Порно для маленьких

В июне Коле исполнилось восемнадцать лет. Он, конечно, попадал под осенний призыв. Лето промчалось моментально. Осенью он мыслями уже был с автоматом в руках, а встречи с Ниной Светояровой не то, что надоели, совсем не надоели. Но остроту первых дней потеряли. По крайней мере, он теперь был уверен, что разлуку перенесет без особого труда.

Лена никуда летом не уезжала, несколько раз он приходил, поила чаем, алкоголя у нее в доме не было. Приходила и Нина Светоярова. Однажды Лена даже сказала, что они идеальная пара и, возможно, когда Коля вернется, им следует пожениться. Коля не уверен был, что это так уж необходимо, а Нине такая идея вроде понравилась. Лена жила теперь одна, но поскольку восемнадцать ей тоже уже исполнилось, никого ее самостоятельное проживание особенно не трогало. Только мальчишки со двора пытались с ней сойтись, так сказать, поближе, так как она всегда в квартире была сама, и это обстоятельство представляло большое удобство для встреч. Лена была спокойна, приветлива, исключительно вежлива, улыбчива и абсолютно неприступна.

Она не стала поступать в высшее учебное заведение, хотя, скорее всего, без труда поступила бы в любое в городе. Судя по тому, как училась в школе. Вместо этого поступила на работу в городской художественный театр помощником художника. Рисовала она действительно очень хорошо. Настолько хорошо, что ее сразу приняли.

И вот в конце августа, вернувшийся из Геленджика, где жила его тетя и куда он всегда уезжал на лето, парень с их двора по имени Юрик, допив пиво из горлышка предложил пацанам спорить на бутылку водки, что он отпорет эту Лену не позже, чем через три дня. На бутылку лучшей водки, то есть «Столичной». А то и «Посольской».

Юрик был загорелый, он еще пах солью и йодом, как будто только что вылез из моря на разогретую солнцем гальку, он был весь овеян победами над девушками, приехавшими, как и он, на отдых к морю, его волосы слегка выгорели, короче, он был неотразим.

Он улыбался Лене ослепительной загорелой белозубой улыбкой, предлагал экскурсии в пивбар, обещая накормить бесподобными раками, а также в бар на Пушкинской, где подавали коктейли, как на Западе. Рассказывал, как чуть не утонул в море и как дрался с местными. И все время пытался уговорить, чтобы она пригласила его в гости. Лена слушала доброжелательно, но приглашений ни в пивбар, ни просто в бар не принимала, отговариваясь случайными обстоятельствами. И сама, конечно, Юрика ни в коем случае к себе не звала.

Три дня прошли очень быстро. Перспектива ставить пацанам водку не так пугала Юрика, как надвигающийся позор. На это еще накладывалось чувство беспомощности, поскольку он так привык думать все время об этой Лене, что уже не представлял себе дальнейшее существование в качестве отвергнутого. Лена ему очень нравилась, и он вдруг стал думать, что мог бы вообще жениться на ней, поселиться в ее, все-таки двухкомнатной квартире, нарожать детей. А чем она не жена, все пацаны обзавидуются. Он тоже не под забором найденный. В восемнадцать лет токарь второго разряда, человек серьезный. Правда, в армию идти, но она бы подождала. Чувства бы проверила. По непонятной причине Юрик был уверен, что эти чувства есть.

Вечером третьего дня он ждал ее для верности в подъезде, где можно поговорить с глазу на глаз без свидетелей, пока никто не спускается по лестнице. Или, наоборот, не входит со двора. Лена возвращается с работы не раньше восьми. В подъезде всего четыре квартиры. Никто не помешает. Наверное, именно поэтому Лена, войдя в подъезд и увидев там Юрика, немедленно повернулась и вышла обратно во двор. Юрик вышел за ней.

— Ну пожалуйста, — сказал Юрик, — пойдем к тебе.

— Юра, извини я устала, мне нужно побыть одной.

— Я серьезно, я.. давай поженимся, я машину куплю.

— Прямо сейчас мы точно не поженимся. Юра, ты славный парень, честное слово. Ты девушкам очень нравишься. Ты просто не представляешь себе, до какой степени ошибаешься, думая про меня. Я была бы постоянной тяжелой проблемой. Этот город роится от красивых девушек.

— Красивей тебя тут никого нет.

— Юра, это неправда. Тут каждая вторая намного красивее меня.

Это именно был момент, когда до Юрика дошло. Он ясно понял, что она не будет смотреть на него серьезно, нежно. Не будет гладить и теребить его волосы на затылке во время долгого поцелуя в губы. Не будет прижиматься доверчиво. Не полюбит его тело, не полюбит его, Юру, не положит ему руки на плечи. От этой мысли Юрик пришел в ужас. Схватив Лену за руку выше локтя, он глухо сказал:

— Пойдем к тебе.

— Нет, — ответила Лена.

— Нет, ты пойдешь, — Юрик сильнее сжал ее руку.

И тут, как нельзя более кстати, появился, войдя во двор, Коля Котов. Он пошел прямо к ним. Юрик выпустил Лену, опустил руку. Коля улыбнулся

— Привет, Ленка, — достал пачку «Примы» и протянул Юрику. — Кури.

Юрик не взял сигарету, а пристально посмотрел в глаза Коле Котову, молча повернулся и ушел. Теперь ему все было ясно. Кто бы сомневался! Это говно Котов рассказал Лене про спор на бутылку водки. От этого ее упрямство. Ну, сука, Котов, подожди.

Несколько дней спустя Коля возвращался домой поздно. Он гулял с Ниной Светояровой в парке Горького, проводил домой, целовались в подъезде. Домой к ней было нельзя, там родители.

Коля шел по Станиславского, вечер довольно свежий, лето уже прошло. Конечно, еще тепло и будет тепло. Еще долго будет тепло. Но настоящая ростовская жара уже в прошлом. Рубашка не липнет к телу, ветерок не затыкает рот и нос струей горячего воздуха, как это бывает в июле. Наоборот, приятно проходит по рукам и лицу.

Коля свернул со Станиславского на Кировский вниз и сразу увидел их. Юрика и еще человек пять. Они стояли прямо у входа во двор, но, увидев Колю Котова, пошли ему навстречу. Идти далеко им не пришлось, так как он, тоже не спеша, спокойно шел к ним. Юрик стал перед Колей лицом к лицу, остальные обступили Колю со всех сторон.

— Свидетели? — кивнул на них Коля, обращаясь к Юрику.

— Участники, — ответил Юрик.

Правда, Коля успел ударить первый и неплохо попал. Юрика мотнуло в сторону, но сзади подсекли, сбоку толкнули, Коля полетел на асфальт. Дальше в ход пошли ноги. Коля закрывался, пытался спрятать голову.