Страница 9 из 114
Глава 4
— Что это сейчас было? — Эд подозрительно смотрел на меня.
— Знаешь, а слухи не врут. В здании, действительно, обитает неупокоенный дух узника, считавшего себя несправедливо осужденным. Однако не дожив до суда, он умер в заключении и не помнит, как это произошло. Так что его дух оказался привязанным к этому месту и пытался заставить служащих обратить на него внимание.
— Он ушел? — Эд взял меня под руку и повел по коридору.
— Нет, он все ещё здесь, но пока что согласился убрать свое влияние в обмен на расследование его дела. Имя Кристоф де Шеро тебе о чем-нибудь говорит?
— Мы перешли на «ты»? — усмехнулся Эдвард, припоминая мне мою настойчивость в соблюдении субординации.
— Если предпочитаете оставаться на «вы»…
— Нет, давай на «ты» — перебил он меня.
— Так что насчет де Шеро?
— Впервые слышу. Когда это случилось?
— Окола ста лет назад.
— Восстание лордов. Тогда много аристократов казнили. Они подняли бунт против тогдашнего короля. Вывели людей. Им бы удалось свергнуть его, но в их рядах оказался предатель, который сообщил королю про их планы. Были массовые аресты. Восстание удалось подавить. Но многие аристократы лишились головы. Кого-то сослали. Кто-то бесследно исчез. Возможно, под горячую руку попали и невиновные.
— У тебя есть доступ к архивам? Может быть дело все же было раскрыто, просто ему никто не сообщил? Если он узнает все детали, то он сможет уйти. Поверь, ему тоже не в радость сидеть тут и наводить жуть на служащих.
— Я попробую узнать все, что касается этого дела, — кивнул Эдвард, — а обстановка и вправду изменилась. Даже дышать стало легче. Нам сюда, — он открыл дверь и завел меня в какой-то кабинет.
— Привет, Эд, — сидящий за столом молодой мужчина поднялся с места и протянул моему спутнику руку. Тот крепко пожал ее, — какими судьбами?
— Привет, Жак, у меня к тебе просьба. Вот этой барышне нужны документы, как приглашенному иномирному специалисту.
— Отлично. Тогда мне нужно заявление от приглашающей стороны, ее рекомендации и адрес проживания.
— Проблема в том, что она попала сюда не совсем по своей воле. Реми призвал ее. Он дал объявление в обход службы найма.
— Ну дает малец, это же статья. Если мисси заявит на него…
— О нет, нет, я не собираюсь делать ничего подобного. Мальчику, и правда, нужна помощь, я согласилась остаться, вот только теперь нужно как-то это оформить.
— Ну оформить не сложно, мисси. Как ваше имя?
— Кассиопея Потапова.
— Название вашего мира?
— Могу сказать только название нашей планеты, но не уверена, что оно о чем-то скажет.
— Давайте попробуем, — пожал плечами Жак, и лежащий перед ним стеклянный прямоугольник вспыхнул, словно экран планшета.
— Планета называется Земля, расположена в Солнечной системе галактика Млечный путь.
— Ваш мир техногенный? — уточнил Жак, что-то колдуя над своим планшетом.
— Да.
— Может быть вы помните какие-нибудь старинные названия из легенд или сказок?
— Гея, Мидгард, Бхур-лока, Явь, — перечисляла я все, что приходило в голову. Увлечения родителей мне все же пригодились.
— Вот, нашел. Ранее Мидгард, теперь Земля, удален из списка доступных к перемещению миров из-за отрицания современным населением магии и ее проявлений, — он пристально посмотрел на меня, — портал не должен был подействовать на вас. У большинства жителей вашего мира абсолютный иммунитет к такого рода вещам — их тотальное неверие в магию и волшебство.
— Но я верю, — я растерянно посмотрела на него, — мне бабушка с детства сказки рассказывала. А когда я маленькая была, мы с ней в гости к лешему и жене его, кикиморе, ходили, и пение русалок ночью слушали. А ещё она меня научила, как с домовым подружиться.
— Да, с духом-хранителем у нее отлично получается обращаться, — с улыбкой заметил Эд, — собственно для этого Реми ее призвал. Видимо, в его расчеты закралась ошибка, и портал, открывшись в тот мир, притянул Касю.
— А вот с этого места поподробнее, — Жак внимательно посмотрел на меня, — как это было?
— Я искала работу, в интернете, на сайте вакансий и увидела объявление. Оно меня заинтересовало, и я кликнула по нему, чтобы узнать адрес или контакт работодателя, а потом голова закружилась, и очнулась я уже здесь.
— С точки зрения закона ваш выбор был осознанный, — Жак, видимо, просто пропустил мимо ушей все незнакомые ему слова, потому что ничего уточнять не стал, а сосредоточился на сути, — ведь никто не принуждал вас ответить на это объявление?
— Нет, я сама.
— Тогда, — он хитро подмигнул, — мы можем оформить вам рабочую визу на основании пройденного у работодателя собеседования, — он посмотрел на Эда.
— Да, демонстрация навыков мисси меня вполне убедила, что она справиться с поставленной задачей, — кивнул Эд.
— Заполните, пожалуйста, эту форму, — Жак протянул мне бланк и ручку, — а мистер Дебур напишет заявление, пока я подготовлю бумаги. Кстати, сегодня все здесь ощущается по-другому, ты заметил, Эд?
— Заметил. Кася пообщалась с вашим призраком и уговорила его пока не кошмарить вас, — усмехнулся Эдвард, отдав Жаку заявление. Я как раз заполнила форму и тоже передала ему.
— Так, я думаю, вам подойдёт стандартный договор. Ознакомьтесь, мисси. Если появятся вопросы — задавайте, — он протянул мне несколько листов.
Читать у меня не получалось. Буквы прыгали, строчки сливались, а мысли все время уходили куда-то в сторону. Наконец, мне надоело с этим бороться, я со вздохом отложила бумаги и покосилась на служащего. Он пристально смотрел на меня.
— У вас есть вопросы?
— Только один, почему я не могу это прочесть? — я, прищурившись, взглянула на него.
— Потому что я проверял вас на восприимчивость к воздействию. Страницы пустые, — улыбнулся он. Я бросила взгляд на стол, там действительно лежали белые чистые листы.
— Воздействие вы чувствуете и успешно сопротивляетесь ему, А коли так, то следует провести расширенную проверку на магию и определить ваш дар и его уровень, — Жак поднялся и достал из шкафа какую-то коробку.
— Прошу, — он протянул мне ее, внутри лежал кристалл, — возьмите его в руки.
— А это безопасно? — я с сомнением посмотрела на Эда. Жак, наверное, шутит! Где я, и где магия!
— Да, вполне, — совершенно серьёзно ответил Эдвард, — смотри, — он взял кристалл, и тот окрасился в темно-красный цвет.
— И что это значит?