Кофейня «Маленький дракон»

Он чуть было не остался, когда Сафира попросила об этом, глядя на него большими карими глазами, но нужно проявить твердость. Гонки опасны потому, что драконы входят в раж и становятся кровожадными. Обычно они заканчивались тем, что либо всадники, либо драконы, либо и те и другие получали травмы, если не погибали. Потому они запрещены законом, но, само собой, дракканские семьи умели защитить свои интересы.

Эйден вдруг осознал, что дошел до дома и оказался перед своей дверью. Порой он так погружался в мысли, что забывал обо всем вокруг. Обычно он с удовольствием прогуливался по извилистой дороге, ведшей к дому, любовался свежей листвой на деревьях и готовыми распуститься бутонами. Но сегодня он так задумался, что ничего не заметил.

Достав ключи, он вошел в дом и вдохнул запах мяты. У него повсюду были расставлены кустики мяты, мятный чай хорошо его успокаивал. Эйден не особо любил кофе, потому и удивился тем утром, что ему очень понравился напиток, который приготовила Сафира. (Он даже призадумался, что ему так приглянулось – кофе или она сама.)

Эйден положил ключи на столик у входа и включил свет, открывая взору свое комфортное жилище. Он любил чистоту и порядок, а потому в доме была только необходимая мебель и несколько растений в горшках.

Он заметил небольшой беспорядок на обеденном столе, оставленный этим утром Искоркой, который был недоволен тем, что ушел из кафе Сафиры и отправился домой с Эйденом. Искорка разбросал всю почту, и теперь Эйден собирал конверты и складывал их аккуратной стопкой на столе.

Он со вздохом огляделся. В доме стояла тишина, и оттого возникало жуткое ощущение. С тех пор, как Искорка вылупился из яйца, у Эйдена не было ни минуты покоя. Он решил насладиться моментом, пошел на кухню и достал продукты, чтобы приготовить себе ужин.

Эйден спокойно запекал курицу с рисом – блюдо, которое не готовил уже давно. Притом что Искорка постоянно носился из угла в угол, Эйден смирился, что приходится готовить на скорую руку, а есть еще быстрее, пока драконенок не учинил еще больший погром.

Закончив, Эйден сел за стол и приступил к еде. А между делом оглядел свой маленький дом, испытывая странное чувство. Он ожидал насладиться вечером, но вместо этого почувствовал… одиночество.

А когда его настигало одиночество, вспыхивала тоска по брату. Словно зубная боль, которую можно не замечать весь день, пока занимаешься делами, общаешься и смеешься, но когда ложишься спать в тишине, она усиливается многократно.

Всегда, когда Эйден тосковал по Дэнни, он испытывал вину за каждый раз, когда раздражался на брата или был нетерпелив. Дэнни был не в меру активным – чем немного напоминал Искорку, – и порой (ну ладно, большую часть времени) Эйдену хотелось тишины и покоя. Он не желал развлекаться с Дэнни, отправляться в какое-то большое путешествие – он хотел просто остаться дома.

И теперь, когда Дэнни не стало, Эйден вспоминал, сколько раз мог попросту согласиться. Взять себя в руки и провести время со своим братом. Со своим лучшим другом.

Может, ему и правда следует быть рядом, пока Сафира занимается с Искоркой.

Обычно Эйден не любил находиться среди людей, особенно малознакомых, но в Сафире было что-то необъяснимое. То, как она смотрела на него, словно с любопытством. Он подумал, что она могла бы в самом деле понять его, если он ей позволит.

Ему не обязательно создавать связь с Искоркой… Он все равно будет в безопасности. Эйден мог просто наблюдать! Все равно дрессировщица интересовала его больше, чем дракон.

Звонок в дверь прервал его размышления. Сердце болезненно екнуло, и он схватился за грудь. Неужели это она? Прямиком из его мыслей?

Эйден встал и подошел к двери, чувствуя, как колотится сердце. Но когда открыл, то увидел совсем другого человека.

Свою двоюродную сестру Эммелин.

– Ох. – Он сник. – Что ты здесь делаешь?

– Приветик! – Она поцеловала его в щеку, будто не замечая его дурное настроение.

Сестра вошла в облаке духов, стуча каблуками по полу. Эйден закрыл за ней дверь, пока она снимала пальто, под которым оказалось дорогое на вид шелковое платье.

Эммелин подвела глаза кайалом и накрасила губы кроваво-красной помадой. Можно было подумать, что она вернулась с роскошной вечеринки, но Эйден хорошо знал сестру и понимал, что это ее привычный образ.

Она повесила пальто и повернулась к нему с ослепительной улыбкой.

– Я тоже рада тебя видеть! У меня все хорошо, спасибо, что спросил. Да, конечно, я останусь на ужин, очень любезно с твоей стороны! Что ты приготовил?

Эммелин прошла к столу и села на место Эйдена. Откинула длинные черные волосы назад и принялась есть с его тарелки, которая так и осталась почти нетронутой. Эйден так погрузился в мысли, что ничего толком не съел.

Взяв вторую тарелку, Эйден положил себе еще одну порцию и сел за стол рядом с сестрой. Характеры друг друга их не раздражали.

К тому же у Эйдена не было друзей – поскольку у них с Дэнни был только год разницы, Эйден в них и не нуждался, ведь у него всегда был брат. Но Эмми – единственная из его двоюродных сестер, с кем он был близок.

– О-о, как вкусно, – сказала Эммелин, а затем огляделась. – А где Искра? Спит?

– Нет.

– Ла-а-адно. – Эмми замолчала, размахивая вилкой. – Где он? Что происходит? Ты никому не отвечаешь на звонки, поэтому меня отправили проведать тебя, раз уж я твоя любимая двоюродная сестра и все такое.

– Только Оливеру не говори, – попросил Эйден, имея в виду одного из их двоюродных братьев.

Эммелин закатила глаза и наколола кусочек курицы на вилку.

– Олли знает свое место. А если нет, я непременно ему напомню.

Ее слова вызвали у Эйдена легкую улыбку. Будучи на год младше Эйдена, Эммелин была невероятно решительной и властной.

– Вернемся к важному вопросу: где Искорка?

– Вообще-то с дрессировщиком, – ответил Эйден. – У него первый день.

Эммелин просияла от любопытства.

– С дрессировщиком? Интересный поворот.

– Ага.

Она снова закатила глаза.

– Односложные ответы не пройдут. Мне нужны подробности.

И Эйден рассказал ей о вчерашнем вечере. О том, как хорошо Сафира ладила с Искоркой, как явно нуждалась в деньгах и как ему столь же явно не помешала бы помощь. Просьба обучить Искорку казалась самым простым решением всех проблем.

Эйден не видел ничего странного в этой договоренности, но Эммелин отреагировала с таким энтузиазмом, что он забеспокоился. Она едва не хохотала.