Страница 13 из 83
Глава 8. Беги
Из машин выходят еще двое. Их четверо. Они переглядываются между собой и надвигаются на нас. Видно, что встревожены. Лишние свидетели не входили в их планы?
Артур выпускает меня из рук и оттаскивает назад себе за спину. Я на всякий случай снимаю вторую туфлю. Интуиция подсказывает, что мне придется долго и быстро бежать. Ледяной асфальт сразу пронизывает ступни холодом. На мне только тонкие капроновые колготки.
— Тааак, — тянет один из них. — И кто вы такие?
Страх не дает вдохнуть. Я выглядываю из-за спины Градова и смотрю на этих четверых. Типичные бандиты, как в фильмах. Спортивные штаны с полосками по бокам, кожаные куртки, на лице небритость, на головах темные шапки, а в глазах полное отсутствие страха и тормозов. Они делают к нам медленные шаги. Ужас моментально скручивает меня
— Мы шли мимо, — отвечает Артур. — И сейчас пойдем дальше, куда планировали.
Градов говорит спокойно и вкрадчиво, как будто совсем не боится. В то время, как у меня поджилки трясутся.
— Боюсь, мы вас уже не сможем отпустить, — хмыкает один.
Секунда. Две. Три.
— ВЛАДА, БЕГИ!
Крик Артура рассекает воздух в тот момент, когда все четверо бросаются на нас. Артур подается вперед на них. Сам идет к ним в руки! В то время, как я стою парализованная на месте.
— ВЛАДА, БЕГИ! — повторяет он.
У меня внутри словно что-то щелкает. Тумблер какой-то. Инстинкт самосохранения называется. Я срываюсь с точки и бегу за поворот, из которого вышла пару минут назад. Асфальт на тротуаре неровный, мелкие камешки врезаются в ступни, но я не чувствую боли. Вообще ничего не чувствую, кроме животного страха. Я не знаю, что происходит с Артуром. Он остался там, с ними. Слышу только его сдавленные крики и мат отморозков.
«Я оставила Артура там одного, а если они его убьют?».
Эта мысль заставляет меня резко остановиться. Сколько я пробежала? Метров сто. Оборачиваюсь назад. Из-за поворота выбегает один из бандитов. Бежит ровно на меня. Значит, у Артура не получилось задержать их всех, хотя я продолжаю слышать мат и стоны боли.
Мысли хаотично жужжат в голове. Он приближается.
— ПОМОГИТЕ! — кричу. — КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ!
Прежде, чем на меня набрасывается отморозок, я успеваю заметить, как загорается свет в окне в невысоком жилом доме. Я не знаю, выглядывает ли из него кто-то, потому что бандит моментально скручивает меня. Я вырываюсь, но силы неравны. Он зажал мне рукой рот, поэтому мои крики тонут в его грубой грязной ладони. Он волочит меня по асфальту, раздирая мои ноги в кровь. Туда, где остался Артур. Где стоят две неприметные черные машины, в багажнике одной из которых лежит без сознания женщина.
Я словно попала в кошмар наяву. Адреналин шарашит по венам, бьет по голове. Он дает мне силы сопротивляться, хоть это и бессмысленно, потому что отморозок в три раза крепче и сильнее меня. Я бью его куда получается. Я борюсь. До последнего борюсь за свою жизнь.
Он выносит меня за поворот. Там остальные трое и бездыханное тело Артура с маленькой лужицей крови возле головы. Увидев Градова, я начинаю кричать еще сильнее, несмотря на то, что мои крики заглушает чужая грубая ладонь. Вырываюсь еще отчаяннее. Я срываю голосовые связки, ломаю ногти, вонзая их в руки похитителя. Они убили Артура.
ОНИ УБИЛИ АРТУРА!!!!!
Эта мысль пульсирует в висках. Она стягивает горло колючей проволокой. Она вонзается мне в сердце острым клинком.
— НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Кричу я, когда ко мне подходит преступник и прикладывает к моему носу ту же тряпку, что и женщине, которая лежит в багажнике. В нос бьет резкий ранее незнакомый запах. Я не знаю, что это, но понимаю одно: нельзя это вдыхать, нельзя этим дышать. Я задерживаю дыхание.
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами.
У меня нет. У меня перед смертью проносится сцена из какого-то фильма, который я смотрела давно в детстве с родителями. Там прикладывали к лицу такую же тряпку, смоченную жидкостью. Несколько вдохов — и человек терял сознание.
Я не знаю, как в этом хаосе, панике и животном ужасе мне на секунду удается сохранить трезвое мышление.
Я намеренно задерживаю дыхание и закрываю глаза, переставая вырываться из рук похитителя. Имитирую потерю сознания. Внутри все клокочет от леденящего душу страха, но я не двигаюсь, обмякаю в руках бандита. Когда легкие начинают гореть огнем из-за недостатка воздуха, второй отморозок убирает от моего лица тряпку. Я приоткрываю губы на пару миллиметров и делаю медленный-медленный вдох.
— Вырубилась. Грузите их в багажник, — командует кто-то из них.
— Бля, на хуя они нам? Может, прикончим обоих?
— Пускай Главный решает, что с ними делать. Может, пригодятся.
— Слишком рискованно, — отвечает кто-то третий. — Они мимо шли, хуй знает, кто такие. Вдруг их искать будут?
— Здесь слепая зона без камер, свидетелей тоже нет.
— За углом жилые дома, мог кто-то увидеть, когда я ее сюда тащил, — говорит тот, что держит меня в своих руках. — Она кричала.
— Бляяяя, ну пиздааа. Запороли задание, сука!
— Да почему запороли? Если они влюбленные голубки, то Главный точно найдет им применение.
На секунду воцаряется тишина, а затем раздается громкий хохот всех четверых, больше похожий на ржач стада лошадей.
— Слушай, а точно. Предыдущие голубки-то отправились новым хозяевам.
— Даааа, жалко. Кино с ними хорошее было. Мне нравилось. Ладно, давайте их в багажник. Главный сам решит, что с ними делать.