Страница 1 из 50
Глава 1
Он нежно целовал ее в губы, в шею, в одно ухо.. в другое.. А им играл марш Мендельсона.. Но что он делает, им же еще не сказали «а теперь, молодые, поздравьте друг друга», что он.. Вот не терпится-то.. Да что ж такое!.. Музыка становилась все громче, а поцелуи все настойчивее. Казалось, что ее целует уже не один только Павел, а, по меньшей мере, двое!
Сашка блаженно улыбаясь пыталась оттолкнуть любимого, но рука упрямо упиралась во что-то теплое, мягкое и пушистое. Дальше спать не было сил, и Сашка открыла глаза. Над ней стояли две ее собаки — вестик Тишка не сильно скромничал, поэтому он был прямо на кровати, а большой дворянин Платон аккуратно — только передними лапами на кровати, остальная туша продолжала валяться на полу. И оба пса изо всех сил пытались пробудить спящую красавицу. Естественно, беспардонно облизывая даму.
— Сказок начитались, что ли.. Я вам не спящая царевна, а вы мне.. — ворчала Сашка, протирая глаза. — Тишка! Да твою ж..!! Видите, глазки уже открыты.. вот я ими даже моргаю — морг, морг.. Платон! Ну, ты-то куда?!.. Да слышу я уже!
Кто-то отчаянно звонил в калитку. Сашка выглянула в окно — возле забора стояла Алина и нервно притопывала ногой.
— Хм.. на улице девять утра, а эта уже в гости.. Видать, сильно припекло..
Сашка вздохнула, постучала в окно, показывая, что слышит и уже идет открывать. Алинка дернулась, как от шокера и принялась радостно махать руками.
— Надо ж, как она мне радуется.. будто лет семь ее в дома не пускали.. Во, как надо в дом проситься, а не так, как вы — усядетесь на веранду и сидите.. — пояснила собакам Сашка и выскочила за дверь. — Старается — ручками машет, сейчас взлетит..
Сашка выпустила собак на участок, и впустила подругу. Алина ворвалась в дом, как большая птица. Ей отчего-то всегда казалось, что балахоны и рукава «летучая мышь» ей необыкновенно идут. На самом деле, к своим килограммам она прибавляла визуально еще килограммов пятьдесят, отчего выглядела просто необъятной. Но убедить ее снять балахон еще не удавалось никому.
— Сашка! Мне позарез нужна твоя помощь. Просто позарез!
Саша налила чаю себе и гостье, села напротив и уставилась на подругу:
— Вещай, чего там у тебя?
— Вот смотри.. Мой начальник сказал, что наш ЗАГС должен выделяться среди остальных. Ну, быть самым — самым. А я..
— А чего вам выделяться? Он у нас в городке один, — фыркнула Сашка. — Его итак ни с больницей, ни с моргом не спутаешь.
— Да? А Дворец Бракосочетания? Последнее время все, чего-то туда ломятся. А у нас..
— Так там ремонт сделали, красоту такую навели. А вы что хотите сделать?
— А мы хотим, так сказать, изнутри..
Сашка не понимала.
— Ну смотри, вот приходят брачующиеся, выхожу я и начинаю.. бла-бла-бла, сегодня важный день, бла-бла-бла, ваш корабль любви.. И получается, что уже тысяча лет либо просто всякую ересь про семью читают, либо в лучшем случае, про корабль любви лопочут. Ну скажи — почему корабль? Титаник, что ли?
— А ты, надо думать, что-то новенькое придумала, — поджала губы, чтобы не рассмеяться, Сашка. — Атомный ледокол Ленин.. Только он уже старый.
— Зачем нам атомный?! Я придумала.. Вот я сейчас прочитаю, а ты послушай. Только без этих.. без критики тут твоей, ясно?
Сашка только головой кивнула. Алинка вытащила из сумочки помятый листок, задрала голову вверх и затянула:
— Дорогие брачующиеся.. так, там вступление.. ага, сейчас, вот.. Сегодня вы, как голубка и голубец.. и голубчик.. и голубок вьете свое гнездо и я..
Сашка пыталась удержаться, но не получилось:
— Алин, погоди.. — глубоко вздохнула она. — Что-то мне вот твое сравнение.. Мне кажется, женихам не слишком понравится, когда ты их голубцами или голубками называть станешь..
— Саша, — даже прикрыла глаза от Сашкиной «тупости» Алина. — Это а-ли-го-ри-тм.. — ия.. знаешь такое слово?
— Алигоритмия? А что это?
— Не важно, потом объясню. Короче, я же не закончила.. Ага.. свое гнездо. Пусть в вашем гнезде всегда ночует любовь, уважение, высиживайте свои яйца вместе..
— Алина!
— Да уже маленько осталось!.. Ага.. вместе и тогда из яиц выклюнуться достойные граждане нашего города. Ну как?
— Хреново! — не стала жалеть автора опуса Сашка. — Ты вообще учитывай, что тебе с этими голубцами и голубками еще в одном городе жить. Они тебе не забудут, как ты им праздник испортила. И что тебя на яйцах заклинило?
— Так это ж.. дети! И вообще, мне нравится. Я думаю, Аркадию Романовичу понравится. И к нам попрут толпы брачующихся.
— Я тебе больше скажу — к вам даже те, которые не собираются в брак вступать — на тебя посмотреть, да про гнезда послушать. Точно станешь звездой Интернета. Это ты из-за этой .. вот из-за этого меня будила?
— Из-за этого.. Ну и еще.. Ваш Лебедев опять женится, — выдала Алина.
Сашка даже чаем поперхнулась:
— Подожди.. Как женится? Опять? Он же вот, две недели назад женился!
— Не женился, а только хотел. У него еще девочка такая хорошенькая была, скромненькая такая..
— Ну да, ну да.. То ли Валя, то ли Галя..
— Ага, Владлена. Так вы ж ее.. с сестричкой.. И в кого вы только такие уродились!
— Ну да, Владлена. Хорошая девочка. А что мы? — искренне удивилась Сашка. — Мы просто открыли девочке глаза. А Лебедев.. Ну вот куда он опять лезет? Что ему без ЗАГСа не живется?
Алина обиженно поджала губки:
— Да потому что кое-кто ему не дает жениться! А он, между прочим, очень порядочный мущщина! Как только с женщиной познакомился, так сразу и в ЗАГС ее волокет.
— Как только переспит, ты хотела сказать? Кстати, этот порядочный мог бы месяцок пострадать из-за своей Вали.. Тьфу ты, из-за Гали, которая сорвалась.
— Из-за Владлены?
— Еще и Владлена? ..А, ну да. Из-за Владлены.. А новую как звать?
— Ты не поверишь, — фыркнула Алинка. — Ассирия!
— Ка-а-а-ак?
— Нет, ну, по паспорту-то она Людмила Николаевна Ирисова, а вот себя просила называть только Ассирией, прикинь!
— Люська, значит..
— Вот то и есть, что Люська. Сразу видно — такая оторва! Глаза выцарапает, как нечего делать. Это вам не тихоня Владленочка. Учтите, — сообщила Алина и даже с каким-то злорадством уставилась на Сашку.
— Ой, да что нам учитывать, пусть Пашенька будет счастлив, — как-то по-старушечьи вздохнула Сашка и даже подперла щечку кулачком. — Ну ладно, спасибо, Алин.