Страница 75 из 114
Глава 28
Всю следующую неделю мы вкалывали, не покладая рук. Предупреждение Джесса оказалось своевременным, потому что за следующие пять дней нас действительно посетила чуть ли не половина всех жителей северного района.
Мне теперь приходилось разрываться на два зала, зато я научилась мастерски отличать мелкого лавочника от богатого коммерсанта, офисного клерка от банкира, а буржуа средней руки от высокородного аристократа. И дело тут было не в одежде. В этом плане здесь все очень напоминало мой родной мир и было весьма демократично. Одежда среднего и высшего класса мало чем разнилась, ну если только вы не умеете на глаз отличать настоящий эрейский шелк от его местных аналогов. По мне, так никакой разницы!
А поэтому пришлось включить наблюдательность и обращать внимание на такие вещи, как осанка, походка, манера держаться и говорить, и даже тон голоса.
Но в первый день мне очень сильно помог Джесс. Он явился еще до открытия, оценил созданный Реми зал, просмотрел дополнительное меню и уселся за стойкой под предлогом выпить чашечку кофе.
Так он и просидел там целый день, подсказывая мне имена высоких гостей и объясняя, по каким признакам можно отличить представителей одного класса от другого.
— Спасибо, Джесс. Я бы не справилась без тебя, — смущенно посмотрела на него. Было около восьми вечера, и я, проводив последнего посетителя и с облегчением выдохнув, заперла дверь.
— Не стоит, — кивнул он мне и уставился на пятую или шестую кружку кофе за день.
— Джесс, — я подошла к нему и несмело коснулась его руки. Он вздрогнул и повернулся ко мне, — я должна…
— Давай так, — он взял мои руки в свои ладони, — то, что произошло позавчера… считай это легким умопомрачением, у нас обоих. Это ничего не значит. И я не в обиде на тебя. Я согласен просто на дружбу. Надеюсь, в этом ты мне не откажешь?
Я отрицательно покачала головой.
— А что до всего остального, — продолжил Джесс, — давай, не будем торопить события. Я вижу, что тебя гложут сомнения, не спорь, — он не дал мне ничего возразить, — ты сама еще не до конца разобралась в себе, — он замолчал, собираясь с мыслями, — так вот, я приму любой вариант и любой исход. Но сама понимаешь, верность, пока, хранить не обещаю.
Я улыбнулась и взглянула на него:
— Да я и не претендую, Джесс.
Он усмехнулся и осторожно коснулся губами тыльной стороны моей ладони, обозначая поцелуй. По телу словно прошел электрический разряд, а по рукам поползли мурашки, вызванные его прикосновением.
— Хочу, чтоб ты знала, ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Всегда, — он отпустил меня. А я стояла, потупившись, и не знала что сказать.
— Улыбнись, Кася, и посмотри на меня.
Я попыталась улыбнуться и подняла взгляд. В лукавых глазах Джесса светилась теплая улыбка и понимание. В тот же момент стало как-то легко и радостно, как будто гора упала с плеч, и я смогла улыбнуться по-настоящему, искренне.
— Так намного лучше, — кивнул он, — а теперь, если на кухне осталось хоть что-то, то я не прочь поужинать. Кофе — это, конечно, хорошо, но я чертовски голоден.
— Конечно осталось, Джастин, — Реми выглянул за стойку, — Хельми, накрывай.
Оставшийся вечер мы провели вчетвером. Клэр, которая пришла часов в пять, и все это время просидела на кухне с Реми, развлекая его разговорами, теперь покинула свой пост, и они вместе присоединились к нам. А затем проводив Джастина и Клэр, Реми сделал записи в учетной тетради под моим присмотром, и мы отправились на боковую.
Дальше все уже шло по накатанной. С утра и до вечера. Посетители, улыбки, вежливые разговоры, прощания. Не обошлось и без неприятных сюрпризов, таких, как неожиданное появление Флорисы в компании маменьки и папеньки. Чего именно она хотела добиться этим визитом, я так и не поняла. Однако, если это была попытка диверсии, направленная на нашу репутацию, то она не удалась.
Увидев в дверях эту семейку, я с самым любезным видом проводила их в зал для особых гостей и уделила им максимум своего внимания, благо, это было утро, и народу было немного. Мои старания, а главное восхитительная готовка Реми и молниеносное обслуживание Хельми сделали свое дело, и симпатии старших Бенуа тут же оказались на нашей стороне.
А после того, как Реми великодушно поделился с мистрис Бенуа каким-то «секретным» рецептом домашней выпечки, Элеонора и вовсе пришла в бурный восторг и тут же зарезервировала один из столиков для еженедельного собрания их местного женского клуба на каждый четвертый день недели вплоть до Нового Года. Так что пока дела шли в гору.
Проблемы начались к третьему рабочему дню (это был пятый день недели, и впереди нас ждали жаркие выходные). Я с тревогой пересчитывала запасы, уже понимая, что нам не хватит определённых ингредиентов. Пришлось экстренно подстраивать общее меню под имеющиеся в наличие продукты. Провернуть подобное с дополнительным меню мы не могли. С трудом дотянув до вечера последнего рабочего дня (седьмой день недели), после которого в наших кладовых было шаром покати, мы на общем совете решили, что надо наведаться к Эркхарду, чтобы скорректировать ассортимент и количество продуктов, тем более что завтра был день закупки, и к вечеру Хельми снова наполнит кладовые припасами.
Джесс вызвался выступить в роли провожатого. По его собственным словам, он не мог отпустить детей (меня и Реми) в эту клоаку одних. Узнать, где живет Хольц ему не удалось, так что нам предстояло совершить увлекательное, в кавычках, путешествие в рабочие кварталы городка.
Вот тут мне и открылась оборотная сторона Осельмира. Этот курортный городок, внешне словно сошедший со старой открытки, с чистыми улочками, уютными двориками и аккуратными домиками, окруженный прекрасными виллами и золотыми пляжами, имел гнилое нутро ввиде рабочих кварталов.
Я, конечно, в своем родном мире видала всякое, благо интернет позволял посмотреть мир и без путешествий. Но такую нищету у нас можно встретить разве что в бразильских фавелах или в самых убогих индийских трущобах.
Невысокие двух и трехэтажные домики еще эльфийской постройки, соседствовали с четырех, а то и пятиэтажными бараками, сложенными из грубоотесанного серого камня, который добывали в местной каменоломне. Все это, образуя запутанный лабиринт грязных закоулков и темных подворотен, ютилось на небольшом клочке земли, примыкавшем к главной улице, ведущей к порту.