Страница 99 из 105
Глава 58 — Да-да-да-даев!
— Черт... туфля... — скачет на одной ноге Мила.
Пытается попасть в нее ногой.
Наш лимузин стоит у обочины парка. А в парке какой-то концерт.
Присаживаюсь, чтобы помочь.
Под ее платьем совсем ничего не осталось и один замок на нем сломан моими нетерпеливыми пальцами. Но когда что-то останавливало эту маленькую тираншу?
Короче, мы его как-то надели.
Туфелька застряла в брусчатке.
— Каблук...
— Да, моя госпожа?
— Ахаха, перестань!
— Мне Дэн посоветовал, у него опыт!
Развлекаясь, с бокалами в руках танцуем медляк под совсем неподходящую для этого музыку у фонтана.
— В гостиницу поедем? — целую ее ушко, сгорая от нетерпения.
Пальцы сами отыскивают в ее закрытом платье места, где можно почувствовать тело лучше.
— Нет! — хохочет. — Я тебя боюсь.
— Чо начинается? — смеюсь я. — Ты меня в тачке чуть не изнасиловала!
— Ну, так это ж я. А в гостинице ты меня!
Засовывает тонкие пустые бокалы мне в карманы брюк. Они, мля, и так тесные.
— Ширинка лопнет!
— Бедненький... — дразня, проходится пальцами по ней.
— Мм... Придется прямо в парке, — тяну ткань ее подола вверх. — Чёртовы брюки! Тебе под акацией милее или прямо в фонтане? Потому что мы с "прикольным" теряем всякую выдержку. Ему было обещано! Он долго ждал... — шепчу ей. — Чтобы кончить на твоего скорпиончика... — кусаю за мочку. — И не только на него...
— Ай... ай... сумочка...
Подхватываю ускользающую с плеча цепочку сумки.
Зажимаю Милу под деревом и, пьянея от поцелуев, стискиваю внутреннюю сторону бедра. Через ткань касаюсь всех чувствительных местечек.
Да емое! Не платье — а крепость!
Сердце оглушающе бьётся...
Быстро, нетерпеливо дыша, дорываю сбоку молнию, и скользя ладонью по голой талии, добираюсь до попки.
Со стоном сжав, натягиваю на себя, бедра сами двигаются навстречу. Пальцы вжимаются в ее горячую влажность...
Взвизгнув, дергается.
— Спасите-помогите, хулиганы девственности лишают! — хохочет она уворачиваясь от моих губ.
Накрываю рот ладонью.
— Не дразни прохожих! Потом не отмахаемся... — смеюсь над ней.
— Жарко... — тащит меня к фонтану.
— Пойдем, платье снимем? — подмигиваю ей.
— Ахаха! Нет, пока невинной похожу еще!
Оба умываемся.
С нетерпением поднимаю глаза на высоту. Отсюда виден ее дом и даже, кажется, темные окна.
— Купи водички...
Оборачиваюсь в поиске воды. Автомат у сцены.
— Пойдем, — веду ее за руку.
Отвернувшись, пытаюсь разобраться с заевшим автоматом, чтобы он выдал для нас бутылку воды.
— Ах, какой у нас кавказский невест красивый! — изображая акцент, подкатывает к Миле какой-то нетрезвый чувак в компании других.
Втащив кулаком аппарату, свирепо разворачиваюсь. Сзади, под перезвон разных механических звуков, вниз выпадает бутылка.
Мила перехватывает сумочку, наматывая на кулак цепочку.
— Ой, не... пацаны, я их знаю! Ну нахуй! — тащит один из них двоих остальных.
Переглянувшись, закатываемся от смеха.
Забираем воду.
Саундтрек: Звери — Все, что касается
Целуясь и облизываясь, идем под гирляндами в сторону ее дома.
— Машина — там, — оборачивается.
А кровать ближайшая там! — поднимаю глаза.
Улыбаясь, тяну домой.
— Ты коварный! Я знаю, что ты задумал!
— Ты будешь насиловать, клянусь! — смеюсь над ней.
— Врёшь... — с сомнением.
— Вру.
Закидываю на плечо.
— Спа-си-те Малышкину! — щипает меня за пятую точку.
— Ты там все подписала уже... Малышкиной больше нет! Есть Дадаева. Чья? Дадаева. Понимаешь? Моё... что хочу с ней, то делаю, — щипаю в ответ.
Хихикает.
В лифте срываемся как озабоченные, едва ли не срывая одежду друг с друга, веду языком по ее шее, весь пульсируя от нетерпения.
Целуясь, вываливаемся, не разлипаясь, на своем этаже.
Врезаемся в какого-то мужика. Мы слегка пьяны и... так горим, что нам похер, вообще-то.
Игнорируя столкновение, отшатываемся к двери.
Падаю на нее спиной.
Пока Мила крутит ключом в замочной скважине, съедаю ее нетерпеливыми взглядами и расстегиваю ремень.
— Ой, нет! Я пошла! — смеясь, пытается смыться.
Но снова залетает ко мне на плечо.
Заношу, бросаю ее на кровать.
— Куда ты собралась? — ловлю ее при попытке смыться.
Стягиваю платье.
И стоя у нее в ногах, срываю с себя одежду, демонстративно отшвыривая все в сторону. Смотрю ей в глаза.
— Адам... — сводит брови, невинно строя мне глазки. — Мы дверь, кажется, не замкнули.
Отрицательно кручу головой.
Похеру на ту дверь...
Последние улетают в сторону боксеры. И я стою со своей тяжёлой ноющей боеголовкой, которая просто рванет сейчас от того, как хочу...
Дыхание рвётся вперемешку со стонами.
Мила смотрит прямо на мой член, кусая губы. Ресницы медленно смыкаются и поднимаются...
Наступаю коленом на кровать между ее бедер.
— Ааа! Нет! Погоди... — переворачиваясь, пытается снова отвертеться.
Распинаю ее лицом вниз.
Кожа чувствует кожу, член скользит по бедру, касается раскаленной плоти. От запаха волос и тела я невменяем...
Мне кажется, я уже трахаться разучился. И сейчас просто войду в нее и сразу всё...
Закрывая глаза, лаская, целую ее ушко. Тело пульсирует в такт медленным движением. На каждое мы соприкасаемся там...
— Адам... — выдох.
— Ч-ч-ч...
— "Так"?! — дергается под моим телом.
— Так... доверься, моя маленькая...
Обжигаем друг друга прикосновением.
— Ай... ой...
— Мм?
Я чувствую ее мурашки на коже. Давя под колено, отвожу бедро выше, раскрывая. Ладонью двигаюсь дальше по животу и ниже, лаская мокрые губки.
— Расслабляйся... — шепчу ей. — Расплавляйся... Будет космос...
Впиваюсь в чувствительную шею, ускоряя ласки. Головка давит в нее, едва сдерживаюсь!
Со стонами жадно кусаю шею.
Член скользит, вынуждая рвануть в ее манящую тесноту.
— Аа... — чуть прогибаясь, распахивает она чувственно губы, пряча уплывший взгляд за ресницами. Ее тело начинает дрожать... пальцы сминают простыню. Тело дергается подо мной в сладкой судороге.
— Ммм... ааа... да... Да! — шепчу ей в ушко, мягко вдавливаясь.
— Аа! — распахивает остекленевшие глаза.
— Все, малыш... все... — неровно шепчу я, отъезжая от долгожданных ощущений.
Сжимаю ее в объятиях, утягивая нас набок.