Страница 89 из 202
Однако как только они сменили тему разговора, Ша Жуйцзинь тут же преподал Гао Юйляну урок теории партийного строительства:
— Партком провинции должен думать о политических перспективах своих товарищей, однако должны быть и строгие принципы в использовании людей. В последние годы большое число попавших под суд кадровых работников относились к категории чиновников, которые числились на службе по десять – двадцать лет. А они неоднократно выдвигались на ответственные посты, хотя уже были поражены «социальной болезнью». Товарищ Юйлян, это очень серьезный вопрос, и к этому делу нам никак нельзя подходить небрежно!
Гао Юйлян непрерывно кивал головой:
— Да, да, уроки прошлого очень жесткие!
После того как Гао Юйлян откланялся, Ша Жуйцзинь встал перед высоким, от пола до потолка, окном и, глядя вдаль, глубоко задумался.
Эта беседа оставила тяжелое чувство в его душе. Замсекретаря Гао, стреляный воробей, формально доложил ему, а по сути – раскрыл реальную политическую картину, мимо которой просто так не пройдешь. Фактически он уже слышал доклады о ситуации с бегством Дин Ичжэня и от Главного управления общественной безопасности, и от прокуратуры, и хотя обе стороны признавали, что кто-то слил информацию, однако никто не указывал на Ли Дакана. А Гао Юйлян сегодня открыто на него указал. Зачем он вытащил на свет Ли Дакана? Руководствуясь общественными интересами или используя случай в борьбе за власть? Гао Юйлян также поднял кадровый вопрос. Если это сделано из добрых побуждений, то спасибо ему за замечание, а если из каких-то иных, то он зашел слишком далеко. Кадровыми работниками занимается первое лицо – неужто Гао Юйлян этого не понимает? Можно предположить, что он делает всё это для Ци Тунвэя – того еще умельца рыть землю. Похоже, что учитель согласится на прекращение конфликта, только если его любимому ученику будет оказана поддержка?
Как раз, когда он так думал, вошли начальник орготдела У Чуньлинь и секретарь дисциплинарной комиссии Тянь Гофу.
На этой важной, заранее оговоренной встрече предполагалось обсудить тот самый кадровый вопрос.
У Чуньлинь доложил, что в соответствии с требованием парткома провинции и Ша Жуйцзиня организационные подразделения в тесном взаимодействии с дисциплинарной комиссией внимательно рассмотрели группы предварительно распределяемых кадровых работников, и перед ними встало немало вопросов. Некоторые кадровые работники – из тех, кто выдвигался на очередные должности, – попали в списки «больных». К счастью, они выявлены, в этот раз соответствующие инстанции проявили бдительность. Тянь Гофу, подхватив тему разговора, сказал:
— Во время повторной проверки дисциплинарная комиссия провинции получила немало заявлений, и, похоже, в отношении некоторых кадровых работников надо как можно скорее принимать оргмеры и проводить разбор в дисциплинарной комиссии. Я даже не знаю, как составлялся этот список; по-моему, абсолютно безответственно!
Ша Жуйцзинь обеспокоенно воскликнул:
— Поэтому мы должны проявить ответственность, и не надо бояться кого-нибудь обидеть. Кадровых работников «с симптомами болезни» ни одного не выдвигать, а если есть необходимость принимать оргмеры – действуйте! Если бояться обидеть какую-нибудь фракцию или кружок, то так недолго обидеть всю партию, весь народ, а если говорить еще серьезнее – так можно стать для партии преступником! Наша партийная организация – это не зал честности и справедливости на горе Ляншань, а некоторые люди стремятся сделать ее таковой! Мне такие, как они, ни к коем случае не нужны; лучше держать место пустым, ожидая, пока его займут подходящие люди, и не допускать посторонних!
Тянь Гофу продолжал свой доклад:
— В этом вопросе особенно хорошо проявил себя секретарь горкома Люйчжоу Лю Кайхэ, которого вызвали в дисциплинарную комиссию.
Ша Жуйцзинь немедленно распорядился:
— Ну так вы в дисциплинарной комиссии хорошенько всё расследуйте. Помимо экономических вопросов проверьте также политическую дисциплину, следование политическим нормам и этике. Товарищ Чуньлинь, я еще раз подчеркиваю: во время этой проверки всех, кто не соответствует нормам, нужно решительно снимать, а если кто-то за кого-то ходатайствует – пусть обращаются ко мне! О тех, кого не включили в первоначальные списки и чьи кандидатуры должны быть подтверждены на выдвижение, также необходимо своевременно заявить.
У Чуньлинь тут же доложил ему:
— Секретарь Ша, есть один кадровый работник, отзывы о котором довольно хороши; он из города Люйчжоу – это И Сюэси, секретарь района и глава административного комитета зоны высоких технологий особой экономической зоны Люйчжоу.
Ша Жуйцзинь намеревался разрушить старую политическую структуру провинции N, постепенно выстроив команду, способную честно и бескорыстно выполнять управленческую работу. Едва он услышал о появлении хорошего кадрового работника, его глаза заблестели, и он велел начальнику орготдела рассказать о нем в деталях.
У Чуньлинь, глядя в ноутбук, рассказал о том, что двадцать пять лет назад И Сюэси стал секретарем парткома уезда, работал вместе с Ли Даканом в одной команде в уезде Цзиньшань, который нуждался в развитии. Так же, как Ли Дакан, был там одним из первых лиц. Это честный и умеющий работать чиновник, однако ввиду того, что он не имеет так называемого политического ресурса, он вот уже двадцать пять лет крутится на своем нынешнем месте. Сейчас он работает на муниципальном уровне, стал секретарем парткома района, а также по совместительству – главой административной комиссии зоны высоких технологий особой экономической зоны. Коррумпированный секретарь горкома Лю Кайхэ не выдвинул его, как это принято, на пост вице-мэра. Лю Кайхэ, сдавая дела, откровенно сказал, что место вице-мэра придержал для секретаря райкома, который преподнес ему деньги. А секретарь райкома не занял эту должность лишь потому, что не подошел его срок – нужно ждать еще год и три месяца..
Ша Жуйцзинь, прервав У Чуньлиня, спросил:
— Ли Дакан поддерживал И Сюэси?
У Чуньлинь покачал головой:
— Нет, кроме тех лет, когда они работали в одной команде; потом они больше не пересекались.
Ша Жуйцзинь снова полюбопытствовал:
— То есть в то время, когда Ли Дакан и И Сюэси работали в одной команде, между ними возникло некое противоречие, так? Ли Дакан в Люйчжоу вошел в противоречие с Гао Юйляном!
У Чуньлинь ответил: