Страница 57 из 117
Dion and the Belmonts
A teenager in love
Когда пираты его подобрали, Санзоку сразу узнала знаменитого певца, и с того момента держала около себя. Все вокруг говорило о том, что она была большой поклонницей земной музыки и культуры. Во-первых, флагман ее флота был синтезирован из песни группы Melt-Banana. Во-вторых, Санзоку выбрала для своего очередного воплощения тело человеческой женщины. В-третьих, пираты на своем празднике пели земную песню. И в-четвертых, у нее на корабле была гитара, и она попросила Элвиса петь для нее. А вот земной еды в меню этого торжества я не обнаружил.
Элвис был очарован принцессой. Думаю, решающим фактором была ее внешность. По словам Элвиса, тело она выбрала шикарное. И пусть я был неспособен оценить ее привлекательность в глазах земного мужчины, я все же не мог оторвать от нее взгляда. Кроваво-красное платье с голографической шалью и пульсирующими проекциями делали Санзоку похожей на облако раскаленного космического газа, в котором ярко сияли две зеленые звезды ее глаз. И при всей внешней хрупкости и уязвимости, она оставалась принцессой кочевого пиратского флота, которую остальные пираты безоговорочно уважали. Она управляла флотом из бесчисленного множества кораблей. Она отдала приказ о нападении на The Perfect Drug и этим оборвала тысячи жизней. Она была авторитарным правителем своего кочевого государства.
После того, как Элвис закончил петь и уселся рядом со мной, он ни на мгновение не замолкал, рассказывая о том, какая Санзоку удивительная. Он восхищался ее внешностью, голосом, улыбкой, платьем, манерой говорить, твердостью характера, музыкальным вкусом, запахом ее духов. Все это вызывало в нем глубинные переживания, которые прорывались наружу, казалось, вопреки его воле.
– Я никогда не видел таких красивых женщин! – восклицал он, привстав в кресле и тут же снова садясь обратно. – На Земле я таких не встречал!
Я полагал, что он просто уже очень давно не общался с земной женщиной лицом к лицу. А может быть он действительно влюбился. Потому что Санзоку производила впечатление даже на меня. Я никак не мог отделаться от мысли, что это земное тело занято сознанием совсем не земного происхождения, и его возраст превышает типичную продолжительность земной жизни в сотни, а то и тысячи раз. Я мог лишь догадываться о том, что она успела узнать, попробовать и почувствовать за все это время. Когда я рассказал о своем наблюдении Элвису, он задумался на какое-то время, а потом серьезно сказал:
– Женщина с таким опытом – большая редкость.
– Но ты же понимаешь, что она не человек?
– А что делает человека человеком? Как по мне, так она вполне человек. Выглядит, как человек. Разговаривает, как человек. Даже музыку любит, как обычная земная женщина. Чем, например, ты, Ксандар Бо, отличаешься от человека? Я думаю, что только телом. Если бы я пытался вас всех понять по отдельности, я имею в виду вас всех, – Элвис многозначительно поднял брови и обвел взглядом многочисленных пиратов, – я бы рехнулся к чертовой матери. Для меня вы все люди, просто со своими особенностями.
Я не стал с ним спорить, его позиция была мне понятна. И если задуматься, то кем действительно была Санзоку, которая побывала в телах множества биологических видов? Сохраняла ли она все это время свое софонское самосознание? Мне было проще вообще об этом не думать, так что я перестал и сосредоточился на утолении голода, но почти ничего не успел съесть, потому что голоса вокруг внезапно стихли и заговорила Санзоку, стоявшая на центральной платформе. Ее голос оказался неожиданно низким и глубоким.
– Сегодня любящие единожды одержали еще одну победу над теми, кто разбрасывается любовью, – пауза, во время которой никто не издал ни звука. – Любовь – великая сила. Мы относимся к ней с уважением, и за это она наделяет нас бессмертием. Те, кто сегодня погиб, не исчезли из этой Вселенной. Они навсегда запечатлены в наших сердцах и воспоминаниях. Тем, кто сегодня отдал свои жизни за любовь, мы посвящаем свое служение.
– А разве из пиратов кто-то погиб? – шепнул я Элвису, но он только шикнул на меня и ткнул локтем в бок.
– Те, чьи возлюбленные погибли сегодня, приблизьтесь, – воскликнула Санзоку, и за столами вокруг нее стали подниматься представители самых разных рас. Все они перепрыгивали на центральную платформу и становились около принцессы. Те, у кого были колени, опускался на колени. Виды без колен просто сгибались пониже или даже ложились к ногам Санзоку. Я принялся считать вышедших пиратов и перестал, когда досчитал до «кват побери, как их много!».
– Восстаньте, любящие единожды! Мы не оплакиваем погибших, – проговорила Санзоку. – Вселенная дала нам возможность любить, и мы ею воспользовались, познав настоящее чудо. Чудо, которое позволило мне победить Торона, чудо, которое позволяет вам не бояться смерти и бесконечной пустоты окружающего космоса. Любовь ведет вас по линиям ваших судеб, и сегодня утрата возлюбленного привела вас сюда, в эту точку времени-пространства, где вы становитесь абордажной командой великого кочевого флота любви.
Окружившие Санзоку пираты встали, а кто-то просто выпрямился, и подошли к краю платформы над клубящейся внизу серо-голубой бездной.
– Вы передовой отряд, режущая, рвущая, взрывающая, аннигилирующая кромка наших атак. Вы пойдете по стопам тех, кого потеряли. Первыми вы будете врываться на корабли многолюбов через конфетные проломы, как врывались ваши павшие возлюбленные и почтите их память своим самоотверженным служением до смерти. Вечная любовь – это самая чистая мечта. В ней звучит нетронутая тишина нашей безмолвной молитвы. С ней вы шагнете в бездну и возродитесь бесстрашными, вечными, бесконечно любимыми.
– Бесконечно любимыми! – крикнули в один голос пираты и начали прыгать с платформы. Они бросались вниз в полной тишине, и я заметил, что те, кто остался за столами, склонили головы, если они у них были.
– Внизу их ждет замедляющее поле, – Дондрид наклонился ко мне и стал объяснять. – С ними все будет в порядке. Теперь они будут штурмовым отрядом, который во время абордажа высаживается на вражеский корабль раньше всех. Этот отряд всегда состоит из вдов и вдовцов.
– А если вдов и вдовцов не хватает? – поинтересовался я, все еще глядя вниз на удаляющиеся тела падающих пиратов.
– Добровольцы. Недостатка в них нет, – сказал Дондрид. – Служить Санзоку большая честь.
– Ага, и она не заставляет тебя добавлять ее имя к своему, верно? – улыбнулся я и подмигнул кинку. В ответ Дондрид только хмыкнул и покачал головой. Еще одна шутка прошла мимо цели.