Во имя народа

Глава 18. Гонка секретарей

С приходом Ша Жуйцзиня на политической арене провинции ситуация переменилась, но возникло также и смутное ощущение страха. Особое беспокойство вызвало прибытие следом за Ша Жуйцзинем из Пекина в провинцию N секретаря дисциплинарной комиссии провинции Тянь Гофу. Всё это заставило некоторых официальных лиц почувствовать зыбкость своего положения, свежий ветер перемен грозил стать для них ледяным штормом.

Ли Дакан раньше всех ощутил холодный поток. Хотя после инцидента 16 сентября Ша Жуйцзинь не заставил его выступать на заседании Постоянного комитета с самокритикой и не подверг адресной проработке, однако события он квалифицировал беспримерно жестко. Прецедент преднамеренного насилия как следствия масштабной коррупции; коррупционные действия некоторых кадровых работников, приведшие к обострению социальных противоречий, – такие определения были нестерпимы для Ли Дакана. От одной мысли об этом на лбу у него выступал холодный пот. Еще более невыносимо, что его жена, Оуян Цзин, теперь под подозрением в коррупции, да еще и не соглашается на развод.. Как быть? Пытаться выиграть время? Тянуть, пока бомба не взорвется? Сыграть в рулетку, поставив на кон собственное политическое будущее? Нет, раз уж дела так плохи, нужно перехватить инициативу и поставить Ша Жуйцзиня в известность о своих семейных обстоятельствах. И, возможно, это лучший способ выйти из тупика. Разумеется, всё это не скроется и от глаз Гао Юйляна. Однако в любом случае необходимо принять меры, тянуть больше нельзя.

Придя утром на работу, Ли Дакан сразу же дозвонился до Ша Жуйцзиня, сказав, что хочет как можно быстрее сделать сообщение. И очень кстати – Ша Жуйцзинь в это время направлялся в особую экономическую зону Линьчэн. Будучи секретарем горкома Линьчэна, Ли Дакан как раз отвечал за освоение этой экономической зоны – в его политической биографии осталось это большое светлое пятно. Оба тут же, по телефону, начали оживленно обсуждать положение дел в особой экономической зоне Линьчэн.

Ша Жуйцзинь сказал, что развитие особой экономической зоны Линьчэн оказалось очень успешным – это и высокие технологии, и знаменитый район индустриального парка. Линьчэн, можно сказать, стал визитной карточкой провинции, поэтому он и решил специально съездить туда. Голос Ша Жуйцзиня звучал спокойно:

— Товарищ Дакан, ты мыслишь с опережением: десять лет назад мало кто мог думать об экологии и ее защите!

Ли Дакан остолбенел от этой неожиданной похвалы, у него сразу поднялось настроение. Обеими руками держа трубку телефона и старательно сохраняя спокойствие, он сказал:

— Секретарь Жуйцзинь, именно потому, что работа велась на опережение, этого многие не понимали!

У Ша Жуйцзиня тоже было прекрасное настроение:

— Да? Эй, товарищ Дакан, ты ведь хотел сделать сообщение? Ну так приезжай, мы обо всём поговорим! Завтра с утра жду тебя в Линьчэн, будешь для меня гидом в своей бывшей вотчине, до встречи на месте!

Положив трубку, Ли Дакан не без волнения проинструктировал помощника: как можно быстрее найти материалы по особой экономической зоне Линьчэн, ему нужно снова всё просмотреть. Тот слегка засомневался: секретарь Ли сам родом из Линьчэна и лучше любого другого знает материалы по этой зоне, зачем ему еще нужно что-то смотреть? Ли Дакан, протирая стекла очков, разъяснил: всё-таки прошло немало лет, некоторые данные помнятся неточно, ему никак нельзя допустить, чтобы у Ша Жуйцзиня осталось о нем плохое впечатление. Помощник, кивнув несколько раз в знак согласия, пошел готовить материалы, но, дойдя до двери, вспомнил, что у Ли Дакана есть посетитель, пришедший спозаранку и ожидающий снаружи. За дверью находился Ван Далу.

Только сейчас Ли Дакан вспомнил, что условился с Ван Далу о его приходе, и настроение у него снова испортилось. Он надел очки, давая понять, что посетитель может войти. С потерянным и смущенным видом вошел Ван Далу:

— Секретарь Ли, говорят, что вы искали меня?

Ли Дакан предложил Ван Далу присесть на диван, стараясь говорить спокойным тоном – не холодным, но и не очень-то теплым:

— Далу, вас зовут Ван Далу, не Ван Сяолу, так ведь? Поэтому я советую вам больше ходить большими путями и меньше малыми тропками!

Ошарашенный Ван Далу смотрел на Ли Дакана:

— Секретарь Ли, я не очень понял ваши слова!

Ли Дакан улыбнулся:

— Не поняли? Ну так я выражусь яснее. По тропкам ходить неудобно, можно нарваться на западню, и если по неосторожности попасть в нее, это может закончиться катастрофой!

Ван Далу, прощупывая почву, спросил:

— Секретарь Ли, вы говорите о строительстве на озере Гуанминху?

Ли Дакан произнес в ответ:

— Я ничего не говорю, и предостерегаю только потому, что мы старые друзья и вместе работали в одной группе.

Ван Далу разъяснил, что корпорация «Далу» и правда хотела участвовать в новом проекте застройки у озера Гуанминху, но прежний главный распорядитель проекта, Дин Ичжэнь, оказался слишком темной личностью, тендер на проект – липовый от начала до конца. Он мог только посокрушаться об этом при замдиректора Городского банка Цзинчжоу Оуян Цзин, и ничего более. Ван Далу также подчеркнул, что они с Оуян Цзин дружат еще с университета и всегда понимали друг друга, между ними, собственно и нет никаких отношений..

Ли Дакан встал и, не выдержав, оборвал речь Ван Далу:

— Какие еще отношения? Не увиливай от ответа! Дин Ичжэнь – уже перевернутая страница, теперь главный распорядитель – Сунь Ляньчэн, а он умеет делать дела по закону!

Ван Далу честно изложил свою точку зрения:

— Сунь Ляньчэн, несомненно, действует по закону, но не умеет работать!

Ли Дакан сделал строгое лицо:

— Кто сказал, что он не умеет работать? Если говорить о его способностях, замыслах и управлении, то они еще не проявились – он только-только вступил в должность главного распорядителя!

Тут Ли Дакан хлопнул рукой – ему показалось, что он удалился от темы:

— Далу, я всё-таки надеюсь, что ты не будешь ходить тропами! По крайней мере, по такой тропке, как моя жена, ты не пройдешь! Ну ладно, сказано и так много!

Ван Далу, вытирая испарину, горько усмехнулся:

— Я понял, но я никогда и не думал ходить тропками.