Его кровь — лидокаин

Стелла слабо улыбнулась впервые за весь день, но улыбка тут же исчезла, когда он снова стал серьёзным.

— Я хочу попросить тебя об одолжении.

Стелла удивлённо посмотрела на него. Следователь выглядел почти неловко, что совершенно не сочеталось с человеком, которого она видела в суде на протяжении нескольких часов.

— Насколько я понимаю… вы с Артуром были близки.

Щёки мгновенно обдало жаром. Она не нашла в себе сил, чтобы ответить. Кирилл Юрьевич снова опустил взгляд в стаканчик.

— Он не выходит на связь уже длительное время.

Голос следователя стал тише.

— Ни с кем не общается... даже со мной.

Последняя фраза прозвучала неожиданно тихо, будто именно она тревожила его сильнее всего.

Кирилл Юрьевич снова начал размешивать уже давно растворившийся сахар. Слишком быстро.

Совсем как Артур, когда пытался скрыть, что злится или переживает.

И именно это вдруг добило её окончательно.

Та же привычка. Те же движения. Те же тёмные глаза.

— И я начинаю за него серьёзно переживать.

Он впервые показался Стелле без привычной маски следователя — просто человеком или членом семьи.

Измайлов наконец поднял взгляд.

— Ты можешь поговорить с ним?

У Стеллы болезненно сжалось горло.

Она столько недель убеждала себя, что Артур просто решил исчезнуть из её жизни. А сейчас впервые по-настоящему испугалась, что дело может быть не только в этом.

Девушка медленно кивнула.

— Да.

Голос прозвучал почти шёпотом.

Стелла сделала глоток кофе. Он оказался горьким и давно остывшим. Но она всё равно не почувствовала вкуса.

— Нам давно уже следовало поговорить...