Страница 29 из 86
Дан сдержался и не стал грубить. Видел, как тяжело знающему впускать отношение Джоя к себе. Сам Дан только и делал, что купался в этой любви, и делал он это задолго до того, как друг принял его на свой путь. Джой и о пути-то ещё не знал, а уже дарил ему ощущение тепла и защищённости. И терять это ощущение, Дан не был готов. Ему казалось, что Джой старается раздать всем то, чего самому ему всю жизнь жутко не хватало, а потому старался беречь и сохранять внутри себя, чтобы приумножать и согревать его в ответ.
— Наша семья, Эдуард Савельевич, нуждается в каждом. Не только в вас или Джое. В каждом. Но только без него… — уселся рядом с ним на ступеньку — Без Джоя семья будет совсем пустой. Я даже хотел отговорить его копаться в потусторонних делах, — признался в том, о чём думал последнее время — работать, как обычно. Но его будет тяготить, поэтому не стал.
— Если ты считаешь, что мне под силу его отговорить, я попытаюсь. — поднялся и двинулся вверх — Но…
— Да не сомневайся ты в себе! — Эдуард, даже вздрогнул — У тебя столько силы и опыта, что аж тошно, а как дело касается Джоя, ты ведёшь себя вот так. — обогнал его и заспешил на четвёртый этаж.
— Чего хотят твои родители? — неожиданно Эдуард устал от этого разговора, но делал над собой усилие, потому что действительно вёл себя «вот так».
— Признания. Извинений. Не знаю. Мне всё равно. — вздохнул и снова остановился, на этот раз уже перед входом на этаж — Знаю, что маме пришлось очень тяжело. Но я почти ничего не помню, а именно этого она и хотела, чтобы я был счастлив. Возможная месть, кажется мне ненужной и глупой. Разве не лучше просто осознавать, что ты не просто не сломался, а стал только сильнее. Разве это не лучшая месть? Даже, если никто кроме тебя об этом не догадывается.
— Дан. — Эдуард подумал, что для такого вопроса и признания, просто не будет лучшего шанса — Джой говорил, что я люблю всю вашу группу. — перетерпел насмешливый взгляд — Это так. Знаю, что моя помощь больше приносит неприятных ощущений, чем…
— Ты действительно не понимаешь? — Дан улыбнулся широкой и открытой улыбкой — Мы всегда ценили твою помощь. Лекс за тебя больше чем за себя переживает. Бек тебя уважает, а для Ви ты хороший друг. Мы тоже относимся к тебе с любовью, как к родному человеку. Ты только не путай. — Эдуарду казалось, что шире улыбаться уже невозможно — Если бы ты относился к Джою так же, как к нам, Бек никогда бы не толкнул тебя на его путь.
Посчитав разговор завершённым, Дан наконец открыл дверь на этаж. Это самое худшее отделение в больнице, в которое он мог бы попасть. Люди на грани, не желающие бороться, а ищущие только освобождения. Их пути путались, но стремились к нему, только Дан не мог им помочь, не мог отпустить, а потому ощущал только боль и чувство вины. Эдуард не до конца понимал парня, но то, что ему гораздо тяжелее находиться здесь, прекрасно осознавал.
Быстро прошли по коридору, никем не замеченные и не остановленные. Девушка за стойкой у дверей только лениво отметила, что нужно прикрыть окно, когда створки качнулись, закрываясь за невидимыми ей посетителями. Саша была бледной и какой-то высохшей. Как и все здесь одежды она не имела, лишь белая простыня накрывала её худое тело. На штативе болталась перевёрнутая бутылка. Она уже почти опустела, но врачи не спешили избавлять девушку от капельницы. Эдуард привычно ощутил свою «недоделанность», как назвал это дедушка Джоя, не сумев с ходу разглядеть её путь. Дан поминутно морщился и прятал свои руки за спиной. Мужчина не просто так взял его с собой. Ему на самом деле нужна была помощь, чтобы не тратить огромное количество времени, которого у Саши может и не случиться.
— Ты видишь?
— Да нет у неё пути. — парень присматривался, менял зрение, был готов перехватить девушку, но именно она, в отличие от других больных, к нему вообще не тянулась. Дану даже казалось, что это скорее клиент Вилена, чем его.
— Должен быть. — упрямо проговорил Эдуард — Ищи.
— Эдик, я вижу множество путей, но она…
— Данчик, — взял манеру Джоя Эдуард — ты просто не стараешься.
Дан обалдел от такой наглости, но стараться стал в два раза больше. И только спустя двадцать минут, наконец смог нащупать тоненькие нити. Он никогда не видел, чтобы пути словно сеткой оплетали всё тело человека. Даже не так. Они словно вены струились под кожей, создавая ещё один, похожий на мышечный, каркас.
— Они внутри. — обалдело ткнул пальцем на девушку и чуть потянул за простынь, чтобы убедиться в своих выводах — Эдик…
Эдуард положил свои руки на исхудавшее тело. Усмехнулся недовольству Дана, но от своих действий не отказался. Теперь, когда парень указал ему, он знал, как вызвать её к разговору. До появления Джоя, Эдуард мало пользовался своим Светом. Он считал его неотъемлемой частью энергии, и был уверен, что она причиняет всем боль, да и вообще способна убить. Но Джой видел это отдельно, а энергию вообще олицетворил и назвал осьминогом, так что сомневаться ему больше не хотелось. Свет прошёлся по сетке, выталкивая её из тела, но не отрывая от жизненной энергии. Дан заворожённо наблюдал за этим понимая, что знающий не убивает человека, только наполняет, будто даже дает ещё один шанс. Это показалось ему слишком трогательным, и он поспешно отвернулся. Сам не понял отчего эти эмоции, но был уверен, что Джой бы одобрил.
Нити окрепли, а над телом появился золотистый образ девушки. Эдуард не смог бы заговорить с ней. Просто не услышал бы ответов, поэтому Дан с готовностью приступил к опросу.