Страница 14 из 70
робко встаю из-за стола. Надеюсь, что буду позади шефа, но оказываюсь впереди. Он идет за
мной, как конвой за преступником. Более того, в этот раз он нахально кладет руку мне на
талию и сам задает темп нашим шагам, рулит нашим направлением. Направо, налево, чуть
быстрее, чуть медленнее. Водитель, который ранее нас отвозил в торговый центр, и в этот раз
нас встречает. Не удивляется. Даже бровью не ведет, заметив величественную руку шефа на моей
талии.
В ресторане нас встречают чуть ли не с красной дорожкой. Мне кажется, что само начальство
суетится вокруг этого восточного барина. Заискивающе улыбаются, что-то лопочут о новинках в
меню.
Нас провожают к накрытому столу. На двоих. Официант подскакивает с бутылкой вина,
деспотичный шеф одобрительно кивает. Наверное, дорогущее вино. Заказанная еда аппетитно
дразнит запахом. У меня во рту полно слюней.
— Ешь! – величественно разрешает фараон местного масштаба.
Послушно хватаю ложку и начинаю есть крем-суп. Глаза не поднимаю, избегаю смотреть на
Шароева. Еда вкусная. Мысль о том, что все на халяву, греет. Не думаю, что счет будем делить
пополам. Это риподнимает настроение. Сам Маратович с ложкой в руке не ест, а постукивает
лишь по столу ею. Внимательно смотрит, разглядывает меня как диковинку из мира животных. Я
будто не как человек, а как хрюшка, вылизываю все до последней крошки.
— Марат Тахирович, вы ешьте, суп то остынет, а то все любуетесь мной, - ехидно улыбаюсь,
отодвигая от себя тарелку. Шароев прищуривается.
— Распусти волосы.
Непонимающе смотрю на Маратовича. Волосы у меня собраны в конский хвост. Не люблю, когда
волосы сами по себе. Раздражают пряди, лезущие в лицо.
— Что?
— Волосы распусти.
— Мои? – озираюсь по сторонам. Рядом с нами никого не наблюдается.
-— А чьи?
— Сейчас? – продолжаю я тупить.
— Иванова! – рычит Шароев, сузив глаза. – Я плохо по-русски говорю, что ты меня не
понимаешь? Почему ты спрашиваешь всякую херню?
— Это потому что вы всякую херню несете! Давайте вы оставите меня в покое, лучше поручите
еще раз сбегать за презервативами.
— Я тебя сейчас тресну! – без злобы предупреждает Марат. – Волосы распусти!
— А моего мнения не хотите услышать по этому вопросу?
— А у тебя есть свое мнение? – иронично выгибает темную бровь, насмешливо на меня смотрит.
– Делай, что тебе сказано!
— Не буду! – упрямлюсь.
Видимо для Тахировича мое упрямство стало последней каплей. Он вскакивает на ноги, тянет
руки к моей макушке, стягивает резинку и ворошит мои волосы. Все это время я не шевелюсь.
Смотрю на босса во все глаза. Босс выглядит довольным. Даже улыбается. И начинает есть.
Что я? Я сижу вся на взводе, киплю изнутри как самовар. Сверлю это восточное лицо
ненавистным взглядом, мечтая вылить суп в тарелке ему в харю. Аппетит пропадает. С меня
достаточно на сегодня унижений. Кладу ложку на стол и встаю.
— Села! – командует Марат, не поднимая на меня глаза.
— Команды «к ноге, апорт, лежать» будут? – грустно иронизирую.
— Сядь, ради бога, - сердится Тахирович.
— А если не сяду?
— Накажу со всей строгостью.
— Я в рабство попала? – шепчу, садясь обратно на стул.
— Мне нравятся твои волосы, ходи с распущенными.
— Они мне мешают! В лицо лезут.
— Привыкнешь.