Страница 43 из 77
— В том-то и проблема, что никого конкретного я не подозреваю, — отмахнулся участковый от моего деда, — не знаю даже думать на кого надо.
— Вот тебе здрасте — забор покрасте, — презрительно скривился дед, — а еще милиция называется. Я тебе так скажу, что братьев Спицыных надо хватать и в кутузку тащить, тут и ежу понятно, что они в этом замешаны по самое не балуй. Сынишку ихнего убили не просто так, Игнат и Егор точно знают: кто и за что завалил младшенького Николашку. Выдерни их в участок, да расспроси хорошенько, а будут молчать ты им в зубы кулаком сунь, чтобы язык развязать!
— Петь, ну что ты несешь? Какой еще — сунь в зубы⁈ — раздраженно нахмурился Жаров. — На дворе восьмидесятые, а ты все рассуждаешь послевоенными реалиями. Забудь о тех временах, когда ты мог за линией фронта резать глотки и потрошить «языков». Война закончилась тридцать пять лет назад.
— Дед, а что не так со Спицыными? — спросил я. — За что ты их не любишь?
— За что мне этих фашистских прихвостней любить? — презрительно скривился дед и сплюнул на землю.
— Спицыны служили немцам во время войны? Полицаями были?
— Да, — ответил дед.
— Они своё отсидели, — пояснил Жаров, — по закону к ним претензий нет.
Участковый еще раз напомнил мне о бдительности и еженедельных встречах с ним, на которых он ждет от меня подробнейшего отчета.
За три дня проведённых в больничке у меня было достаточно времени чтобы все хорошенько обдумать. Я так и не смог прийти к однозначному выводу: кто мог убрать с берега Гнилого озера труп блондина и «Ниву». Это вполне мог быть разыскиваемый милицией и Жаров загадочный сообщник блондина, но вполне мог быть и красновский участковый.
На выходных мы с дедом съездили в бабе Дусе, где не только прочистили дымоход, но и подшаманили печку. К работам привлекли моих одноклассников Сеню, Кирилла и Витьку. Пацаны не столько работали, сколько учились, постигая азы печного мастерства.
Мой дед вместе с участковым уговорили председателя красновского совхоза «Красное знамя» делегировать и оплачивать чистку дымоходов у пенсионеров и ветеранов войны пионерской дружине 8-А. За каждый прочищенный дымоход нам из кассы колхоза будут платить двенадцать рублей, то есть на каждого придётся по три рубля. За один день вчетвером мы вполне можем отработать два-три дома, а как набьем руку и достанем второй комплект инструмента и стальных ершиков, то сможем работать парами, а это считай по 12–18 рублей в день будем легко зашибать.
Понятное дело, что это временная работа на сезон, но у меня планов громадьё. В СССР вполне легально можно зарабатывать с 14 лет. Как говорит мой дед: «была бы шея, а хомут на неё всегда найдется». А уж для того, кто в конце 80-ых фарцевал и лично был знаком со многими корифеями этого непростого и опасного промысла, то вопрос, где заработать звонкую копеечку не стоит. А еще я знал с чего эти самые корифеи фарцы начинали свой тернистый путь к славе и богатству: чем барыжили, где брали свой товар, кому его сбывали, какие товары были наиболее востребованы в какие годы, что было в дефиците в одной части СССР, а где тот же товар лежал на полках магазинов по бросовым ценам, кому платили за «крышу», на чем спались, где сидели… в общем я много чего знал полезного об этом времени. Ну и грешки некоторых уродов, которые творили всякую дичь в 80–90 годы тоже знал.
В общем, я собирался кое на чем разбогатеть, а кое-кого досрочно отправить с мир иной. Пока начну с малого здесь в селе, а как паспорт получу, сразу же рвану в Москву, где перспектив и возможностей на пару порядков больше, чем в нашем захолустье. Но надо помнить, что нелегальная торговля, пусть даже советскими товарами, которые были официально куплены в магазине, а потом перепроданы с наценкой в соответствии с УК СССР называлась — спекуляцией (ст.154) и каралась тюремными сроками от 2 до 7 лет с конфискацией не только товара, но зачастую и всего имущества.
Так, что надо четко взвешивать все риски и не дать своей жадности упечь самого себя за решетку…
Я подходил к школе, настроение было отличное. Выглядел я шикарно — лицо в шрамах, которые как известно украшают мужчину, а на ногах красные кеды — таких скорее всего больше ни у кого в школе нет. Одним словом — красавчик!
Возле школы меня поджидали Сеня Смирнов и Пыж, пацаны о чем-то яростно спорили, размахивая руками.
— Что за шум, а драки нет? — спросил я, подходя к одноклассникам.
— Здорово Поляк, — поздоровались со мной пацаны. — Короче, Поляк, тут такое дело, — начал мне объяснять Пыж, — у «бандитов» три новичка появились, которые тут же начали в школе «шишку» держать. Представь даже на нас наехали! — возмущенно жестикулировал Витек. — Вот предлагаю Сене вломить этим наглецам, а у него очко жим-жим.
— Никого я не боюсь, — категорично отрезал Смирнов, — просто надо быть осторожней. Ребята там не простые, за них лично Волчица впряжётся, могут и из школы за драку выгнать.
— И что ты предлагаешь? — сварливо спросил Пыж. — Терпеть этих уродов?
— Нет, — отрицательно мотнул головой Сеня, — надо выждать и подловить их после уроков, а лучше на выходных, чтобы точно было не в школьное время.
— Чё за новички? — заинтересовался я.
— Не знаю, — раздраженно скривился Сеня, — точно пока не установил, вроде бы из города приехали несколько специалистов с семьями, хотят у нас в районе химкомбинат строить. Скорее всего эту троицу точно в старшую школу отправят, — неожиданно закончил свою речь Смирнов.
— И хрен по ним, — отмахнулся Пыж.
— Не скажи, — возразил другу Сеня, — количество мест в 9–10 классах ограниченно. Кто-то из наших, кто хотел идти дальше может не попасть в старшую школу.
— Да на кой ляд эта старшая школа нужна! — криво усмехнулся Пыжов. — Еще два года учится в школе, потом пять лет в институте, а в итоге — станешь инженером и будешь получать сто двадцать рублей. У меня батя на фабрике без всяких ВУЗов получает сто восемьдесят, а как жатва в колхозе начинается, и он в ночную выходит на комбайн или грузовик, так там все триста получить в месяц можно. Ну и зачем мне идти в 9 класс, если я и после 8 класса буду нормальные деньги зашибать?
— Многие хотели пойти в старшую школу, потом поступить в ВУЗ и уехать из деревни навсегда, — мечтательно протянул Смирнов.