Смотри на меня (Первая часть)

Сейчас кажется, что это было в прошлой жизни. Друзья, праздники, вечеринки. Мое хорошее настроение постепенно угасает. Кажется, у Артура тоже. Он убирает в бумажный пакет пустой контейнер от оливье. Достает с пельменями и задумчиво смотрит на него, словно пропал аппетит. Мне вдруг тоже кусок больше в горло не лезет.

— Они будут нас искать, — говорю. Скорее самой себе, чем Артуру. — Кира и Рома будут нас искать. Юля будет нас искать. Уже ищут. Я уверена. Они уже ищут нас.

— Вот только не найдут.

— Ты решил поменяться со мной местами и стать пессимистом? — спрашиваю, шутя. На самом деле мне не до шуток, но я хочу немного развеселить Артура.

— Я реалист. Нам надо самим отсюда выбираться. Я пока не представляю, как. Но я обязательно придумаю. — Артур пристально на меня смотрит и слегка улыбается. Лукаво так. — А когда мы отсюда сбежим, ты пойдешь со мной на свидание в ресторан средиземноморской кухни.

Я снова смеюсь, хотя внутри сердце кровью обливается.

— Пообещай мне.

— Артур, я так далеко не загадываю. Пока у нас с тобой свидания в подвале. Круглосуточные.

— Нет, пообещай мне.

— Артур!

— Я от тебя не отстану, пока ты не пообещаешь, что пойдешь со мной на свидание.

Я молчу. Засовываю в рот один пельмень.

— Влада, пообещай.

Жую.

— Влада!

Продолжаю молча жевать.

— Ну тогда у меня нет мотивации выбираться отсюда, — заключает с наигранным вздохом. — Здесь хотя бы есть свидания с тобой. Круглосуточные.

Вскидываю на Градова взгляд. Быстро глотаю недожеванный пельмень.

— Эй, мы должны отсюда сбежать!

— Пообещай, что тогда пойдешь со мной на свидание.

— Обещаю!

Артур с подозрением прищуривается.

— Точно?

Поднимаю вверх ладонь, как в американских фильмах.

— Артур Градов, я клянусь пойти с тобой на свидание в ресторан средиземноморской кухни, если мы выберемся отсюда живыми и невредимыми.

Артур расплывается в счастливой улыбке.

— Вот теперь у меня точно есть мотивация прикончить всех Клоунов и вытащить нас отсюда.

По позвоночнику пробегает неприятный холодок. Мы много говорим о том, что обязательно отсюда выберемся. Но никогда не обсуждаем, что нам придется для этого сделать.