Страница 33 из 100
— Умереть не встать! Теперь во все мороженое наполнители кладут: варенье, орешки, мед, карамель, а Сенька джем ненавидит, ему нужен пломбир, в, так сказать, чистом виде, только шоколадная глазурь, и все. Покупает по привычке свое обожаемое «Ленинградское», кусанет и злится: опять повидла туда напихали, и ну ругаться, требует без добавок, но нынче это редкость.
Понимаете, отчего я разволновалась, все складывается в единую картину, похоже, кольцо и мишку принес «умерший» Сеня!
Добежав до крохотного магазинчика в переходе, я окликнула продавщицу:
— Вера!
— Ась? – обернулась круглощекая женщина лет сорока. – Здрассти. Вам какое?
— К вам не подходил мужчина в шапке и черном пальто? – запыхавшись, спросила я.
— Нет, только две девчонки, – охотно пояснила продавщица, – вон они, у газет стаканчики грызут. Нашим детям никакой мороз не помеха!
— Покупатель был днем, около трех! – уточнила я время.
Вера прищурилась.
— А зачем он вам?
— За мужем слежу, – быстро ответила я, – наврал про командировку, а сам по Москве шастает!
— В шапке и черном пальто? – уточнила торговка.
— Да, да, да, – закивала я.
— Вокруг оглянись, все такие, – хмыкнула Вера.
Я присмотрелась к толпе, женщина права, из десяти парней четверо в темном, и подавляющее большинство в вязаных шапочках.
— Мой муж с бородой и длинными волосами, – я решила не сдаваться, – еще он мог капризничать, требовать «Ленинградское» без варенья.
— Слушай, – заулыбалась Вера, – был такой! Припер в середине дня, я на секунду в туалет отлучилась, записку оставила «технический перерыв», возвращаюсь – стоит чудо и злится. Не успел меня увидеть, зашипел:
— Рабочий день в разгаре, куда вы ушли?
Ну и так далее. Я свариться не стала, вежливенько спрашиваю:
— Вам какое?
А этот, ёклмн, отвечает:
— «Ленинградское», но чтоб без обману! Давай нормальное, с джемом не суй и с арахисом не надо. Если обманешь, я тебе его верну.
Что такому ответить? Протянула ему пломбир, он его хвать, и разворачивать, а деньги-то?
Я, затаив дыхание, слушала Веру.
Увидав, что скандальный дядька намеревается откусить от брикета, Вера возмутилась:
— Сначала заплатите!
— Нет уж, – отрезал он, – я только что одно купил и выбросил. Вот пойму, что варенья в нем нет, и отдам деньги.
— Убедился? – скривилась Вера, глядя на ополовиненный брикетик. – Или до конца сожрать решил? Ща мента кликну!
Покупатель швырнул на прилавок пятитысячную купюру.
— Вот!
— Охренел! – подпрыгнула Вера. – У меня столько в кассе нет.
— Разменяй!
— И где?
— Твоя печаль, – усмехнулся мужчина, – да поторопись, мне недосуг тут торчать, я спешу.
Пришлось Вере закрывать точку и бежать к цветам.
— Если это твой муж, – завершила она рассказ, – то сочувствую! Противный очень. И какими-то бабкиными духами облился.
— Бабкиными духами, – тихо повторила я.
— Да, – кивнула Вера, – у мамы моего отца похожие были, забыла, как назывались, она мне флаконы пустые поиграть отдавала, в виде кремлевской башни.
— «Красная Москва», – сказала я.
— Точно, – кивнула продавщица.
Не хочу обидеть тех, кто создал эти духи, но их аромат точь-в-точь повторяет запах «Шанель № 5». Очень хорошо помню, как моя мама, певица, покупала эти флаконы и дарила своим коллегам из разных стран, приезжавшим в СССР на гастроли. Дамы, получив презент, были приятно изумлены:
— Это «Шанель», – восклицали некоторые.
— Нет, «Красная Москва», – улыбалась мама.
В советские годы иностранцы увозили в качестве сувениров из страны победившего социализма баночки черной икры, конфеты «Трюфели», крем для лица «Люкс» и эти самые, многократно упомянутые мною духи.
— А куда потом пошел мужчина? – поинтересовалась я.
— В метро, – пожала плечами Вера.
Я притихла. Можно, конечно, порасспрашивать дежурную около турникетов, но каков шанс, что она вспомнит мужчину в черном пальто, который прошел мимо нее несколько часов назад? Но даже если она обладает цепкой памятью, что с того? Миновав автоматы, «дух Сени» сел в поезд и исчез в тоннеле. Лучший способ затеряться – это воспользоваться столичной подземкой. И что теперь делать?
Громко вздыхая, я поднялась на улицу, села в машину и поехала домой. Почему Нина мне соврала? По какой причине сказала, что мишку ей подарил поклонник? Хотя.. Может, я ошибаюсь? Вполне возможно, что девушка нашла себе кавалера с бородой и длинными темными волосами. Он купил ей розового мишку и кольцо. Ничего особенного. А запах «Шанель»? Вероятно, жених Нины тоже обожает этот парфюм. А пломбир без варенья? И здесь привычки незнакомца совпали с привычками покойного Сени. Наверное, Нина права, у меня развилась маниакальная подозрительность, профессиональная болезнь детектива! Надо прекратить бесплодные поиски и ехать домой. Завтра Новый год, у меня полно дел: холодец не сварен, овощи на салат не приготовлены, а в отсутствие горячей воды..
Внезапно перед моими глазами возникло побледневшее лицо Маши, а в ушах зазвучал ее прерывающийся голос:
— Ой, Лампуша, я бы полжизни отдала, чтобы хоть одним глазком снова увидеть Сеню!
Я потрясла головой. Маша уверена в смерти супруга, а вот Нина явно что-то скрывает! Я вытащила из сумки мобильный: лучший способ получить ответ – это задать вопрос. Сейчас договорюсь с дочерью Сени о встрече, пусть познакомит меня со своим бородатым длинноволосым женихом, любителем мороженого без варенья, вот тогда я успокоюсь! Вдохну исходящий от мужика запах «Шанель № 5» и пойму: самые сложные загадки, как правило, имеют простые отгадки. Это просто цепь совпадений.
— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – ответил приветливый женский голос.
Я повторила попытку и снова услышала мелодичное сопрано. Нина и Маша собирались уезжать в новый дом, скорей всего, там плохо работает мобильная связь. У нас в Мопсине на участке есть такие «дыры» – если хочешь воспользоваться сотовым, нельзя стоять на веранде. И вот интересно! Мой телефон не «ловит» в саду, а Лизин расчудесно там работает, зато он глючит в гостиной.
Я набрала номер Маши и тут же услышала:
— Алло!
— Это Лампа, – весело сказала я, – сделай одолжение, позови Нину.
— Ее срочно на работу вызвали, – грустно ответила Маша, – кто-то заболел.
— Вот не повезло, – пробормотала я.
— И не говори, – отозвалась Маша, – еду к Лесниковым, буду справлять Новый год с ними. Дома одной тоска!
— Я думала, ты уже за городом, – протянула я.