Страница 5 из 50
— Люська, уличный туалет в другой стороне, если что, — на всякий случай предупредила Саша.
— З-зачем мне туалет? Мне.. Поз-зови.. как ее.. Позови, я ей..
Сашка быстренько сбегала за Марьей:
— Давай, иди, поговори. Клиент готов. Ей только пару-тройку откровений про Пашку и все, он свободен. Кстати, возьми с собой спиртное, вдруг протрезвеет.
— Ага, а ты к Пашке. Не надо, чтобы он с этой дамой уединялся. Вон он — возле мангала.
Машка побежала в дом за спиртным, а Саша подошла к Павлу:
— На когда свадьбу — то назначил? На какое число?
— Я еще думаю отвертеться, — смешно сморщил нос Лебедев.
— Даже не думай, похоже, у этой девахи серьезные планы на тебя.
— Ты тоже заметила, да? — Пашка усмехнулся и шутя прислонился к Саше.
На нее сразу же пахнуло таким знакомым парфюмом.. Вот зачем он это делает?
— Где там Машка? — отстранилась от бывшего Саша.
— Да вон они, беседуют, — кивнул Павел.
Видно было, как две дамы мирно беседовали. Хотя, мирно беседовала только Люська, она просто слушала, а Машка размахивала перед ней руками и рассказывала, какой негодяй этот Павел. И, конечно же, она никак не может допустить, чтобы такой чудесный человек, как Ассирия погубила свою жизнь, бла-бла-бла..
— Саш, думаешь, в этот раз прокатит? — заинтересованно спросил Павел.
— Но с Галей же, прокатило.
— С Галей? А у меня была Галя?.. С Владленой! Я уж перепугался, думал, забывать начала. Да не прокатило у вас с Владленой, просто она сама мне надоела. Не моя женщина, — вздохнул он.
— А это — твоя?
— Да тоже.. не уверен пока..
— А она уверена, — хмыкнула бывшая.
— Пойдем к ним, уже темнеет, — поднялся Павел. — Как Тишка? Платон?
— Нормально. Пойдем.. А чего — шашлыки есть не будем?
— Будем, ну так все вместе же и приготовим.
Они подошли к двум девицам. Машка все еще бурно ораторствовала, а Люська ее слушала как-то невнимательно, все смотрела в одну точку. Уснула, наверное.
— Ну и как вы? — усмехнулся Павел. — Маш, чего-то Ассирия тебя не слишком слушает.
— Как так? — очнулась Машка. — Люсь! Ты спишь чтоль с открытыми глазами? Как боевая лошадь, честное слово.
Маш тихонько толкнула гостью, а та, вдруг, пошатнулась и стала падать.
— Э, Ассирия, ты чего? — ухватил девушку за руку Павел и вдруг растерянно посмотрел на Машку. — Маш.. это чего?
Сестры сначала даже ничего не поняли, но Лебедев показал им руку — та была вся в крови. В левом боку Люськи-Ассирии темнело бурое пятно, из-за темноты оно казалось почти черным.
— Это.. Это что? — не сразу сообразила Машка.
— Это кровь.. Маша, это ты ее? — каким-то дрожащим голосом спросил Павел.
— Паш, ты с ума сошел? — спросила Сашка. — Как это Машка ее? И чем?
— Похоже, здесь ножевые раны, — предположил Павел.
— А зачем Машке ножом-то? Она б просто Егоровну выпустила. Или ногами махаться начала. Да что ты Машку не знаешь!
Маша только трясла головой — у нее вмиг пересохло в горле.
— А что же.. она не видела, что ли, как убивают? — ничего не понимал Павел.
— Сам посмотри.. Машка сидела здесь, а так сидела Люся.. Ассирия. Видишь, у нее пиджак на одно плечо накинутый, и не видно никакого пятна.. Вообще бока не видно. Значит, когда Машка пришла, Ассирия уже была.. ну, долбанутая, прости Господи.. — продолжала отстаивать сестру Сашка. — Маша.. Маша же!!
Машка все еще таращилась и не могла пошевелиться. Саша вскочила и два раза резко шлепнула сестру по щеке. Та громко вздохнула, как будто вынырнула.
— А-а-а-а! — вдруг заорала она так, что по всему коттеджному поселку собаки захлебнулись собственным лаем.
— Звони Леньке! — приказала Саша.
— Да.. ты права, — согласился Павел. — Погоди.. Но.. но тогда кто? Саш, чужой никто не мог, здесь же собаки..
— Паш, здесь нет собак. Мы их убрали.. Машка, закрой рот.
Машка послушно захлопнула рот и принялась набирать номер Леньки Зайцева.
Ленька когда-то учился на два года старше сестер, но всегда за ними бегал. А сестры все время отрабатывали на нем новые приемы. Поэтому на Леньке всегда были синяки от рук сестриц. Но вот вырос, и стал участковым. Между прочим, каким-то волшебным образом ему удалось устроиться участковым именно в этот новый район, где проживали сестры Серафимовы.
И вот теперь Машка ему звонила.