Страница 32 из 114
— Это клятва, — тихо сказал Реми, — клятва, которую брат принес, поступая на службу. Она сдерживает его, — парнишка сжал кулаки, — он не может противостоять ей, пока срок его контракта не истечёт. Я, правда, обрадовался, когда он вернулся. Он очень поддержал меня в тот момент. Всячески старался внушить мне уверенность, что у меня все получится. И вот теперь, когда все начало налаживаться, он должен уйти. И все из-за этой клятвы.
— Не только, Реми. Эд очень ответственный. Ему и вправду важно разобраться в том деле. И делает он это не ради себя, — я продолжала держать его за плечо, — он волнуется и беспокоится о тебе, я чувствую, и немного обо мне. И готов пожертвовать всем ради нашего благополучия. Но еще у него есть долг, который нужно исполнить. Не сердись на него. Он этого не заслуживает.
— Я понимаю, — вздохнул Реми, — просто хотелось, чтобы он стал свидетелем того, как эта таверна снова примет посетителей. Чтобы не переживал за меня. Чтобы был уверен…
— Он верит в тебя, верит всем сердцем. И самое лучшее, что мы сейчас можем для него сделать, это показать ему, что мы справимся, — я взглянула на него, — что он может не волноваться за нас. Так что соберись, ты тоже должен поддержать брата, как он поддерживал тебя, когда тебе было плохо. Порадуйся, что у него теперь все хорошо.
— Да, ты права, — в голосе Реми появилось воодушевление, — Эд заслужил это. И я очень постараюсь, я обещаю, он будет мною гордиться.
— Он уже гордиться тобой. Я чувствую это, — я улыбнулась и убрала руку. Реми поднялся:
— Пойду, соберу ему поесть, с собой, а то нам двоим все равно будет много. Жаль будет, если испортится.
— Конечно, — кивнула я, — поторопись.
Реми убежал в кухню, а я подошла к окну. Теперь мы останемся с ним вдвоем. И несмотря на то, что я сейчас убеждала Реми не боятся и верить в свои силы, сама я очень боялась. Боялась не справиться, все же это не мой мир, я о нем ничего не знаю. Абсолютно ничего. Ни законов, ни моральных принципов, ни устоев и традиций. Я здесь вроде как владею магией, но совершенно не понимаю, как это работает, на что я способна, а чего не могу. И помимо всего этого на мне теперь лежит ответственность за благополучие Реми и его дела.
Он, правда, молодец. Не сдаётся, не опускает руки. Ну психанул маленько, расстроился, что Эд уезжает. Я тоже расстроилась. Пока этот мужчина был рядом, я чувствовала, что могу справиться с любой проблемой, потому что он стоял за спиной. И я ощущала эту поддержку.
Странно так говорить про абсолютно незнакомого человека, но именно это я сейчас и чувствовала. Мои эмоции в этом мире стали понятнее, но острее, а вот реакции — непредсказуемее. Честно, даже сама не смогу поручиться, куда меня понесет в следующий момент. И теперь случись чего, спасать меня будет некому. Наоборот, это ко мне будут обращаться за помощью и поддержкой.
Значит первое, с чем я должна разобраться, это со своими реакциями. Я не должна допускать импульсивных поступков, потому что не знаю, к чему меня это может привести. И второе, мне срочно нужна информация об этом мире, его устройстве, обществе, экономике, географии. Короче, мне нужна библиотека или тот, кто, сможет мне все это рассказать, хотя бы в общих чертах. Чтобы я не допускала глупых ошибок, и Эду не пришлось краснеть за меня.
Самое плохое, что мне и обратиться по большому счету не к кому, кроме Реми. Я здесь больше никого не знаю. Ну может быть еще Жак и Вилла, которых я и видела-то всего один раз. Но в крайнем случае придется использовать и эти возможности.
На лестнице послышались шаги. Я обернулась. Эдвард, в военном мундире, начищенных сапогах, с небольшим саквояжем спускался вниз. Из кухни выбежал Реми, держа в руках узелок.
— Вот, это тебе, на сегодня. Ты ведь, как всегда, засидишься допоздна и забудешь заказать еду, — он прятал глаза.
— Спасибо, Рем, — Эдвард убрал его припасы в сумку, потрепал по голове, а затем прижал к себе. Паренек тихо всхлипнул. Эд хлопнул его по плечу:
— Теперь ты за старшего. И проследи за Касей, — он взглянул на меня и подмигнул, а я понимающе кивнула, мол, я все поняла. Реми еще раз тихо всхлипнул, быстро вытер глаза, стараясь скрыть свои чувства, и улыбнулся:
— Хорошо, Эд, я присмотрю за ней.
Затем мужчина подошел ко мне.
— Это твои документы, — он протянул мне конверт с бумагами, — пусть остаются у тебя. Носить их с собой не надо, но в случае чего они подтвердят твое право на пребывание в нашем мире. И еще, — он поставил саквояж на пол и достал из кармана кольцо с крупным камнем.
— Я понимаю, что прошло всего два дня, и ты даже не успела освоиться. И тут все для тебя ново и непонятно. В твоей комнате я оставил тебе список книг, которые помогут с этим. Все они есть в нашей домашней библиотеке. Это дверь напротив моей комнаты. Реми покажет. Там есть пара учебников по теории магии мира и по базовым техникам освоения начального уровня дара, — он взял мою руку и надел мне кольцо на палец, — запомни, пока камень имеет цвет — в нем есть заряд, как только станет прозрачным, заряд пропал, и его надо зарядить. Он будет защищать тебя от ментального воздействия. Ни один псионик, даже самый сильный, не залезет в твою голову, пока на тебе это кольцо. Я постараюсь вернуться как можно скорее. Но ничего обещать не могу.
— Я понимаю, спасибо, Эд. Мы будем ждать тебя, Реми… и я, — добавила едва слышно. Сейчас у меня самой было такое состояние, что я готова разрыдаться. Как будто почва уходит из-под ног, и ты начинаешь тонуть.
В каком-то странном порыве, видимо почувствовав мои метания, Эдвард наклонился ко мне, и быстро коснулся губами моей щеки, затем пожал руку подошедшему брату, еще раз попрощался с нами, подхватил саквояж и… Прямо перед ним появилось сверкающее серебристое марево. Он шагнул в него и исчез, а марево развеялось.
Я ошалело смотрела на то место, где только что был портал. Моих познаний, почерпнутых в фэнтезийных книгах было достаточно, чтобы определить, что это именно он. Реми рассмеялся, глядя на моё вытянувшееся лицо.
— Не вижу ничего смешного, — строго сказала ему, — не забывай, что в моем мире такого нет.
— Я помню, Кася. Извини. Просто ты очень забавно выглядишь, — он постарался взять себя в руки, но его улыбка все равно расползлась до ушей, которые, как я только что заметила, были слегка заострены. Тут я обалдела окончательно и уставилась на него. Реми, сообразив, в чем дело, тряхнул длинными рыжими кудрями, пряча свою особенность.