Страница 26 из 50
— Понятно, — кивнула Маша и пояснила собакам, которые уставились на нее черными глазами — пуговицами. — Просто дамочка сидит за рулем, и не может отвечать на звонки. Я и сама так вначале за рулем ездила.
Время шло, а Владлена так и не появлялась. Через час Мария загнала собак и сама пошла в дом. Где-то глубоко внутри шевелилось нехорошее предчувствие. Она еще раз набрала Владлену. Никто не ответил. Тогда Мария набрала Андрея. Тот ответил не сразу, но через минут пять перезвонил.
— Да, Маш? — быстро говорил он.
— Андрей, ты.. ты где? — неожиданно для самой себя спросила Марья.
— Да меня на операцию вызвали. Тут, представляешь, собака высокопородная разродиться не может. Крупная порода, пять щенков, все здоровенные, без родовспоможение — никак. И Суку терять нельзя — денег бешенных стоит, и щенки не из дешевых. На них уже столько денег угрохали..
— С ума сойти.. Еще и у собак можно роды принимать? — удивилась Машка.
— А как ты думала, — даже обиделся Андрей. — У.. постой, у тебя что-то случилось?
— Нет, прости. Завтра созвонимся, — пообещала Машка и отключила телефон.
Да, Андрей и в самом деле был на операции. Она хорошо слышала звон каких-то инструментов, разговоры медсестер. Но где же Владлена?
Еще через час позвонила Сашка:
— Маш, ты как?
— Да никак. Не приехала эта Владлена, — расстроенно рассказал Машка.
— Тогда.. все так, как я тебе и говорила — девушка решила тебя напугать страшилками, а потом.. потом передумала. Не переживай. Ложись спать.
Машка согласилась, пообещала лечь и отключила трубку.
Она покормила собак, разделась, выпила кофе и собралась, что называется, ко сну. Кофе вечером на нее всегда действовал усыпляюще. А заснуть сразу ей было необходимо. Отчего-то в голову лезли самые дурные мысли. Вот совсем не верилось, что эта Владлена решила ее напугать. Если так, то ей место в Большом театре. Она ж сама была напугана, как мышь.. Почему мышь? Да ни фига не важно. У нее и голос трясся, и слова путались. Ей что-то угрожало. Или кто-то.. А кто ж это мог быть?
Вот не спокойно было Марье и хоть ты что..
— Егоровна! Иди, давай, к нам.
Вообще, Мишка всегда спал с Машкой на кровати. Конечно, нельзя такого допускать, но маленький, беленький вест хайленд, с ним же так уютно. И ножки погреет.. Хотя, кого она обманывает. Ни фига он ножки не греет, он на соседней подушке спит.. В общем, Мишка итак спал с ней, но было бы неплохо, если б для защиты здесь спала и здоровенная Егоровна, которая чужого за версту чует и запросто глотку перегрызет.
Марье снился луг.. Какие-то цветочки, а собирает эти цветочки.. Владлена! Лица ее не видно, но Машка точно знает, что это она. Машка зовет ее, кричит, но та только рычит.. Вот с чего бы этой девице рычать? Они ж так хорошо общались ..
Машка уже проснулась, а рык все не утихал. В лунном свете видно было хорошо. И Маша прекрасно видела, как две собаки настороженно смотрели куда-то в сторону двери, навострив уши.
— Э, товарищи, вы чего? — уже всерьез испугалась Машка. — Вы .. это.. Чего рычать-то? Вы давайте того! Неситесь вниз, кусайте кого-нибудь..
Но тут же Маша вдруг осознала — собак могут запросто пристрелить. И Машке ее собачки не помогут, и себя подставят.
А собаки уже собрались на первый этаж. Там отчетливо слышались какие-то шорохи и чьи-то шаги.
— Стойте! — громким шепотом завопила Машка. — Стоять!! Лежать! Место! Куда собрались?! Я сама!! Даже не думайте! Я сама!
Она вскочила, оттолкнула собак, подлетела к шкафу, одним махом выкинула из него платья, которые болтались на плечиках, схватила железную перекладину, на которой раньше болтались эти самые плечики, и решительно двинулась к двери.
— Здесь сидеть! — строго рявкнула она.
Она боялась. Она очень боялась. Но.. но не могла же она подставлять животных, которые ни в чем не были виноваты.
— Я справлюсь, — швыркнула она носом. — А вы.. сидите тихонечко..
Но собаки ее не послушались. Егоровна всей тушей отшвырнула хозяйку с дороги, а юркий вестик мгновенно кинулся вниз по лестнице.
— Назад!! — заорала Машка и бросилась вдогонку.
— Во! Явление Христа народу! — раздался знакомый голос, и Машка увидела Павла. Рядом с ним стояла Сашка, а возле Егоровны и Мишки вертел всем туловищем грозный кане-корсо Барк.
Машка вдруг осела и заревела во весь голос:
— Какие вы ..дураки-и.. — рыдала она. — Я ж думала.. меня убивать идут!
Сашка через минуту была возле сестры, крепко прижимала ее голову к своей груди и суровым шепотом тараторила:
— С ума сошла? Разве б мы дали тебя убить? Да я только.. я как только услышала по телефону, что ты боишься, я ж.. я сразу.. Барка в охапку.. мы ж вместе..
Павел сгреб обеих сестер, чмокал их без разбору в макушки и ворчал:
— Ну вот, развели здесь.. аквариум какой-то.. И чего с вами делать.. с такими одинаковыми? Одна ревет, и другая туда же..
— Я-а-а-а п-пыдарю вам лилию! — вдруг раздался знакомый голос с дивана. А потом этот же голос четко произнес. — А эта пес-сня.. си-час.. звучит для моих любымых.. Саши и.. евойной сестры Маши.. которые чему-то не спят! Девычкиии!
— О, Боже!! Это Ленька, что ли? — догадалась Машка.
— А как же мы его одного дома оставим? Правда, он немножко не в себе, ну так это и требуется. В себе-то он фиг что нам расскажет, — деловито объясняла сестра. — А он еще нам не все рассказал. Сестра моя, а есть у тебя, например, чай?
— Ага.. только это кофе.
— Давай, вари кофе, — согласился Павел.
— У меня он такой.. субпродукт.. нет, этот.. полуфабрикат.. этот..
— У нее растворимый, — пояснила Сашка. Марья еще была не в себе.
Через полчаса по дому уже витали ароматы кофе, сестры и Павел сидели за столом и потягивали из маленьких кружечек ароматный напиток.
— Вот убей меня, не пойму — зачем кофе тянуть из этих наперстков? Нет бы сразу — нормальную чашку! — психовал Павел.
— На сердце влияет, — вздохнула Машка.
— Мне, допустим, на сердце, знаете, что влияет?! Мне..
— Лю-юди! Ауу! — вдруг раздалось из соседней комнаты, и собаки устремились туда.
— Она его сейчас сожрет! — подскочила Машка и едва успела схватить Егоровну за ошейник.
Из комнаты нетвердой походкой вышел гроза бандитов — Леонид.
— Ленечка, туалет там, если что, — сразу предупредила Сашка. — А если не надо, то к столу.
— А где я? — ничего не понимал служитель порядка. — Саш, мы у тебя?
— Мы у меня, — кивнула Машка. — Кофе? Чай? Компот? Кола? Виски?