Страница 88 из 117
– Я знаю, – улыбнулся отец, – но разве ты не хочешь узнать, что было дальше?
– Разумеется!
– Итак, я решил попробовать погрузиться в Каскадный сон. Мабери не протестовала, потому что сама бы с удовольствием так поступила, если бы могла. Я рассказал ей, зачем все это нужно, и она согласилась отпустить меня к тебе. Но нам нужно было решить одну важную проблему: сохранность моего тела. Если бы у меня получилось погрузиться в Каскадный сон, нужно было бы, чтобы кто-то заботился о моем теле все это время – тысячи циклов. И тогда мы с Мабери решили создать святого.
– Святого? – я вскочил на ноги, а мои крылья распахнулись так широко, что задели соседние деревья. – Вы что, ждали моего возвращения, как пришествия какого-то святого? Поэтому меня встречала такая толпа и они еще все говорили, про то, что «как было предсказано» … Отец, кого ты из меня сделал?
– Не из тебя, Ксандар, – отец рассмеялся, – А из себя. Я оракул Вирхет Бо, предсказатель далекого будущего, зрящий сквозь пелену времени, спящий, чтобы проснуться и повести все зенгоды вверх, к молодым занадаро. Пока я искал тебя, я увидел много интересного в судьбе самой Вергилии. Несколько очень опасных бурь, неожиданную гибель дайлвов на нижнем уровне, новые охотничьи угодья на границе занабрагро и много всего другого. Эти знания стали пророчествами, которые сбывались. Это нужно было, чтобы мое тело берегли и охраняли. А еще – чтобы меня будили в определенные моменты ради нового пророчества. И теперь сбылось мое самое главное предсказание: ты вернулся. Это видели многие, и это очередное чудо оракула Вирхета Бо.
– Так ты теперь местное божество? И никто ни разу не поинтересовался, откуда ты берешь свои пророчества? – мысль о том, что мой отец организовал на Вергилии что-то вроде культа имени себя самого, не укладывалась в голове.
– Никакой тайны тут нет, Ксандар. Я никого не обманываю. Просто никто из аэлей не смог заглянуть так далеко в Каскад, как я. Честно говоря, было бы здорово, если бы у кого-то получилось. У многих было желание, у большинства была мотивация, но такой любви, какая была у меня, ни у кого из них нет.
– Последняя уловка Вселенной, – еле слышно сказал я.
– Что?
– Я думаю, Вселенная тебе помогла, – ответил я отцу. – Она хотела, чтобы твоя любовь не пропала зря. Но вот только мама… Получается, ты оставил ее одну.
– Я был с ней до самого конца, Ксандар. Она отпустила меня к тебе за два дня до смерти.
– В таком случае, ты, получается, тоже сбежал от своего племени, отец. Только если я сбежал с планеты, то ты сбежал в Каскад.
– Да, ты прав. Я бросил зенгод, чтобы быть с сыном. Даже если для этого мне пришлось проспать тысячи циклов.
– И основать религию имени себя самого… – эта фраза прозвучала просто катастрофически.
– Никто не думает, что я святой, Ксандар, – начал оправдываться отец, – Ну, может быть, кто-нибудь и думает. Но не большинство. К тому же, на тебе мои предсказания заканчиваются. Других пророчеств не будет, теперь я снова стану просто аг-аэлем и буду учить других, как пользоваться Каскадом во благо своего зенгода. И начну с тебя.
– Знаешь, после всего, что случилось со мной за последнее время, я считаю, что заслужил передышку. Можно, мы отложим обучение на завтра? Мне нужно просто выдохнуть и уложить все в голове. Ну, знаешь, что ты жив, что ты теперь пророк, который видит будущее и все такое. Я совсем не этого ожидал, когда летел сюда. Если честно, я вообще не знаю, чего я ожидал. Наверное, что мне придется пройти какой-нибудь сложный обряд-посвящение, чтобы доказать всем, что я достоин стать аэлем.
– Ты достоин стать аэлем просто потому, что вернулся, Ксандар. Мой сын пропал, исчез, но теперь снова нашелся. И я безмерно этому рад. Ты можешь остаться здесь, в этой роще. Я даже приготовил для тебя немного еды, – он указал рукой себе за спину в дайлвовые заросли. – Там небольшой лагерь. Я полагал, что ты захочешь отдохнуть после возвращения.
– Спасибо, – я вздохнул с облегчением. Возвращение в зенгод не сулило отдыха или покоя, и перспектива провести тихий вечер среди дайлвов, спокойно поужинать и отдохнуть нравилась мне значительно больше. – Я очень тебе благодарен.
Вирхет Бо только махнул крылом:
– Ерунда, я просто знал, что ты будешь уставший. Постарайся отдохнуть как следует. Все очень ждали твоего возвращения – для них это мое ближайшее пророчество. Предыдущее было больше трехсот циклов назад, так что это поколение еще не видело никаких «чудес».
– А какое было прошлое?
Мы вместе пришли в лагерь и проговорили до вечера. Отец рассказал мне обо всех своих предсказаниях и о том, как его постепенно стали называть святым, несмотря на то, что он, по его словам, всегда указывал, что он просто ждет возвращения сына. Со временем его пробуждения обросли ритуалами, традициями и даже суевериями, которые он не мог контролировать даже если бы попытался. Я спросил его, что такое каскадный сон и есть ли в нем сновидения.
– Есть, но разница с обычными снами в том, что каскадные сны – это чья-то реальность. Просто ты не знаешь, чья она. Ты видишь то, что происходит где-то во Вселенной, возможно, на другом ее конце, а может быть и совсем рядом. Первое время я часто видел тебя, причем как в далеком будущем, так и в близком. Самое далекое простиралось чуть дальше, чем твое возвращение. Самое близкое упиралось практически во время твоего побега. Я часто видел, как ты спишь на каком-то космическом корабле.
И тогда я подробно рассказал отцу о том, как путешествовал на гелланском исследовательском судне, что увидел и что узнал на нем. Пересказывать эту историю можно было бесконечно, потому что в ней все время вспоминалось что-то новое: за долгие часы изучения гелланских баз данных я узнал столько же интересного, сколько и бесполезного. Но отец лишь отмахнулся, когда я сказал, что большинство знаний, полученных мной на корабле, не имеют ценности.
– Любые знания имеют ценность, Ксандар. Просто нужно время и место, когда они пригодятся. Какие-то могут никогда не понадобиться, но за все время своего каскадного сна я видел слишком много историй, в которых обладание довольно неочевидными знаниями могло бы сильно помочь. На крайний случай знания – это истории, которые можно рассказывать тем, кто готов слушать.