Страница 19 из 30
Глава 13. Доверие и цифровой контрудар
Ника сидела на коленях Кирилла, уткнувшись носом в его плечо. В салоне внедорожника, спрятанного между гаражами, было темно и тихо. Слышалось только их прерывистое дыхание. Сердце девушки отстукивало бешеный ритм. Наконец, собрав всю свою волю в кулак, она медленно отстранилась и подняла на него огромные, полные растерянности и страха глаза.
— Кирилл... Я не могу, — тихо, почти шёпотом произнесла она, с трудом сглатывая подступивший к горлу ком. — Я... я девственница. И каждый раз, когда дело доходит до интимной близости, у меня внутри просто включается глухой, панический блок. Я не контролирую это.
Кирилл внимательно всмотрелся в её бледное кукольное лицо. Для мужчины его статуса и опыта такое признание от двадцатитрёхлетней, колючей и дерзкой девчонки было неожиданным. Он слегка нахмурился, и в его глазах промелькнула догадка.
— Тебя когда-то кто-то обидел? — негромко, очень осторожно спросил он, бережно придерживая её за талию.
Ника не ответила. Она лишь снова подняла на него глаза, которые в ту же секунду начали стремительно наполняться слезами. В этом взгляде было столько застарелой, невыплаканной боли, что Кирилл без лишних слов понял абсолютно всё. Он понял, что за её бронированной цифровой маской скрывается глубокая, незаживающая рана.
Воронов не стал расспрашивать. Вместо этого он молча притянул её к себе, крепко и надёжно обнял, утыкаясь подбородком в её макушку и вдыхая сладкий ванильный аромат волос.
— Эй, тише... Всё хорошо, — тихо и невероятно тепло произнес он, поглаживая её по спине. — Я тебя не тороплю, слышишь? Когда будешь готова, просто скажи мне. И мы попробуем. Столько, сколько нужно, я подожду.
От этих слов и его надёжного тепла у Ники внутри словно растаял ледяной осколок. Ей впервые в жизни не хотелось сбежать от мужчины. Напротив, хотелось остаться в этих руках навсегда.
Через полчаса, убедившись, что хвоста на дорогах больше нет, Кирилл аккуратно вывез машину из переулков и направился к дому Ники. Оставлять её одну в квартире после того, как бандиты открыли по ним огонь, он категорически отказался.
— Я иду с тобой, Phoenix. Это не обсуждается, — жёстко отрезал Кирилл, когда они поднялись на её этаж.
Зайдя в квартиру, Ника даже не стала переодеваться. Адреналин всё ещё требовал выхода, а панический страх перерос в чистую, ледяную ярость. Те ублюдки посмели стрелять в неё. Они нарушили покой её цифрового мира.
— Ну всё, мальчики, вы сами напросились, — процедила Ника, с размаху садясь в рабочее кресло и открывая свой основной ноутбук. — Кирилл, они объявили нам войну на дороге? Отлично. Я уничтожу их в сети.
Кирилл подошел со спины, с интересом наблюдая за тем, как его рыжая бестия за считанные секунды превращается в опасное оружие массового поражения.
Ника работала как одержимая. Пальцы летали по клавиатуре, отправляя один сокрушительный скрипт за другим. Phoenix нанесла ответный удар, который должен был полностью стереть заказчиков атаки с лица земли. Сначала она взломала все скрытые, теневые счета их криминальной компании и подчистую обнулила их, переведя средства на благотворительные фонды и анонимные биткоин-кошельки. Затем она вытащила из их закрытых серверов терабайты компромата — схемы отмывания денег, контрабанду, подкупы чиновников — и веерной рассылкой отправила это прямиком в Интерпол и налоговую службу.
За два часа непрерывного хакерского штурма Ника полностью, до копейки разорила огромную криминальную структуру, оставив их злейших врагов не просто нищими, а объявленными в международный розыск. К утру от их бизнеса не должно было остаться даже названия.
Кирилл, глядя на экраны, где рушились империи его конкурентов, лишь восхищенно покачал головой.
— Ты невероятная... — тихо произнес он, обнимая её за плечи. — Теперь они трупы. В экономическом плане уж точно.
Ника обессиленно закрыла ноутбук. Глаза слипались, силы полностью покинули её.
Кирилл аккуратно взял её на руки, перенёс на большую кровать и лёг рядом, прямо в одежде. Он притянул Нику к своей груди, укрывая пледом. Чувствуя его сильные руки и мерное, успокаивающее биение сердца, Ника впервые за многие годы заснула абсолютно спокойно, зная, что в этой комнате её больше никто и никогда не посмеет обидеть.