Страница 57 из 76
— Однажды мы были в Испании, отдыхали, – зачастил Вениамин. – Вдруг Айна попала в больницу с отравлением. Температура была под сорок, давление упало, появились сыпь, отеки, изменился состав крови.. Я даже помню формулу.. Повысился гистамин, а это, кажется, главный показатель аллергии. Еще – адреналин, серотонин.. Доктор сообразил, что это аллергическая реакция, Айну показали аллергологу. Там же, в Испании, установили причину реактивной реакции, хотя это длительный процесс, аллерген выявить очень сложно. Но Айна и помогла его выявить, когда ее спросили, что она ела. Паэлью! Это что-то вроде плова. Стали перечислять компоненты, мол, как ее организм относится к этим продуктам? А там – креветки, мидии, рыба, морской гребешок, осьминоги..
— Угу, полный набор морских гадов.
— Почему? В это блюдо и курицу кладут.. И кальмары! Вот что важно! Айна сказала, что кальмаров она не переносит, ее тошнит от них, но подобного отравления никогда не случалось, впрочем, она и не ела их. В меню-то не вписали состав продуктов! Да если б и вписали, мы испанского не знали. Нам посоветовали попробовать это блюдо, а присутствия в нем кальмаров Айна не заметила. Короче говоря, доктор предупредил ее, чтоб она тщательно следила за тем, что ест, ни грамма кальмаров не должно попадать в ее организм, иначе дело кончится летальным исходом.. Он так и сказал: возможны сильные отеки гортани и легких.. Выходит, Айна все-таки.. Не может быть! Или их ей подсунули?
Ну, да, у Вениамина одна идея буравит мозг: убили. Открывали Айне рот и забрасывали туда один кусок кальмара за другим. Одних убивают пулей или дубиной, а его жену кальмарами. Тем не менее! Носов читал протокол вскрытия невнимательно, ему достаточно было выслушать эксперта, а не вникать в подробности. Поэтому, чтобы не тратить время на чтение, он позвонил «заведующему трупами», как часто именовали Корика:
— Я, это.. о причинах смерти женщины, найденной в квартире: выяснилось новое обстоятельство. Слушай, это не могла быть аллергическая реакция? Как рассказал муж, у нее имелся рецидив из-за кальмаров. Мы и нашли банку именно с этим морским гадом у нее на столе.
— За кого ты меня принимаешь? – получил он ответ, означавший, что Корик исследовал труп вдоль и поперек. – Это была первая мысль, когда я вскрыл ее. Несколько десятков лет тому назад такое и в голову не пришло бы, потому что аллергетики встречались реже, но сейчас каждое десятилетие их число удваивается, симптомы усугубляются. Есть такая штука – анафилактический шок, самое грозное из аллергических проявлений. Основная его черта – внезапность возникновения, смерть может наступить в считаные минуты в результате отеков, резкого снижения давления и нарушения кровоснабжением жизненно важных органов.
— А что не так? – нетерпеливо перебил Носов.
— То, что аллерген должен как-то попасть в организм.
— Его там не было? – Носов, похоже, попал впросак.
— Она ничего не ела перед смертью, в протоколе об этом написано. Она поела где-то часа за четыре до смерти, и все. А шок – на то и шок, он наступает сразу, следовательно, она должна была проглотить хотя бы кусочек морского гада.
Носов положил трубку на аппарат. Он вынужден был разочаровать Вениамина:
— Не ела ваша Айна кальмаров, вообще ничего не ела задолго до смерти. Состава преступления нет.
Впрочем, он тоже был разочарован и озадачен, ибо смерть обнаженной женщины на зеленой постели оставалась делом весьма таинственным.
..Несколько дней прошло, как один. Филипп, заморочив жене голову ложью, ехал вечером к новой любовнице. Айна была великолепна, но требовала невозможного. Он поставил машину в сторонке, чтобы не бросалась в глаза, взял цветы и пакет – явно с провизией, направился к подъезду через двор.
Его преследовал Марк, и, как только Филипп очутился на середине пути, Марк выскочил из своей машины, пробежал несколько метров, став точно напротив подъезда. Вытащив пистолет, он прицелился в спину шефу, как вдруг кто-то буквально упал на его руку. На секунду Марк остолбенел, затем начал вырывать руку с пистолетом:
— Пусти!
— Не смей, дурак, мальчишка! – рычал некто прямо ему в ухо, пытаясь отобрать пистолет.
Шеф скрылся в подъезде, оружие уже было ни к чему, и Марк позволил забрать его, гневно процедив:
— Кто вы такой? Откуда взялись?
— Я муж Айны.
В темном дворе лица мужчины не было видно, но говорил он виноватым тоном, и ответ его нисколько не смутил Марка, лишь разозлил:
— Зачем? Зачем вы вмешались? Теперь опять придется выбирать день и час! Ну, какое вам дело?
— Ты хотел убить, – сказал Вениамин.
— Хотел, – внезапно сник Марк. – И что? Он виноват, что Айны нет..
— Знаю..
Завизжали колеса, у подъезда, куда вошел Филипп, резко остановился автомобиль, из него вышла женщина и прямиком бросилась туда же, в подъезд.
— Это жена шефа, – удивленно вымолвил Марк.
— Идем, – сказал Вениамин. – Ему сейчас и без нас достанется.
Они шли по улицам, вначале долго молчали. Главное – куда шли, зачем и почему вдвоем? Не ответили бы оба, а недоуменно пожали бы плечами, задай кто-то им эти вопросы. Падал мокрый снег и, попадая на разгоряченные лица, таял. Снег засыпал волосы Марка, он стряхнул липкую шапку с головы рукой и вспомнил:
— Моя машина осталась там..
— Идем обратно, – предложил Вениамин. – Моя тоже там стоит.
Оба развернулись и, не прибавив шагу, двинулись в обратном направлении. Марк косился на невысокого мужа Айны, не понимая, что она в нем нашла? Воспаленные мысли сменяли друг друга, одна из них сорвалась с языка в виде вопроса:
— А вы что там делали?
— Решил поговорить с ним. Они не хотят заниматься этим делом.
Бессвязные фразы. Марк понял только первую, вторую – нет:
— Кто не хочет?
— Милиция. Нет факта преступления! А я думаю.. чувствую.. нет, знаю! Для Айны подстроили смерть. У нее нашли банку консервов.
— Консервов? И что? Что в них особенного?
— Кальмары. Ей категорически нельзя их есть, однажды она чуть не умерла от этого. Да, Айну заставили съесть эту гадость! Но что удивительно.. В ее организме их не было. А симптомы шока – были, я читал в протоколе.
— Может, она сама отравилась?
— Нет. Айна не хотела умирать, она решила вернуться ко мне.