть в старшую школу, особенно если Волчица решит подпортить его аттестат. Неудивительно что Сеня не хочет злить директора школы и идти на поводу у Пыжова.
— Сень ты ж ментом хотел быть, — произнес я, — ну не возьмут в старшую школу — не страшно, сунешься в какое-нибудь в училище, оттуда в армию, а потом уже и в ВУЗ поступишь. Просись во внутренние войска — для службы в МВД самое то!
— Я из деревни хочу уехать, — объяснил Сеня, — мамку с сеструхой надо регулярно обследовать. Батя уже помер, не хочу и их потерять. А если в ВУЗ поступлю, то там обычная стипендия — 40 рублей, а повышенная и того больше. Подрабатывать и калымить буду, так что можно сразу мамку с сестрой в город перетащить.
Родители у Смирнова десять лет отработали в Семипалатинске на полигоне, нахватали там всяких болячек, кое-чего перешло по наследству младшей сестре Семена, которая там родилась. Отец у Сени умер в прошлом году, мать сильно болела. Смирновы жили на пенсию и сбережения, которые остались после смерти отца. Видимо Сеня понимал, что их семье никак нельзя оставаться в деревне — нормальной медицины здесь нет, а в городскую поликлинику часто не наездишься.
Прозвенел звонок, и мы втроем пустились наперегонки в кабинет русского языка. Успели ввалиться в класс за минуту до прихода учительницы русского языка и литературы. Я, как всегда, занял свое место на задней парте, достал из школьной сумки учебники, тетради и пенал.
Начался урок.
Сперва все шло обыденно и рутинно, но это только для меня, а вот одноклассники и учительница постоянно бросали на меня заинтересованные взгляды, потому что вид Вовка Полякова, который молчит на уроке и старательно записывает в тетради слова учителя — это нонсенс, а когда я единственный поднял руку желая ответить на заданный учителем вопрос, то в классе повисла звонкая тишина.
— Чего тебе Поляков? — спросила учительница, не понимая зачем я тяну руку.
— Ответить хочу.
— Ответить⁈ — переспросила руссичка. — Серьезно? Ну ответить.
Я встал со своего места и спокойно, деловито ответил на поставленный вопрос. Учительница на секунду опешила, потом задала уточняющий вопрос, я вновь уверенно ответил.
— Не думала, что когда-нибудь произнесу эту фразу, но Поляков ты молодец, садись «пять»! Неси дневник.
Так я получил свою первую «пятерку» по русскому языку за последние два года. Урок пролетел как пуля, перемена тоже пронеслась как одно мгновение. Вторым уроком стояла литература.
— Ну, восьмой «А», — строго спросила руссичка, — кто из вас, кроме, Светловой читал заданный на лето список по литературе? Кто может блеснуть знаниями?
— Разрешите я! — поднял я руку. — Могу стих Есенина прочитать вне классной программы.
— Поляков⁈ — учительница русского языка, удивленно вздернула бровь. — Ну, давай, послушаем что ты из Есенина на память знаешь.
— Есенин, — начал я, встав из-за парты, совершенно забыв имя-отчество поэта, — стих «Гуляка».
Я обманывать себя не стану,
Залегла забота в сердце мглистом.
Отчего прослыл я шарлатаном?
Отчего прослыл я скандалистом?
Не злодей я и не грабил лесом,
Не расстреливал несчастных по темницам.
Я всего лишь уличный повеса,
Улыбающийся встречным лицам…
Этот стих был единственным который я знал на память из творчества Есенина, и то только потому, что это были слова из одной из моих любимых песен в исполнении Сарычева.
— Молодец, — улыбнулась учительница, когда я закончил читать стих, — только этот стих называется не «Гуляка», а по первой строчке — «Я обманывать себя не стану…». Понимаю почему именно это произведение тебе пришлось по душе, оно весьма тебе подходит, правда в школьную программу это стихотворение не входит, но я рада, что ты полюбил классику. Еще одна «пятерка», неси дневник!
— Я как будто смотрю фильм про «Электроника», — ошарашенно прошептал Пыж со своего места, — может Поляк не настоящий, а это его робот-двойник?
— Пыжов! — учительница повысила голос. — К доске!
— За что Марь Павловна, — простонал Витек, — у меня за прошлый урок уже «гусь» есть!
— Вот и будешь его исправлять.
— Или пару ему сейчас отхвачу, — Пыж обреченно поплёлся к доске.
Я сел на свое место чувствуя на себе заинтересованные, а порой и потрясенные взгляды одноклассников. Получить у строгой руссички две пятерки подряд — это подвиг, который до этого был под силу только Светловой или уехавшему Игорю Демченко. А мне как заядлому двоечнику и тройка была настоящим подарком, а тут на тебе — две «пятерки» подряд. На месте своих одноклассников я бы скорее поверил, что Вовка Поляк — робот в человеческом обличие, чем что он решил исправиться. Волей-неволей вспоминается сюжет прогремевшего в прошлом году фильма про приключения двух подростков-близнецов, один из которых был «электроником».
Ощущать себя центром внимания, особенно в таком деле, как получение отличных оценок было чертовски приятно, в глубине души так и плескалась теплая волна разогретого самолюбия. Это вам не стекло разбить, а потом стоять перед всей школой, когда тебя прилюдно отчитывает Волчица. Вроде и там, и тут — всеобщее внимание, но чувства в глубине души при этом совершено противоположные. Быть отличником мне безусловно нравится…