Страница 165 из 202
— Лянпин, после того, как мы узнали о твоем отстранении, у твоего учителя Гао очень тяжко на душе, постоянно что ни ночь, то не спит, как тебя упомянешь – вздыхает тяжко, всё время болеет душой! Самое страшное, что он снова закурил после того, как бросил двадцать лет назад.
Гао Юйлян бросил на Хоу Лянпина быстрый взгляд и нервно прикурил сигарету. Учитель рассказал ученику о пережитых страданиях. Сказал, что, когда после заявления Цай Чэнгуна городская прокуратура выложила перед ним материалы, даже Цзи Чанмин признал серьезность приведенных фактов – ну и что ему оставалось делать? Еще он рассказал, что Сяо Ганъюй из городской прокуратуры очень прямолинейный человек, с таким же отвратительным нравом, как и у Хоу Лянпина! Чжун Сяоай тут же спросила:
— В чем же отвратительность нрава Лянпина? Из-за того, что характер Лянпина вам не по душе, вы и решили преподать ему урок?
Хоу Лянпин, не отставая, сказал, что сам тоже думал об этом, и ему пришло в голову, что вся эта история напоминает ситуацию, когда в годы учебы учитель волей-неволей вынужден приструнивать расшалившихся учеников.
— Дуэтом справились с учителем? – рассмеявшись, спросил Гао Юйлян.
Хоу Лянпин поспешно сказал:
— Нет, мы просим поучить нас!
Гао Юйлян ответил:
— Лянпин, чему сейчас можно научить тебя?
Чжун Сяоай продолжала разыгрывать роль бесхитростной и легкомысленной простушки:
— Как это невозможно научить? Учитель Гао, говорите прямо, как будто перед вами не Лянпин, а Ци Тунвэй!
Гао Юйлян снова сделал несколько затяжек, после долгой паузы вздохнул:
— Лянпин поднял шумиху по поводу Ци Тунвэя! Я не хотел, чтобы между ними возник конфликт, предостерегал Лянпина, что не надо преследовать Ци Тунвэя из-за дела о противозаконном вхождении в пай. С кем бы из учеников такое ни произошло, учитель должен будет его защищать, не так ли?
У Хуэйфэн вставила слово:
— Сяоай, ты не знаешь, так я скажу, что Лянпин с Тунвэем и Чэнь Хаем – это три его самых любимых ученика, для учителя Гао они как три сына, Лянпин всё никак этого не услышит!
Чжун Сяоай полушутя-полусерьезно покритиковала мужа:
— Посмотришь на тебя: IQ не низкий, а вот EQ не высокий!
Хоу Лянпина покачал головой:
— Я же всё делал для того, чтобы нашему учителю было хорошо! Если бы я не опасался, что учитель Гао будет втянут, стал бы я говорить о неприятностях Ци Тунвэя? Разве, став начальником Департамента по противодействию коррупции, я не мог бы прямо разобраться с ним, и всё?!
Гао Юйлян с кряхтением загасил в пепельнице наполовину выкуренную сигарету:
— Вот так прямо и разобрался бы? Пока что он разбирается с тобой, полюбуйся! Начальник департамента Хоу, тебе бы надо иметь память подлиннее!
Чжун Сяоай с выражением удивленной невиности на лице спросила:
— Учитель Гао, если я правильно поняла, Ци Тунвэй с цзинчжоуским Сяо Ганъюем и их людьми разобрались с Хоу Лянпином? У него, начальника Департамента общественной безопасности, есть такие обязанности?
Гао Юйлян замер, поняв, что проговорился, и поспешно добавил:
— Ай-я, вот ты какая, Сяоай, я-то просто так ляпнул!
Хоу Лянпин сказал жене:
— Сяоай, я, кажется, понял, наш учитель имел в виду воздаяние!
Гао Юйлян тут же присоединился к идее:
— А что, не воздаяние? В военном деле есть выражение – «Убив тысячу врагов, потеряешь восемьсот человек». Ты хочешь убивать врагов, так будь готов принести жертву!
Хоу Лянпин ответил как ни в чем не бывало:
— Учитель Гао, на самом деле я в душе к этому готов, готов к тому, что меня оклевещут!
Лицо Гао Юйляна вытянулось:
— Так зачем ты пришел ко мне? Учитель У, еда готова?
С кухни донесся голос У Хуэйфэн:
— Скоро, как раз делаю закуски!
Терпение Гао Юйляна лопнуло, и он стал торопить:
— За дело, не трать попусту драгоценное время, начальник департамента Хоу!
Хоу Лянпин горько усмехнулся:
— Учитель Гао, это вы меня гоните?
Чжун Сяоай примиряющим тоном скзала:
— Ну, что за глупости ты говоришь? Учитель Гао, вы поговорите, а я пойду помогу учителю У!
Когда Чжун Сяоай ушла, Хоу Лянпин достал из сумки три фотографии и разложил их на чайном столике:
— Учитель Гао, мне действительно есть о чем сообщить. Посмотрите, на вас тоже донесли. Это что, тоже воздаяние?
Гао Юйлян, увидав три фотографии, замер, затем быстро спросил, откуда они. Кто заявитель? Хоу Лянпин, ничем не выдавая себя, ответил:
— Этого я действительно не могу сказать, прошу учителя меня понять.
Гао Юйлян, подумав, согласился. Секретарь политико-юридического комитета, конечно, понимал положение о секретности. Но и дал понять, что он оценил жест Хоу Лянпина:
— В этой ситуации ты смог прийти ко мне с этими тремя фотографиями, я очень тронут.
Он похлопал Хоу Лянпина по колену и снова заговорил:
— Это говорит о том, что в душе у тебя всё еще есть я – твой учитель!
Хоу Лянпин сказал:
— Прошлые дела вовсе не растаяли, как дым, сегодня мне приснился урок права, когда учитель рассказывал о духе Хай Жуя, рассказывал о том, как Хай Жуй нес гроб на аудиенцию во дворец..
Гао Юйлян вернулся к прежней теме разговора:
— Лянпин, ты в должности начальника Департамента по противодействию коррупции более четырех месяцев. Всё это время ты держал в поле зрения корпорацию «Шаньшуй» и Гао Сяоцинь, и ты считаешь, что между твоим учителем и Гао Сяоцинь могут быть отношения такого рода?
Хоу Лянпин начал играть в жмурки:
— Отношения учителя с красивой женщиной – как можем мы, ученики, что-то об этом говорить? Учитель должен сам сказать!
Гао Юйлян, указывая на Хоу Лянпина улыбнулся:
— Ах ты детеныш обезьяны, твой EQ и правда невысок!
Сказав это, он сразу же возвысил голос:
— Эй, учитель У, скорей иди сюда! Глянь-ка, учитель Гао всё еще весьма привлекателен, постарел, поседел, но всё еще элегантен!
Договорив, он на удивление молодо и жизнерадостно рассмеялся, рассмеялся так, что Хоу Лянпин вздохнул.
У Хуэйфэн появилась в дверях, не без растерянности глядя на принесенные Хоу Лянпином три фотографии. Спросила, откуда они у Хоу Лянпина. Хоу Лянпин сказал У Хуэйфэн правду, что некто тихонько подсунул их под дверь в гостинице. У Хуэйфэн выглядела еще более встревоженной, чем Гао Юйлян:
— Это кто-то оклеветал твоего учителя Гао!
Хоу Лянпин повернулся к Гао Юйляну:
— Учитель Гао, я всё-таки надеюсь услышать ваши разъяснения!
— Я понимаю, дай подумать..