Мяукающий детектив

Они провели еще два часа, со смехом обсуждая свой нелепый брак, который затеяли их родители, и то, какой ужасной была бы их жизнь, согласись они пойти на этот шаг. Мэтт рассказал ей, что увлекается театром и хотел бы попробовать себя в роли режиссера, а не в банковском деле. Лиза поделилась, что всегда мечтала писать детективные романы. Расстались они хорошими друзьями, но уже точно не женихом и невестой.

Памела Мартин три месяца пролежала в постели с мокрым полотенцем на лбу после того, как дочь заявила, что брака с блистательным наследником состоятельного банкира не будет. Лиза пережила все виды угроз, шантажа, слезных прошений («Ты же сама выбрала “монблан”!» и инсценировок сердечного приступа, но не отступила. Она словно вынырнула из пузыря, в котором пребывала все эти годы, и впервые задумалась о том, чего хочет на самом деле. Мэтт укатил в Голливуд попытать счастья – старик Эбернетт махнул рукой на увлечения сына, решив, что мальчику можно жениться и попозже. А Лиза собрала чемоданы и съехала в маленькую квартирку на торговой улице, которую выбрала, ткнув в первое попавшееся объявление на сайте риелторской конторы. Следующие три года прошли в борьбе – с издателями, матерью, которая не желала мириться с ее выбором «стать бедной писательницей без единого гроша в кармане», и неуверенностью в себе. Три года она без сна и отдыха работала репортером криминальной хроники в небольшой газете, вела блог о детективных романах и наконец смогла запереться в своей квартирке с ноутбуком и запасом готовых обедов для микроволновки, чтобы написать свой первый роман о Терри Джонсе. А когда он был готов, принялась рассылать рукопись по всем издательствам и агентам, что удалось найти в сети.

Ей казалось, что самое тяжелое позади, но судьба перестала ее баловать. Отказы прилетали один за другим. Герой Лизы, отважный и находчивый Терри Джонс, казался редакторам несовременным и гротескным. «Времена Индианы Джонса давно прошли» – было написано в одном из ответных имейлов. – «Вам нужно подумать о современных идолах поколения – сильных и независимых женщинах. Мужчины и их грубая животная маскулинность читателю уже неинтересны».

Лиза заливалась слезами и жаловалась Эмили в трубку:

– Я ничего не стою, это провал, мне никогда не стать писателем! Они считают, что мои сюжеты устарели еще в прошлом веке!

И когда она совсем отчаялась и даже подумывала о том, чтобы, поджав хвост, приползти к родителям на Поттери-лейн, Барб Окенбери из издательства «Скарабей» прислала ей письмо, в котором было всего несколько слов: «В этом что-то есть!» – и номер телефона.

Когда они встретились, Лиза испытала небольшое разочарование: издательство оказалось совсем крошечным, а его офис располагался на такой глухой улице, что она не удивилась бы, увидев конный экипаж напротив пыльных окон «Скарабея». Но Барб, перехватив ее тоскливый взгляд, хрипло рассмеялась:

– Это только начало, девочка!

Как оказалось, энтузиазма ей было не занимать, а путь издательства к вершине известности и правда оказался триумфальным и коротким. Однако тогда Лиза и представить себе этого не могла – даже в самых смелых мечтах. Просто она еще не знала, на что способна Барб Окенбери.

Оправившись от первых смутных впечатлений, молодая начинающая писательница присела в предложенное ей кресло и с восторгом уточнила:

– Так вам понравился мой роман?

– Шутишь? – затянулась сигаретой Барб, сидя напротив за своим гигантским древним столом. – Это дерьмо надо полностью переписать.

Лиза выпучила глаза, пытаясь сохранить остатки самообладания.

– Понимаешь, – объяснила ее собеседница, – у твоего героя есть изюминка. На самом деле он довольно свежий персонаж. Молодой, отчаянный очаровашка без вредных привычек, – она постучала по стопке книг, в которых Лиза узнала самые знаменитые детективы последних лет. – Эти мастодонты сплошь пишут о мизантропах и социопатах: кровь, мрак, кишки по стенам. Все герои похожи друг на друга. А ты нащупала что-то другое. Но у тебя полно сюжетных дыр, да и знания фактуры не хватает. Но это мы поправим.

– Мне сказали, читателям больше не интересны мужчины-следователи, – робко сказала Лиза.

– Чушь! – яростно фыркнула Барб и закашлялась на целых пять минут, после чего продолжила как ни в чем ни бывало:

– Тут главное, как написано. Мы заставим их полюбить твоего Терри Джонса, но для начала тебе придется кое с кем познакомиться.

Этим таинственным «кое-кем» оказался старый приятель Барб – старший инспектор Дэвид Бутс. Большой, грузный мужчина с квадратным, будто вырезанным из дерева лицом, от которого так пахло дезодорантом «Олд Спайс», будто он принимал с ним ванну. Несколько недель Лиза встречалась с этим типом в пабе «Сандерс», покупала ему пиво и рыбу во фритюре, а он делился с ней секретами своей профессии. Параллельно она переписывала книгу, учитывая все, что узнавала от Бутса. Терри Джонс становился похож на реального человека, не теряя при этом своего обаяния, которым был обязан первоначальному замыслу Лизы. И Барб настаивала на том, чтобы она сохранила этот притягательный, немного наивный образ.

– Пусть он покажется кому-то нереальным, идеализированным, но нам это и нужно. Важно погрузить читателя в твой собственный мир, а суровых алкоголиков, расследующих убийства с похмелья, оставим для его суровых будней.

Лиза писала вдохновенно, но относилась к происходящему с долей скепсиса. Однако когда роман вышел в свет, оказалось, что чуйка Барб не подвела: «Сердце из бутылочного стекла» стало бестселлером, Лиза Мартин – самым узнаваемым молодым писателем года, а дела издательства «Скарабей» пошли в гору. Авторы и литературные агенты завалили почту рукописями и просьбами о встрече, Барб дала три интервью на телевидении, и несколько солидных авторов даже выразили желание поработать с ней.

За три года Лиз, вдохновленная успехом, настрочила шесть романов и готовилась написать седьмой, как вдруг вдохновение иссякло, и она оказалась здесь – на окраине Данбери, с Вискерсом, ноутбуком и головной болью.

– Мрр.

Лиза очнулась от мыслей и снова взглянула в окно.

– Что ты там так пристально рассматриваешь? – спросила она, потрепав кота за ушками. Вискерс пошевелил своими роскошными усами и снова мяукнул.

Лиза выглянула в окно и вдруг сквозь листву деревьев, окружавших Роуз-коттедж, увидела какое-то мерцание со стороны соседского дома.