Страница 135 из 236
– Поменялись? – невесело спросил Петя. – Проверили такую возможность. У Дерунова общевойсковая и оборотническая подготовка. Он не то что шагоход, он и трактор водить не умел. Слушай дальше. Боец с солдатской карточкой Дерунова явился в В/Ч №15 и был причислен к разведывательно‑диверсионному взводу как оборотень. Суток не прошло, они ушли на задание. Именно эта группа через три дня выскочила на укрепления под Архлебовым. У них был ценный язык, командир с одним бойцом поволокли его дальше в тыл, остальная группа осталась.
– Почему? – тупо спросил я.
– Ожидался прорыв. А в Архлебове – большой госпиталь. Остались добровольцами. – Петя помолчал. – Из этой группы выжило двое. Один в беспамятстве до сих пор в тётушкином госпитале. Второй – Дерунов, благодаря которому… Благодаря которому наши там и выстояли.
Я смотрел на Петра, молча ожидая пояснений.
– Инициировался как некромант и поднял целое поле мёртвых против коалиции. Там свидетели ещё всякое говорят, но больно уж оно…
Я с силой ударил ладонями по рулю:
– И зачем ты мне всё это говорил, Петька⁈ Зачем надежду дал⁈ Это не может быть Аркашка, ты понимаешь, не может!.. Не бывают оборотни…
– А выходит, бывают!!! – заорал в ответ Петя. – Он в санитарный поезд попал не к кому‑нибудь, а к самой Анечке!!! Нашей, Румянцевой!!! Она! Его! По фото! Тоже опознала! Он некромант, Илюха!!! – Петя чуть успокоился и выдохнул: – И это точно он. Она руку смотрела на частичное обращение. Белый медведь. Высший! А Дерунов бурым был.
– Может, поседел?.. – боясь поверить, брякнул я.
– Ага! И от душевного потрясения научился шагоходы водить и прозрел секретные тревожные коды. Нет. Смерть рядового Дерунова подтверждена. Зачислен в погибшие в бою. Смертью храбрых. Что касается нашего Аркадия, согласно показаниям санитарной команды и части раненых, он участвовал в разборе завалов «Императора Константина». Более двадцати человек его опознало.
Я откинулся на спинку сиденья. В висках стучало.
– Так Аркашка жив⁈ Ты говоришь, в санитарном… Где?.. Сима поедет…
Петька с силой потёр виски, взъерошил волосы:
– Теперь худшее.
– Худшее?.. – внутри всё оборвалось.
– Три дня назад… Как раз разбирательство шло! – стукнул себя по колену Петя. – На стоянку санитарного поезда в Бранковице прибыл дьякон из обители Марка Печёрского. Анечка сказала, перед этим Аркаша был очень плох, в беспамятстве и крайнем истощении, даже рук поднять не мог, хотя она и пыталась. Этот дьяк что‑то сделал. Как утверждает, в чётком соответствии с инструкциями монастыря, хотя Аркашкиному Зверю его манипуляции не понравились. Санитары говорят, дьяк орал, что в монастырь парня заберёт на исследования.
– Представляю, как Аркадий обрадовался… – пробормотал я. – У него после всех этих докторов‑профессоров на обследования идиосинкразия.
– Да уж мне‑то не объясняй, в курсе. Потом снова вызвали нашу Аню. Она говорит, лучше стало, он и стоять уж мог, и даже улыбался. А потом… В общем, оставили его переодеться. И… – Петя развёл руками.
– Ну⁈ Да не тяни ты!
– Исчез Аркашка. Ни слуху ни духу.
Я вскочил, забыв, что в машине сидим, тюкнулся головой о потолок и снова сел:
– Тела нет⁈
– Ищем. Надеемся, что жив. Покуда зачислен в списки пропавших без вести.