Клятвы и руины

Уайлдер нахмурился, не обращая внимания на упоминание о камне судьбы, который, как он знал, покоился в ложбинке между ее грудей.

– Выбирать?

Тея принялась нервно расхаживать по комнате.

– Одра сказала, что нельзя одновременно владеть магией и быть Боевым Мечом. Что я должна выбирать. Она говорит, что законы нерушимы…

– С каких пор тебя хоть каплю волнуют законы? – перебил Уайлдер.

– С тех самых, как узнала, что я, черт возьми, наследница королевства, – огрызнулась она. – С тех самых, как стала ученицей Боевого Меча, которому насрать на мое обучение и тренировки. С тех самых, как в очередной раз убедилась, что законы, придуманные мужчинами, определяют, кем мне быть в то короткое время, что у меня осталось.

Слова вырывались из нее потоком, и лишь когда она снова встретилась с ним взглядом, он понял истинную причину ее истерики – страх, отчаяние.

Уайлдер не подошел к ней. Не прикоснулся. Он сунул руку в карман жилета и вытащил бумаги с программой тренировок, а затем протянул ей.

– Раньше ты никогда не позволяла законам стоять у себя на пути, – тихо произнес он. – Если ты будешь практиковать магию бурь параллельно с тренировками, кто, черт возьми, тебя остановит?

Он сунул листы в руку Теи, на лице которой читалось изумление.

– Собирай вещи. И подготовься. Завтра у нас много дел.

Уайлдер не хотел себе в этом признаваться, но оставить ее оказалось сложнее, чем он предполагал. Заседание совета уже началось. Он вошел в тускло освещенную комнату и оглядел людей, сидевших на стульях с высокими спинками вокруг стола из красного дерева. Осирис – Мастер Гильдии – сидел, как обычно, во главе. Справа от него расположился Вернич, а слева, к его удивлению, Одра.

Кивнув в знак приветствия, Уайлдер снял со спины мечи и занял место рядом с Грозой Медведей в дальнем конце стола. Тордж одарил его ехидной ухмылкой, отчего Уайлдеру захотелось его придушить. Он просил друга – хоть это слово давалось ему нелегко – приглядеть за Теей в свое отсутствие, что, очевидно, несказанно позабавило Боевого Меча. Однако, к облегчению Уайлдера, на намеки и шутки времени не было, поскольку Осирис с серьезным видом начал заседание.

– Сегодня у нас на повестке много тем… Всем нам известны слова, что более двадцати лет назад изменили ход истории Тезмарра. – Мастер Гильдии выждал пару мгновений, а затем процитировал: – «Дочь тьмы одной рукой обнажит меч, второй – повелит самой смерти…»

Он выжидающе оглядел присутствовавших.

– Мы помним, как звучит это чертово пророчество, – заявил Уайлдер, постукивая костяшками по столу.

– Тогда скажи мне, чем оно заканчивается, Хоторн, – съязвил Осирис.

Уайлдеру пришлось усмирить свой гнев.

– «Взойдет заря огня и крови».

Осирис бросил на него ядовитый взгляд, а затем вновь обратился ко всем:

– Заря близится. По-настоящему. Как и предсказывает пророчество, Дочь Тьмы восстала, – объявил он. – Наши шпионы утверждают, она хочет отомстить за то, что с ней сделали в Тезмарре. Собирает армию.

Уайлдер замер. Вдоль Завесы гуляло множество сплетен, но ни одна не ужасала так, как слова Мастера Гильдии. Ни одна не возвращала в те моменты, о которых он так хотел забыть, – к миру на грани войны, людям, что были в самом сердце событий. Сражениям, что чуть не унесли жизни двух Боевых Мечей, которыми он дорожил больше всего.

– Что же именно с ней сделали, Осирис? – спросила Одра бесстрастным голосом.

Мастер Гильдии сузил глаза.

– Ты прекрасно знаешь, что тогда произошло, Одра.

– Да. Но не о том, что произошло после… После того, как ты, черт возьми, выслал ее на лодке в сопровождении Боевого Меча.

– Ему велели оставить ее на Расколотых островах.

– Умирать.

– Одра, она – Дочь Тьмы. Что еще мне оставалось делать?

Одра лишь покачала головой, глядя на него с отвращением.

Напряжение становилось осязаемым.

– Где? – вмешался Тордж, который, как всегда, пытался сохранить мир. – Где, говорят, она собирает армию?

– В Наарве, – ответил Осирис, переводя взгляд с Одры. – Где же еще? Она отдалена от оставшихся королевств, поэтому ей почти ничто не мешает собирать армию тайно и беспрепятственно. Павшее королевство окутано тенями и туманом.

– А что насчет войск? – продолжал Тордж. – Кто эти люди, что примыкают к ней?

– Люди, которые разделяют ее взгляды, со всех уголков Срединных Королевств и из-за их пределов. Некоторые прокляты, другие – просто глупы, либо сдались под ее натиском или отчаялись, – заявил Мастер Гильдии с явным презрением. – Те, кто хочет погрузить Срединные Королевства в хаос. И те, что стали наполовину тенетворцами. По крайней мере, так докладывают мои источники.

Уайлдер заставил себя включиться в разговор.

– Цифры?

– Пока неизвестно. Она все тщательно скрывает, – ответил Осирис.

Уайлдер взглянул на Одру, которая напряглась от следующих слов Мастера Гильдии:

– Некоторые говорят, что Дочь Тьмы собирает против Срединных Королевств другие силы… – медленно произнес он.

Одра фыркнула.

– Теперь я понимаю, зачем меня пригласили на самом деле.

Уайлдер заерзал на стуле, переводя взгляд с суровой женщины на Мастера Гильдии – они вели немую перепалку.

– Тогда, может, кто-то нам все объяснит?

Одра прищурилась, а затем повернулась к Уайлдеру:

– Осирис имеет в виду, что Дочь Тьмы собирает бывших женщин-воинов Тезмарра.

Тордж громко рассмеялся.

– Серьезно?

– А еще наш дорогой Мастер Гильдии намекает, что я могу что-то об этом знать, что, разумеется, не так. Я оборвала с ними все связи, когда двадцать лет назад Тезмарр изгнал их. У меня не было выбора.

– Одра, прошу, – огрызнулся Осирис. – Ты серьезно понятия не имеешь, куда они отправились?

Одра пристально смотрела на него и решительно ответила:

– Не имею.

– Слабо верится.

– А мне слабо верится, что бывшие члены Гильдии пойдут заодно со злом, – выпалила Одра. – И не имеет значения, как плохо с ними здесь обошлись.

– Одра…

Вмешался Вернич, с ворчанием поднимаясь на ноги:

– Мастер Гильдии, беспокоиться стоит не о бывших женщинах-воинах. Дочь Тьмы ищет гораздо более могущественных союзников.

Одра многозначительно прокашлялась, давая понять, что не приемлет мнимой защиты бывших воинов Тезмарра.

Осирис сузил глаза.

– Продолжай…