Страница 21 из 50
— Не-а, не пойдет. Мы на прошлый день рождения Алинке такой же мой халат подарили, она еще не сносила.
— Тогда давай.. О! давай ей купим классную куртку! Ну, чтобы она не ходила в этом старушечьем пуховике. Я тут в журнале такую красоту видела.. Пойдем, я тебе покажу
Вечером сестры приехали домой с покупками. Алине они купили роскошную куртку, а еще набор для наращивания ногтей. Должен же у них быть хотя бы один мастер маникюра на троих. Бесплатный. А так, глядишь, Алинка научится и подрабатывать станет. Но не на сестрах, конечно же.
А вечером Саше позвонил Павел:
— Алло, Сань, ты на день рождения к этой Алине идешь?
— Ну да, — кивала Сашка, забыв, что Павел ничего не видит. — Мы уже и подарок купили.
— А теперь поедем со мной подарок выбирать. Сейчас за тобой заеду.
Сашка даже не стала сопротивляться. Это всегда было плохой затеей — Пашка находил кучу причин, чтобы Сашка сделала так, как ему надо. Если же она стояла на своем, он просто хватал ее, укладывал себе на плечо и выносил. Сейчас, наверное, уже не станет на плечо закидывать, хотя.. Интересно, а эту, прости, Господи, Ассирию, тоже закидывал? Хотя, вот ни разу не интересно! И вообще..
— Да, Тиш, я совсем слабая женщина, я же не могу спорить с мощным мужчиной, — объясняла она своим собакам, напяливая на себя джинсы. — Чего ты, Платон, на меня смотришь? Вот взял бы, да тяпнул этого Пашеньку. А-а, не можешь.. вот и я.. не могу.. Ладно, сторожите дом, я скоро.
Они ехали на машине Павла, а тот рассуждал:
— Вот, Сань, я вообще не могу понять — я чего там делать-то буду на этом дне рождения? Я ж ее совсем не знаю, Алину эту. Знаешь, когда она кинулась мне на плечо, там, на кладбище, я чуть сам в могилу не спрыгнул. Сань, да я боюсь ее!
— Паша, успокойся, — сдерживала улыбку Александра. — Ты просто обязан быть на этом празднике жизни. Алинка же его ради тебя и устроила.
— Серьезно? — чуть не выпустил руль из рук Пашка.
— Конечно! Ты ж ей нравишься уже.. в общем, уже черте сколько лет. Она тебе верность хранит.
— Зачем это? — испуганно пробормотал Павел. — Я вообще.. мне другая девушка нравится. Я.. не хочу верной Алины.
— Паш, тебе нельзя сейчас девушек, они у тебя гибнут, как мухи..
— Чего это? Только одна, как муха, а остальные-то.. Нет, Саш, я с тобой согласен. Поэтому и я хочу.. это..
Пашка покраснел, как болгарский перец, и старательно отвел глаза в сторону.
— Паш, ты чего? — не поняла Сашка. — Что сказать-то хотел?
— Ну.. в общем, в целях собственной безопасности.. Я больше никого не хочу.. У меня моя старая любовь проснулась.
— Это к кому же? — не выдержала Сашка и фыркнула. — К Машке? К Гале твоей?.. Погоди, она Валя, вроде бы..
— Да кто ее знает, — махнул рукой Павел. — В общем..
— Паш, ладно, потом о твоих любовях поговорим, — тоже махнула рукой Сашка. — Ты мне вот, что скажи — а где Ассирия — Люська проживает?
Павел сначала внимательно посмотрел на бывшую, а потом негромко пояснил:
— Она, Сашенька, теперь на кладбище проживает.
— Нет, ну это понятно. Где она жила? Ты же должен знать, где она жила?
— Вообще ни разу не должен. Я к ней не ходил. Мы по телефону перезванивались, я назначал свидание, вот туда она и приходила.. Чаще всего, это были кафе или рестораны.. Тебе, наверное, неприятно это слышать?
— Да брось.. Паш, так .. слушай, я такой интимный вопрос сейчас задам.. А где..
— Стоп! — со всей дури нажал на тормоза Пашка. — Вот! Вот магазин, нам надо туда.
Сашка только пожала плечами — какой же ранимый стал Пашка, прямо с ума сойти. Теперь еще надо придумывать, как его расколоть, куда они после этих ресторанов ходили с Люськой. Ну не может же он совсем не знать, где жила его бывшая невеста.
Они ходили по отделам, и Пашка кидался к каждой витрине.
— Саш, может, ей платье подарить?
— С ума сошел?! Знаешь, какой у нее размер огромный! Да она тебе никогда этого не простит! Купи лучше.. вазу возьми и купи.
— Ночную?
— По.. почему ночную? Обычную.
— В смысле, напольную, я хотел сказать? Так у нее тоже размерчик ого-го..
— Купи тогда золото. Можешь себе позволить, — подсказала Сашка. — Алина будет рада до жути. Ей никто еще золотых колец не дарил. Она даже сама себе это редко позволяет.
Пашка мялся. Никак не хотел он дарить малознакомой девушке золото.
— Не хочу, — наконец, выдал он. — Я только любимым золото дарю. Давай я ей лучше тренажер куплю, а?
— Даже не вздумай! — замахала руками Сашка. — Хочешь, чтобы я ей врагом стала? Тебя ж она не станет ненавидеть, а вот меня..
— А картину? Может, купить ей картину?
— Да ей ее и повесить некуда, у нее ж все стены завешаны либо своими фотографиями, либо твоими.
— Тогда вообще не знаю! — расстроился Павел.
— А чего думать — подари кресло качалку, — вдруг предложила Сашка. — Она ка-а-ак усядется в кресло, так и ..это.. и вставать не захочет. К нам реже приезжать будет.
— Так не вопрос! — обрадовался Павел и потянул Сашку выбирать кресло.
Обратно они ехали счастливые — Сашка была рада, что подарок Павла Алине точно понравится, а Павел счастливо улыбался из-за того.. а черт его знает, из-за чего. Просто ехал и скалил зубы.
Но, чтобы он слишком не радовался, Сашка даже еще раз попробовала повторить свой вопрос — где жила Люьска. Но счастливый Пашка предпочел не услышать.
Сашка отплатила ему тем же — когда парень притормозил возле ее дома и намекнул, что можно было бы и чайку с конфетками, то Сашка тоже его «не услышала».
А уже совсем перед сном позвонила Алина и начала отчитываться в трубку:
— Короче, Саш, вот такая картинка.. Значит, Пашка придет, ты придешь, Машка тоже обещала. И Андрей ее придет. Кстати, на него Вера эта запала. А еще Ленька придет. Правда, он сначала не хотел, но я ему сказала, что ты о нем спрашивала, и он сразу согласился. Только сказал, что опоздает. Вера придет, баба Катя придет, тетя Марина с Оленькой тоже придет, а вот дядя Юра..
— Стоп-стоп-стоп, — прервала подругу Сашка. — Оленька — это кто такая?
— Я ж тебе говорю — внучка тетя Марины!
— Так у тебя там еще какие-то дяди Юры, внучки, жучки..
— Нет, дядя Юра не придет, он на смене.
— Слушай, Алина, мы, наверное, тоже не придем, — дала задний ход Сашка. — Я думала, у тебя только наша компания будет, а ты там всю родню собрала. Давай мы в следующий раз.
Алинка в трубке помолчала, а потом сильно возмутилась: