Страница 97 из 105
Глава 57 — Да-да-да-даева!
У нас два больших белых шатра, ковер, музыка. Порции шашлыков кочуют одна за другой к столу. Шумно, весело... Домашний коньяк, вино!
Над длинным столом — висят гирлянды фонарей.
Спартанцы мои включают проектор на белую простыню с "подсмотренной историей любви Дадаевых".
А там фотки и пояснительные подписи...
Шпионы! Собирали фотки по всем аккаунтам. И у меня несколько попросили. Начиная с того самого боя, где Адам сломал спину. Вот он, а вот я сижу на ковре, глаз с него не свожу. А потом донимаю Бессо, где он мне говорит, что Адам не котёнок, его не забрать.
Фотка, которую делала я в больнице, у него в палате. Он спит под лекарствами... А я делаю фото, не напрямую, ведь это было бы некрасиво. Я фотаю тёмное окно, где мы вдвоём отражаемся. Его лица не видно, но он там.
— Ты мне носила это все?! — шепчет Адам.
Зажмуриваясь, прячу лицо на шее у Адама.
— Пояс все еще в заложниках! — хихикаю я.
А потом прикол с костюмом Рустама и голубями. Все смеются! Кто-то спалил и сфотал с балкона напротив. Это было выложено потом у кого-то из Лидера. И Рустам требовал снять меня с турнира. Дальше фотки, где я собираюсь на свидание. У Денчика Стася взяла?
Фото моего боя с Молчановой, Адам смотрит на нас. Потом я на турнике, и опять Адам нахмуренно смотрит на меня. Несколько фоток с базы. Фото меня со спины, где я любуюсь на фотки с аккаунта Адама. Фотки Адама со спины, где он смотрит мой аккаунт!
Ни одного, где мы касаемся. Только взгляды-взгляды...
И даже успели загрузить последние.
Я на руках у Адама в свадебном платье. Потом одна фотка, где лошадь выходит из под контроля, и я практически взлетаю в воздух, вся перепуганная. Фото, как Адам и Арес повисают на ней.
А потом Адам в толпе парней, оторванный от земли, гневный и мощный, как бог войны! И самая последняя, наше "Горько" за столом, где мы целуемся, закрывшись моей фатой!
И мамы опять все шмыгают носами.
Блин, вот это "вынесли простыни"!
Нас поздравляют... желают... дарят подарки... любят! Свадьба... Моя!
Затихнув в его руках, впитываю это все.
Саундтрек: Наверно, это твой рай — Дан Балан
Все такие пьяненькие и счастливые. Пары танцуют медленный под какую-то сладенькую ваниль.
Папа с мамой, Дэн с Полинкой, Бес с Аишей, Марат с Алёной, Май с Дашей, Иван с Ярославной, Роман с женой... Арес ведет в танце Стасю, а Женька кружит на руках маленьких сестёр.
Все так классно!
А мы не танцуем, спрятавшись от всех в круглом ротанговом кресле, мы сидим, уткнувшись носами друг в друга, с бокалами домашнего вина.
— Малышкина! На минуту... — зовут у мангала парни.
— Дадаева, — синхронно поправляет мы.
— Да-да-да-даева! — стебутся. — Ну, подойди!
— Ага! — смеется, не отпуская меня, Адам, — знаю я, чем это заканчивается. Не пущу.
— Да не будем мы похищать! — ржут.
— Нет.
Родители громко и эмоционально беседуют о своем, вспоминая о нашем детстве, рассказывая какие-то истории. Горячительное льётся в бокалы.
Сзади, над нашим большим креслом на двоих, наклоняется Дэн.
— Золотой Рыб исполнил вам одно желание.
— А разве мы загадывали?
— Рыбу виднее, он умеет читать мысли, — ухмыляется. — Ч-ч-ч... Я вас похищаю... За мной.
Сбегаем в темноту за Дэном. За шатрами, где припаркованы все машины, нас ждет белый лимузин.
— Сваливайте, дети мои, благословляю! Всех не пересидишь. Они сейчас еще и купаться будут. А то пока вас провожать будут, у Алексеича инфаркт случится. Пусть спокойно бухают, я присмотрю. Тачка оплачена, хоть до утра катайтесь!
Незаметно всовывает мне в руки коробочку. Пока жмут руки, подглядываю в мягком свете, бьющем из открытой дверцы. Презервативы...
Упс!
А нам не надо. Мне Алёна Максимовна еще месяц назад от греха впаяла противозачаточный укол.
Сажусь в машину, цепляясь фатой за ремень Адама. И когда шлепаюсь на сиденье, ее, вместе с украшением, срывает с волос.
Саундрек: Find Me Again — Yan Shaim, Rada Slava
— Ай! — пытаюсь поймать я.
Но Адам успевает перехватить быстрее.
— А все... она в заложницах.
Внутри белые сиденья, неоновая подсветка, бокалы, шампанское, цветы, музыка. Совсем не ванильная и сладкая, как на свадьбе. А... более чувственная и дерзкая.
И тёмное разделительное стекло с водителем...
Смотрим с Адамом друг другу в глаза.
Щёлк...
И из моего сдержанного горца вспыхивает пламя! Жадно и горячо. Как в клубе, когда мы шалили... как в тачке при знакомстве с "прикольным"...
Его веки становятся тяжелыми, облизывает губы.
— Хочешь? — засовываю шоколадную конфету из вазочки в рот.
— Хочу...
Подхватывая меня за шею, топит свой язык в тающем в моем рту шоколаде. Со стоном,э углубляет поцелуй.
Мы горячо целуемся...
Отстраняясь, стягивает свою строгую рубаха через верх, откидывая в сторону.
Прикусывая губу, веду взглядом по его тигриному торсу.
Моё?.. Моё!!
Ладонями снизу вверх веду по его телу, ощущая как ладонь двигается по рельефу. Как в нее долбится сердце!
Наши губы снова отыскивают друг друга.
Все скрытые под декором молнии на моем платье едут вниз под его пальцами.
Тянет меня верхом к себе на бедра.
Ослабив корсет, с тихим рычанием дергает вниз мое расстегнутое платье. До талии.
Со смехом взвизгиваю, закрывая грудь руками.
Поднимает мне в глаза опьяненный взгляд.
Рисует пальцем по линии соприкосновения предплечья и груди, прямо по твердому соску.
— Я кое-кому задолжал износик...
— Так! Мужчина, я вас не знаю, верните прежнюю версию Адама Амировича! — хохочу я.
— А всё... — ухмыляется. — Теперь ты больше не можешь говорить нет. Мужу нельзя отказывать.
С рычанием заваливает меня на спину, впиваясь в грудь.
— Па-ма-ги-те! Ахаха-ха...
Вскрикнув от слишком острых ощущений, задохнувшись, дергаю бедрами вверх.
— Адам!..
— Мм?
Смещает мои запястья, кусая губами грудь.
А... плевать, собственно... лишиться невинности с Дадаевым можно и в лимузине, да?.. — прислушиваюсь к себе.
Расстегивая пояс, стягивает с меня юбку брюки. Платье летит на сиденье напротив.
Я в белых чулках и трусиках. И со скорпионом в пупке...
С низким урчанием целует сначала в пупок, прямо в кружевные трусики. Мне кажется, они такие мокрые, что это видно! И хочется рефлекторно сжать бедра.