Страница 193 из 202
— Кто использовал Цай Чэнгуна? Правительство использовало! Разве не Чэнь Яньши как представитель правительства привлек Цай Чэнгуна в качестве держателя контрольного пакета акций? Если правительство не несет ответственности, то кто же ответит!
Чжэн Сипо сказал:
— Пойдем-ка для начала расскажем Чэнь Яньши, послушаем мнение почтенного Чэня!
Бухгалтер Ю сказал:
— А чего слушать, что скажет Чэнь Яньши? Опять-таки, он не у дел, что ни скажет – всё без толку.
Чжэн Сипо возразил:
— Но почтенный Чэнь близок с секретарем парткома провинции Ша. В тот день секретарь Ша лично приехал и сорвал печати одну за другой!
Бухгалтер Ю сказал:
— Поэтому нам тем паче нужно подавать петицию в правительство. Если не поднять шума, разве секретарь парткома провинции обратит внимание?!
Чжэн Сипо подумал: «И правда, если бы не тот пожар 16 сентября, то, пожалуй, что и он сам и все прочие с фабрики не получили бы даже пособия на переезд!» Он вновь заколебался: не сходить ли разок с массовой петицией? Бухгалтер Ю, почувствовав его колебания, продолжал напирать:
— Не падай так духом, а вдруг удастся отвоевать что-то? Неужто не стыдно получить права и выгоды, не беря на себя риск? Старина Чжэн, ты же председатель нашего профкома, а не штрейкбрехер!
Чжэн Сипо, понимая, что бухгалтер Ю его подначивает, инстинктивно сдал назад, сказав, что уже стал штрейкбрехером, так что всё равно. Но бухгалтер Ю был тертый калач:
— Ах, Лао Чжэн, Лао Чжэн, что же ты такой непонятливый? Ты подумаешь за правительство, а правительство подумает за тебя? Ты посмотри на этих коррупционеров, которых вырастило правительство: воруют сотнями миллионов, миллиардами! Слыхал? Этот Чжао и его сын умыкнули свыше десяти миллиардов, Гао Юйлян тоже украл несколько сотен миллионов, всё ушло за кордон! Почему мы не можем пойти потребовать назад наши кровные деньги?
Эти слова бухгалтера Ю оказались подобны факелу, который воспламенил хворост в душе Чжэн Сипо! А ведь точно, деньги правительства и позволение коррупционерам воровать – это не то, что компенсации потерявшим свои кровные деньги!
В итоге Чжэн Сипо бросил спорить, зажмурившись, набрался решимости и, сев на электромопед бухгалтера Ю, отправился вместе с ним. Обрадованный бухгалтер Ю начал нахваливать его, называя достойным вождем рабочих. Однако Чжэн Сипо испытывал угрызения совести – какой там вождь рабочих! Наоборот, он скорее похож на А Кью из повести Лу Синя «Подлинная история А Кью». Интересно, интересно! А Кью – бунтовщик? Революционная партия в белых касках и с белыми щитами приветствует его: «А Кью, идем вместе, идем вместе!» И в итоге пошли вместе. Он усмехнулся. Бухгалтер Ю, повернув голову, спросил:
— Лао Чжэн, чему смеешься?
Чжэн Сипо не стал разъяснять, сказав лишь:
— Смотри на дорогу! Если скажу – ты всё равно не поймешь..
Чжэн Сипо слез с электромопеда бухгалтера на углу трех переулков метров за двести до городского правительства. Бухгалтер Ю сказал, что он не может довезти его дальше: можно обнаружить себя. Председатель правления Чжэн дал указание: руководящие кадровые работники не должны возглавлять передовую линию пикетчиков. Чжэн Сипо сказал:
— Верно, верно, но ты быстрее возвращайся!
Но сам в душе думал: «Как только ты уберешься, я тоже смогу вернуться домой досыпáть».
Но бухгалтер Ю, похоже, предусмотрел такой ход – хоть и сказал, что не хочет обнаружиться, однако же не уехал, настаивая на том, чтобы он влился в группу пикетчиков. Чжэн Сипо ничего не оставалось делать, как только двигаться вперед.
В этот день в три переулка набились старики и старухи-пенсионеры с фабрики «Дафэн» во главе с командующим, его старшим подмастерьем и бывшим руководителем фабричной охраны Ван Вэньгэ. Чжэн Сипо хотел потихоньку за массой народа побыстрее свалить. Однако бухгалтер Ю немилосердно засветил его, этот пройдоха внезапно заорал у него за спиной:
— О, гляньте-ка все скорее, наш председатель профкома Чжэн тоже пришел!
Это всё испортило. Собравшиеся у перекрестка старики и старухи с криком «Председатель Чжэн!» все как один двинулись в один проход, попутно вытолкнув его в переднюю шеренгу пикета.
Ван Вэньгэ действовал расчетливо! Моментально передал Чжэну бумажный транспарант, чтобы тот его поднял; большие иероглифы на бумаге заставили волосы встать дыбом: «Народное правительство – для народа, верните рабочим фабрики „Дафэн“ потом и кровью заработанные деньги!» Чжэн Сипо посчитал, что это не дело, когда это правительство задолжало рабочим деньги? Абсурд! Он твердо решил не поднимать транспарант. Пришлось Ван Вэньгэ поднять самому, однако же бумажную косынку он надел ему на голову, чтобы люди могли сразу же видеть, кто руководит пикетом.
Чжэн Сипо знал, что руководитель пикета – ушедший на пенсию наладчик Чжан Тецзуй. Ван Вэньгэ, однако ж, сказал, что эпоха Чжан Тецзуя завершилась. После трех задержаний правительство больше не ищет его, а ищет лишь являющихся госслужащими сына и сноху Чжан Тецзуя, которые взяли на себя ответственность присматривать за стариком строже, чем полиция. Ван Вэньгэ, таким образом, принял смену, посмеиваясь над собой, что, мол, волны Янзцы накатывают друг на друга. Этот представитель новой волны был здоровенным детиной, подобным железной башне. Ожоги, полученные им ночью 16 сентября, делали лицо его весьма свирепым. Он сказал, что будет сопровождать и охранять Чжэн Сипо, однако он больше походил на похитителя, нежели на сопровождающего. Одной рукой подняв бессмысленный транспарант, другой рукой он тащил за предплечье Чжэн Сипо, причем так, что тому стало больно. Вот при каких обстоятельствах Чжэн Сипо оказался на перекрестке трех переулков.
В тот день перед дверьми городского правительства и правда царило оживление – там одновременно проходили целых три пикета. Самой мощной и представительной была группа рабочих сталелитейной корпорации «Цзинчжоу» – более тысячи человек. Не менее сотни пострадавших в пожаре представляли вторую группу рабочих. И еще один отряд состоял из акционеров фабрики «Дафэн». Полиция, похоже, давно получила информацию и со щитами в руках перекрыла площадь перед зданием городского правительства. Ван Вэньгэ имел богатый опыт пикетов. Волоча Чжэн Сипо, он попутно гудел:
— Наставник, не бойтесь, полиция не решится тронуть нас, стариков и старух, самое большее – оттеснят нас щитами назад..
Но в беспорядочном шуме и гаме Чжэн Сипо не слышал, что говорил Ван Вэньгэ.