Страница 7 из 105
Глава 4 — Финалить
Саундтрек: Трамвай — Антон Токарев
Жизнь как-то резко закончилась.
Мой день ничем не желает наполняться. Цели и смыслы потеряны.
Хоть из больницы давно выписали, и я смог вернуться домой, ничего не наладилось.
Я просто лежу... хожу... смотрю в окно... сидеть мне всё ещё нельзя. Общаться ни с кем не хочу.
Раздражаюсь от бесконечного нудящего болевого и бессонницы.
Пролежни скоро будут, мля!
Завтрашний день выглядит мутно. Я в него не хочу...
Я только знаю одно: когда я реанимирую спину, Рустаму пиздец.
Хата, в которой мы живём с братишкой, оплачена еще на месяц вперед. Но продлить не получится. Больше у меня нет возможности снимать такую крутую, еще и в центре Сочи.
Арес поедет в спортивное общежитие. Я... надо решать куда.
Открыв телефон, в очередной раз, не читая, пролистываю все сообщения с чужих номеров. Поначалу удалял, психуя, теперь просто пролистываю. Мне сейчас глубоко неприятно читать сожаления от фан группы. Нытье девчонок... Просто нет на это эмоциональных сил.
Они забудут мгновенно!
"Адам — чемпион!" уже сменился на "Арес — чемпион!". Нет, я не ревную к карьере брата. Я просто знаю цену их "любви". И поэтому ни одной не отвечаю.
А единственный номер, с которого я жду хоть чего-нибудь молчит.
Нет, Лора не подала на развод. Все еще нет.
Я не пишу, не звоню ей.
Я просто депрессую, понимая, что я больше для нее не защита пока. И она выбирает безопасность. Это ведь правильно. Нельзя осуждать за это девушку.
Но я очень жду какого-то сдвига. Она мне нужна сейчас... Но ее нет. Она где-то в Польше. Лора мечтала в Польшу... Команда моя там на европейских соревнованиях. И она с ними. Все перспективные самбисты сейчас там!
Кроме Ареса. Брат отказался от соревнований, чтобы остаться со мной.
"Потерял" в день отъезда свой загранпаспорт. Влип на штраф. Но не поехал.
Мне, блять, жаль, что я рушу и его карьеру тоже. Арес обязан был быть там и взять мастера спорта международного класса!
Молча депрессую, ощущая, как раскалывается в груди от пустоты и тревоги.
И в очередной раз я валяюсь в джакузи с бутылкой хорошего вина. Здесь мы занимались сексом с Лорой пару месяцев назад...
А я ведь даже трахнуть ее нормально сейчас не смогу. Так, как она любит. Только полежать снизу, максимум, позволяя ей медленно и аккуратно "потанцевать" сверху.
Что я чувствую по этому поводу?
Я чувствую крах...
Мне некуда и не к кому идти. И даже тренером в мою родную школу я не пойду. Я не могу туда вернуться. Меня там кинули.
Слышу, как хлопает входная дверь. Это с тренировки вернулся Арес.
— Брат! — злясь, выдергивает у меня из рук бутылку. — Ты заебал! Хватит бухать!
Аресу восемнадцать. Мы похожи. Когда-нибудь он будет чемпионом. Главное, вытащить его из лап Рустама.
Заключи он контракт на месяц раньше, до дня рождения, мы бы смогли его разорвать. С несовершеннолетними проще. Их права защищены. Но... всё. Он совершеннолетний. И правила уже "взрослые". Контракт на пять лет...
И мне хочется убивать.
— Верни... — тяну руку к бутылке. — Я всего лишь хочу выспаться.
Закрывая крышку унитаза, садится на него как на стул. Держит в руках мою бутылку. Сверлит взглядом стену.
— Все... хватит, Адам. Завтра ты идёшь по врачам.
— Я там уже был братишка. Нет смысла. У меня все в порядке, все по плану... — дотягиваюсь рукой до сигарет. — Вытяжку включи. Просто эти планы нихуя не совпадают с моими.
Отбирает сигарету. Встаёт, смывает ее в унитаз.
— Ты не куришь.
— Теперь — похер. Можно.
— Вылезай давай... — злится. — У нас гости.
— Лора?! — напрягая пресс, присаживаюсь, растерянно проводя пальцами по мокрыми волосам.
— Эту шлюху я на порог не пущу, даже если придет.
— А я, кажется, не просил твоих комментариев по этому поводу.
— А у меня они есть! — рявкает.
Ухмыляюсь. Борзый вырос! Весь в меня.
— Язык придержи. Ты оскорбляешь мой выбор.
— Этот "выбор" выбрал не тебя.
— И тем не менее. Ты не знаешь всех обстоятельств, чтобы судить.
Аккуратно переношу вес на руки, поднимаюсь на ноги. Чувствую, как мое безупречно послушное тело дает конкретные сбои при этом простом упражнении.
Смотрю на свое отражение в зеркальной стене. Пик формы... был.
Закрываю глаза.
Женщины зло!
Если бы я не повёлся на истерию Лоры, то просто слил бы эти соревнования, но остался бы в строю.
Но теперь тупо перекладывать ответственность на девушку.
Выхожу из душевой.
Чувствую, как бомбит Ареса.
— Если тебе есть что конкретное сказать про Лору, говори.
— Не хочу... — цедит. — Боюсь, сопьешься.
— Но есть?
— Дыа!
Выливает мое вино в раковину.
— Эй! Арес... это моё.
— Через минут десять здесь будет Бессарион Давидович Ахметов.
Застываю, меняясь в лице.
— Зачем?!
— Я попросил приехать!
— Разве он не в Польше?
— В Польшу "Спарту" повез Янг. От тебя несет сигаретами и бухлом. Так и будешь с ним разговаривать?
Разворачиваюсь обратно в ванную.
Чищу зубы.
Твою ж мать. Бес Ахметов. Сложно представить более уважаемую фигуру в Самбо.
Рустам и Бес — родные братья. Которые руки друг другу не пожмут... Экзистенциальный конфликт. Так, кажется, это называется?
Срываю полотенце с бедер. Надеваю штаны. В ванной нет футболки, и я выхожу с голым торсом.
Он уже в нашей гостиной.
— Здравствуйте, Бессарион Давидович, — протягиваю ему руку.
— Здравствуй, Адам.
Изучающе смотрит мне в глаза. Строго. Недовольно.
Виновато развожу руками, отводя взгляд.
— Вопросов задавать не буду. Я и без них всё знаю. И про ситуацию твою спортивную. И про то, как тебя подставили. И почему.
Бросаю рассерженный взгляд на Ареса. Павлик Морозов, блять! Я просил тебя??
— Что думаешь дальше, Адам?
— Не знаю...
— Я знаю, что ты думаешь. Ты думаешь, заживёт спина, урою Рустама.
Усмехаясь, снова отвожу взгляд.
— Не буду отрицать.
— Тебе ведь для полноты картины еще статьи не хватает, правда? — скептически.
— А что вы предлагаете? Простить ему это?
— Я предлагаю тебе, как мужчине, переосмыслить причины, которые к этому привели. Морали читать не буду. Ты и сам в курсе.
— Когда это все началось...
Упускаю, что именно все и так понимают, что роман с женой тренера это лютый зашквар.